Дерзкая. Трилогия (СИ) - Шитова Наталия - Страница 167

— И куда она ведёт?

— В городок на берегу озера. На побережье есть огромная территория, напоминающая брошенные десятки лет назад последствия тяжёлой бомбардировки. Вот в углу этой территории у самой воды открывается лаз в какой-то подземный бункер. Валард сказал, что это Карелия.

— Ему-то откуда знать?

— Он показывал Юрию.

Всё ясно. Снова призраки прошлого. Я всё это время считала, что первую дверь между Первым и Дерзким мирами открыла я. Да, она тоже вела в разрушенный Рай Валерия, но открыла я её отсюда. Мог ли Валерий не понять, что дверь из Рая в Первый мир, которую он нашёл, но не успел оборудовать, в Сылве не единственная? Обманывать меня ему было незачем. Значит, просто не понял.

— Ты о чём задумалась?

— Всё в порядке. Дальше?

— Остальные двери были открыты отсюда. Из пяти ещё две ведут тоже в Дерзкий мир. Одна в какую-то высокогорную тундру, там даже с кислородом проблемы. А вторая — в Комарово.

— Куда?!

Май вздохнул:

— Да, Валард тоже был потрясён. Он сказал, это лес в полукилометре от железнодорожной станции и ещё того ближе от вашего дома.

— Я даже боюсь спрашивать, куда ведут три оставшиеся.

— Одна — в Каменный мир, но очень далеко от провинции Синих Гор. Две других мы не опознали. Природа нейтральная, климат тоже. Живых существ или признаков цивилизации поблизости не встретили.

— Надо будет наведаться туда более целенаправленно, всерьёз и надолго. А какие мысли насчёт того, кто хозяин этого великолепия?

— Сложно сказать, — ответил Май. — Там недалеко от входа есть коридор, ведущий в небольшую пещеру. Туда проведён свет, окон нет, но вентиляция сделана, есть кое-какая мебель, утварь, разные вещи. Много лет назад там явно жили. Но в последнее время это просто такое место для переодевания на пути из одного мира в другой. Всё покрыто пылью, но есть стеллаж, занавешенный плёнкой. На нём разложены разные мужские и женские тряпки, обувь, косметика, расчёски, зеркало. Валард осмотрел одежду, сказал, что это какой-то нейтральный спортивный стиль. Выводы о возрасте хозяев сделать практически невозможно.

— Очень интересно. Пост выставили?

— Конечно. Но думаю, хозяева в любом случае уже в курсе и у скалы не появятся.

В дверь резко постучали. И тут же раздался призыв Юры: «Катя, открой мне».

Я вскочила с места и бросилась открывать.

— Что случилось?!

— Да ничего пока не случилось, не кричи, — отозвался брат, входя. — Я думал, ты всё ещё спишь, хотел разбудить. Решил, что мне стоит сегодня побыть с тобой… — увидев Мая, Юра замолчал на полуслове, потом рассеянно закончил. — … но я смотрю, что кое-кто меня уже опередил.

Юра ещё некоторое время молча смотрел на Мая, а потом резко повернулся ко мне:

— А что он тут делает?

— Мы работаем.

— То есть?

— А кому, скажи на милость, понадобилось сверять карты и искать «левые» двери?! Не тебе ли? Вот этим мы с Маем и заняты!

— Ночью? — угрюмо уточнил брат.

— Да, чёрт возьми, ночью! Ты что-то имеешь против?!

Юра снова повернулся к Маю и мотнул головой в сторону двери:

— А ну марш отсюда!

Май дёрнулся встать, но я взмахнула рукой и рявкнула на него:

— Сиди! Мы не закончили!

— Катя, он должен уйти, — настойчиво повторил Юра.

— Слушай, Юрка… Я ещё могу как-то понять Олега, когда он мне устраивает сцену ревности. У него хотя бы формальное право на это есть. Но ты-то с какого перепуга взялся мою нравственность блюсти?! Иди-ка ты, брат, откуда пришёл, и нечего тут командовать! Тут я себе командир.

Май всё-таки встал.

— Мне лучше уйти.

— Сиди, я сказала!!! — крикнула я на него со злостью.

Я подошла к Юре и подтолкнула его к двери:

— Давай! На выход. Спасибо, что навестил. Я в порядке. У меня всё хорошо. Твоя помощь не требуется. Спасибо ещё раз и до скорого…

Я вытолкнула его за порог и захлопнула дверь. Постояла и пнула дверь ногой.

— Не надо так, — обронил Май. — Он хотел, как лучше.

— Все хотят, как лучше! Отчего же тогда мне так плохо?!

Май не ответил.

— Не знаешь? А я знаю. Либо все хотят от меня лишнего. Либо от меня что-то скрывают. А скорее всего, и то, и другое.

Май молчал.

— На чём мы остановились? — спросила я, садясь обратно за стол.

Май продолжал стоять.

— Что ты стоишь? Для чего, ты думаешь, я велела тебе остаться? Для того, чтобы ты стоял и молчал?

Май опустился на стул.

— Мы остановились на том, что хозяева этой двери, скорее всего, там больше не появятся, — сказал он.

— Учитывая, что пройти по личным делам через легальные двери в последние дни стало очень затруднительно, возможно, они появится. Сколько человек на посту?

— Трое. Их будут менять каждые сутки.

— Трое! Что такое трое? Это ерунда. Даже для меня это не было бы проблемой.

Май усмехнулся.

— Ладно, понаблюдаем за объектом. А я завтра проверю местность вокруг. Полетаю по спирали, может быть, найду что-нибудь интересное.

— Тогда тебе надо отдохнуть. Стресс — не лучший помощник, — сказал Май. — Тебе надо выспаться. Как всегда, готов в этом помочь.

— Спасибо, но после твоей помощи я чувствую себя так, словно меня вывернули наизнанку. Я попробую справиться сама.

Май отрицательно покачал головой:

— Тебе нельзя оставаться одной. А поскольку я у твоего брата в опале, мы его злить не будем. Надо, чтобы с тобой побыл тот, кто всех устроит… Дверь открой, пожалуйста.

Я разблокировала дверь. На пороге стоял Бертан.

— О! Пропавший племянник. Мы уже, кажется, даже перестали тебя искать.

— Привет, Катя, — печально сказал он. — Можно войти?

Я отступила с дороги. Бертан вошёл.

— И кто мне объяснит, что всё это значит?

Май поднял руки, словно сдаваясь:

— Я могу объяснить только свою часть. Бертан попросил его спрятать. Я его заблокировал так, чтобы никто не мог его отыскать. Всё это время он провёл в этом корпусе в одном из гостевых блоков. Сегодня Бертан попросил снова его открыть, сказал, что ему надо с тобой поговорить. Это всё, что я знаю. Остальное меня не касается. С вашего разрешения я вас оставлю.

— Конечно, иди. Спасибо тебе.

Май вышел, я закрыла за ним дверь.

— У меня сегодня прямо какой-то день визитов, — проворчала я, понимая, что уже валюсь с ног. — Я очень устала, Бертан. Давай начинай и по возможности скорее заканчивай.

— Мне очень жаль, что это случилось с Олегом. Как он?

— Говорят, скоро всё будет в порядке… Бертан, мне правда не до любезностей. Давай к делу. От кого ты прятался и почему?

— Я расскажу. Но сначала тебе надо лечь. Май сказал, что сегодня я должен у тебя подежурить и заставить тебя отдыхать.

— Хорошая мысль, — согласилась я. — Заставить меня ещё мало кому удавалось. Тем более заставить отдыхать.

Бертан критически осмотрел меня, а потом решительно взял за плечи и повёл в спальню. Там он поправил подушки, встряхнул одеяло и повелительным жестом указал:

— Залезай, ложись!

— Привык на совете руками водить, — проворчала я, но подчинилась.

Бертан укрыл меня, потом убавил свет, подтащил поближе к кровати лёгкое пластиковое кресло и сел.

— Слушай, Бертан, ты такой уютный, домашний парень. Почему ты один? Почему семью не завёл?

Его улыбка была похожа скорее на гримасу.

— Уютный, говоришь? — он вздохнул. — У меня была семья. Мать, младший брат. И отец, который, правда, меня знать не хотел ни тогда, ни сейчас. Но я мог хотя бы видеть его. А потом семья меня предала, продала и перепродала. Сначала мать убила отца, потом подставила меня, а напоследок ещё и бросила тут расхлёбывать свои авантюры. И я остался один. Вот потому.

— О чём ты говоришь?! Это было двадцать лет назад. Ты уже другой человек.

Он покачал головой:

— Мы всё те же, Катя. Мы просто с годами больше о себе знаем.

— Да нет же, Бертан. Люди сильно меняются, посмотри вокруг.

— Я смотрю. Если тебе кажется, что человек изменился, то скорее всего ты просто стала иначе понимать его мотивацию. Причём не факт, что ты стала понимать её правильно. А человек не менялся.