Дерзкая. Трилогия (СИ) - Шитова Наталия - Страница 141

Подойдя к воротам, я занялась замком. Переклин случился качественный, по полной программе. Не только электроника полетела, но и механическая часть проворачиваться не собиралась. И это ещё холода не наступили.

Замок с самого начала был капризный. Но я знала, как с ним надо обращаться: медленно и без нервов. Пошевелить ключом, покачать, и никуда он не денется, провернётся.

На шуршание за спиной я никакого внимания не обращала. День ветреный, начинающие опадать и подсыхать листья летают туда-сюда… Но вдруг звуковой фон позади неуловимо изменился. Ещё не разогнувшись, я обернулась.

Огромный рыжий пёс с темной складчатой мордой нёсся на меня во весь опор.

Первым порывом просто прикрыть лицо, и будь что будет.

Но правильный рефлекс всё-таки сработал. Взмахнуть левой рукой, пусть прыгнет на неё в атаке, откроет живот. От моего пинка ногой такая псина, пожалуй, большого ущерба не получит, но от моего ножа — вполне. Я сдёрнула с пояса складной нож, у которого лезвие выкидывалось после короткого резкого взмаха.

Пёс уже был совсем рядом, но тут где-то рядом раздался жёсткий окрик.

Собака остановилась буквально в метре от меня, припала на лапы, зарычала, а потом принялась истошно лаять, подскакивая так, что чёрная слюнявая морда почти тыкалась мне в лицо. Я всё-таки прижалась спиной к воротам, отворачиваясь от злобной морды.

Окрик раздался ещё раз, и я увидела бегущую к нам молодую женщину с поводком в руке. Она подбежала, попыталась схватить собаку за ошейник. Но это было не так-то просто, пёс продолжал подскакивать, становиться на задние лапы и лаять. Тогда хозяйка принялась со всей силы охаживать его поводком. Она хлестала его и хлестала, и лай постепенно перешёл в скулёж.

Я сложила и убрала нож, глядя, как женщина всё-таки зацепила карабин за ошейник и подтащила пса к себе, не переставая размахивать поводком.

— Да хватит вам уже лупить его… — проговорила я, немного придя в себя. — Вырастят людоеда, и с поводка ещё спускают… Управы на вас нет.

— Извините, — хмуро отозвалась женщина, избегая встречаться со мной взглядом, и потащила пса прочь.

Я стояла и смотрела, как она тащит его дальше по улице, время от времени взмахивая концом поводка.

Я видела эту женщину издалека много раз. Чаще всего она выгуливала собаку, а иногда, в хорошую погоду, катала инвалидную коляску с неподвижным мужчиной, смотрящим всегда в одну точку.

Непонятно, что вдруг псу во мне не понравилось. Хотя, конечно, если верить тому, что собаки чувствуют, когда их боятся, и это их провоцирует, то эта история как раз про меня. Не скажу, чтобы мой страх перед собаками совсем уж лишал меня способности соображать, но однажды живые и мёртвые псы сыграли в моей жизни такую роль, что я предпочитала обходить стороной всех собак, а особенно тех, кто мне выше колена.

Я отдышалась, убрала прилипшие к лицу разлохмаченные длинные пряди, зачесала их назад пятернёй и занялась замком.

Видимо, замок тоже пережил стресс, потому что внезапно сразу провернулся. Я отвела подвижную створку до упора и вернулась в машину. Заехав на участок, я притормозила и снова взяла пульт. А вдруг и у него тоже нервишки встряхнулись? Я направила его за спину и нажала кнопку. Ворота беспрекословно закрылись.

Свою машину я оставила в самом углу стоянки, вылезла и ещё некоторое время постояла, подышала воздухом, пока сердце окончательно успокоилось. Ничего, бывает. Если бы всё заканчивалось настолько же безобидно.

Входная дверь оказалась не заперта.

В коридор пробивался свет из кухни, и пахло кофе. Кто-то успел меня опередить и вернулся раньше. Замечательно. Очень мне нравится, когда поспеваю на готовенькое. Поэтому я быстро скинула кроссовки в прихожей и поспешила на кухню.

Там за столом сидел, понурившись, крупный мужчина средних лет. Перед ним стояла наполненная кофе чашка в горошек. Моя чашка, вообще-то.

— Вы, собственно, кто?

Мужчина резко отодвинул табурет и встал. Высокий, грузный, с коротким редким ёжиком на макушке. Он качнул головой и усмехнулся, и знакомые черты сразу проявились.

— Тарон! Откуда ты взялся?!

Он шагнул ко мне, наклонился и осторожно обнял:

— Здравствуй, сестра.

Я не видела его двадцать лет. Вспоминала, да. Сначала чаще, потом всё реже. Потом просто выключила его из своей жизни, как ненужную мне семейную легенду.

— Какой ты стал… — пробормотала я, высвобождаясь из его рук.

— Какой? — Тарон пожал плечами и уселся обратно. — Такой же, как и был. Мясо только наросло. И волосы разбежались.

— Почему ты без предупреждения?

Дверь между нашим миром и Первым следовало открывать с осторожностью. Особенно, когда шли с той стороны.

— Меня Олег проводил, сам по делам уехал, — пояснил Тарон и снова взялся за чашку.

— Зачем ты здесь?

— Тебя надо было повидать. Можно было бы и не приходить, конечно, если бы ты мне отвечала. Я столько раз тебя звал, но… Ты не отзываешься.

— Это мой выбор, Тарон. Я не пользуюсь ментальной связью и не хожу по реальностям.

Он посмотрел мне в глаза, но как-то отстранённо, и кивнул:

— И ты нарочно уходила из дома, если я приходил с визитом. Да, мне про такой выбор рассказывали. Поэтому я и пришёл так, чтобы тебя застать. Без предупреждения.

— А что случилось?

Теперь он взглянул строго и решительно. Конечно, тот же самый мальчишка. Когда-то отважный воронёнок и умелый воин из диких земель, а затем толковый юный правитель — иерарх Первого мира. Странно, что я сначала совершенно его не узнала.

— Ничего страшного пока не случилось. Но мне надо кое-что тебе рассказать, — начал Тарон, отставив чашку. — Конечно, эту информацию тебе завтра не принесёт на хвосте только ленивый. Но это тебя напрямую касается, и ты должна узнать это от меня…

— Ума не приложу, что же в Первом мире может меня теперь касаться, — проворчала я.

Тарон погрозил пальцем:

— Подожди, сейчас поясню… Сядь.

Я вытащила табурет из-под стола и села напротив.

Глядя на меня убийственно серьёзно, Тарон произнёс:

— Я два года тащил через Совет новый закон о наследовании власти. И я их дожал. Не все, но большинство со мной согласились, и сегодня утром закон принят и вступил в силу.

Что-то такое время от времени проскакивало в разговорах Юры и Олега, они вечно об этом спорили, но я почти не вслушивалась. Споры на отвлечённые темы меня никогда не увлекали. Но когда твои домашние постоянно возвращаются к одному и тому же, поневоле запомнишь.

— Я знаю, ты хотел, чтобы несовершенный член правящей семьи имел равные права наследования с совершенными. Это разумно. Очень странно, что ты обдумывал это двадцать лет, а совет упирался целых два года… Что ж, в любом случае поздравляю.

Тарон покачал головой:

— Это не всё. Это только первый пункт нового закона, и по поводу несовершенных наследников никто особо не упирался — жизнь давно всех убедила. Второй пункт: аналоги умерших членов правящей семьи и дети аналогов признаются отныне полноправными наследниками власти…

— Что-о-о? Тарон!..

Он властно взмахнул рукой, обрывая меня:

— Дай договорить! Третий пункт. Все ныне живущие члены правящей семьи, как урождённые, так и аналоги, с сегодняшнего дня восстанавливаются в правах наследования, даже если когда-то отказались от титула. Одним словом, новый закон принят — выстраиваем очередь за властью с чистого листа…

— Тарон, ты с ума сошёл, что ли?! — у меня даже руки заплясали, настолько услышанное выбило из колеи.

— … Ну а в переводе на человеческий язык, — упрямо продолжил Тарон. — Если со мной что случится, власть перейдёт к Юрию. Или не перейдёт, если он откажется перед Советом. Тогда дальше — как велит старая традиция, тут я ничего менять не собираюсь. Дальше по возрасту.

— Зачем?! Зачем ты придумал эту чушь?!

— Это не чушь! — отрезал Тарон. Даже голос повысил. — Только так я могу быть уверен, что мой мир в надёжных руках. Только так.