Дерзкая. Трилогия (СИ) - Шитова Наталия - Страница 134

— Правильно сделала. Если он узнает, то у тебя ничего не получится. Он хотя и сволочь, но не такой уж идиот, чтобы не предпринять меры к сохранению собственной жизни…

— Олег, ты не можешь удержаться от того, чтобы не облить Валерия грязью лишний раз? Я буду тебе благодарна, если ты помолчишь о нем, раз уж ты не можешь говорить о нем спокойно и объективно!

— Я только хотел сказать, что не стоит ему ничего говорить, если ты не хочешь осложнять себе задачу, — поправился Олег.

— Задачу?! Значит, по-твоему, я уже выполняю ее? Олег, ты что, считаешь, что я непременно сделаю это?! — заорала я.

Олег стиснул зубы, видимо, пытаясь успокоиться.

— Давай договоримся, или я сейчас провожаю тебя в твою с Извековым комнату, или мы без обид и криков объясняемся до конца и выясняем, кто что о ком думает. Иначе ничего хорошего не получится, — спокойно сказал он. Итак?

— Я слушаю тебя.

— Вот и славно… Не знаю, как это тебе покажется, комплиментом или обвинением, но я имел случаи убедиться, что ради Юрки ты способна на многое. И могу предположить даже, что ты способна ради него на все. Те три года, когда мы все еще не сошли с ума, я еще не осознавал, что навсегда привязан к тебе, но я уже видел, что я не конкурент Юрке. Юра — твой кумир, твой бог, твой идеал. Ты никогда не говорила вслух ничего подобного, но я видел, как ты на него смотрела, как ты его слушала, как ты жалела и оберегала его всякий раз, когда это было в твоих силах… И даже в моих глазах Юрка начал превращаться из обычного нормального парня в некое сверхъестественное внеземное высшее существо, действительно достойное поклонения. Я уговаривал себя, что не стоило так всерьез воспринимать твое отношение к Юрке, что это всего лишь благодарность брошенного ребенка человеку, обратившему на него внимание. Но как бы я ни бесился, ты боготворила Юрку, и даже сейчас я думаю об этом с ревностью. Прости, это глупо, но я сказал все, как есть, — Олег перевел дыхание и замолчал, печально глядя на меня.

— Не ревнуй меня к умирающему брату, — процедила я, отворачиваясь.

— В глубине души я ничего не могу с собой поделать. Я с готовностью поменялся бы с ним местами по двум причинам: потому что не хочу его смерти и пото му что хочу хоть ненадолго побыть тем человеком, ради которого ты готова на все. Но это глупые измышления. А на самом деле еще день-два, и ты не выдержишь его боли. И ты убьешь каждого, от смерти которого будет зависеть его спасение. Даже если тебе придется перестрелять всех своих друзей. Подумай хорошенько, и ты подтвердишь, что так оно и будет, уверенно проговорил Олег.

Я промолчала.

— Возможно, конечно, что я ошибаюсь, — задумчиво сказал Олег.

— Олег, хочешь провокационный вопрос?

— То есть? — подозрительно отозвался он.

— Поставь-ка себя на мое место. Тебя посетил Примар и по старой памяти предложил тебе сделку: ты убиваешь меня, и Юра выживает…

Олег напряженно смотрел на меня, и я продолжала рассуждать:

— И вот ты, Олег, первым делом кричишь ему в лицо гневное «нет, ни за что», и он, усмехнувшись, уходит. Потом ты остываешь и начинаешь думать. Ты теряешь верного старшего друга, который для тебя значит больше, чем целое скопище новых знакомых, окружающих тебя. Ты был вынужден пройти рядом с ним всю жизнь, но не устал от этого, ты искренне к нему привязан, и теперь не можешь видеть его невыносимых физических страданий… Верно излагаю?

Олег молча кивнул.

— Ты думаешь дальше… Тебе кажется, что ты готов на любые жертвы. У тебя даже возникает мысль о том, что, возможно, следует приблизить неминуемую смерть друга и избавить его от бессмысленных мучений… Но Примар подкинул тебе шанс. Твердо гарантированный шанс. И теперь ты должен принимать в расчет и его предложение. И ты обдумываешь его. У тебя нет сомнений в том, что Юрка будет спасен. Но для этого тебе нужно пристрелить одну паршивую девчонку. Ты понимаешь, что она уже вдоволь наизмывалась и над тобой, и над всеми, с кем была связана. Она сблизилась с твоим заклятым врагом, она человек без совести, без царя в голове и совершенно без тормозов, и прочее, и прочее… И вот ты, Олег, находясь практически на моем месте, решаешь, что выбрать. Будет ли этот выбор быстрым?

Ответа я ждала долго.

— Выбора не будет. Вообще не будет, — наконец отозвался Олег. — Такой выбор сделать вообще невозможно. И твои личные качества тут ни при чем. Ты очень самокритично и довольно точно их описала, но к размышлением нужно было добавить одно обстоятельство. Ты его упустила, а я не могу на него наплевать…

— Если выбора не будет, это уже выбор, ты понимаешь это?

— Нет, — удивился Олег.

— Если ты отказываешься от выбора, это означает, что все пойдет, как шло. Это уже и есть выбор — против Юры. В моем случае в пользу Валерия. В твоей ситуации выбор получился в мою пользу, не понимаю только, почему…

— Да потому, малышка моя, что я люблю тебя. Такое вот банальное дело…

Олег произнес это угрюмо и задумчиво, как нечто само собой разумеющееся.

— А разве ты не знаешь, что для меня значит Валерка?

— Знаю, — процедил он. — Но я знаю и кое-что другое. Ты не из тех, кто упустит шанс, предоставленный Примаром. Раз ты считаешь, что отказываться от выбора бессмысленно, значит ты его все-таки сделаешь. Ты его уже сделала, я вижу это по твоим глазам. Сделала в пользу Юрки. Поверь, я не провоцирую, я…

— Ты предсказываешь. Но это лишнее. Я теперь знаю, что мне от тебя нужно. Сделай так, чтобы у меня ничего не получилось! — я встала в каком-то непонятно отчего взявшемся порыве, и Олег сразу же вскочил и схватил меня, словно боясь, что я немедленно совершу что-нибудь страшное. — Олег, ты надежный парень, я тебя умоляю, не дай мне убить Валеру… Ты прав, я готова это сделать, и я непременно попытаюсь, но я умоляю, помешай мне!.. Олег, так ты сделаешь для меня то, о чем я прошу? Или нет?

Он взялся за мои судорожно сжатые руки и, наклонившись к ним, осторожно поцеловал мои побелевшие от напряжения кулаки.

— Я совершенно уверен, что у меня не получится помешать тебе, но я искренне попытаюсь это сделать. И пусть я буду проклят, но я попытаюсь произнес Олег и провел пальцами по моим щекам. — Я тебя умоляю, не впадай в истерику. Не плачь, я от этого совершенно теряюсь… Сядь, пожалуйста…

Он снова усадил меня на диван, по-прежнему не выпуская мои руки из своих ладоней.

Раздался резкий удар в дверь.

— Кто здесь? — рявкнул Олег, — Входите, не заперто.

Дверь распахнулась. На пороге стоял Валерий. Слегка наклонив голову набок, он тревожно и немного печально смотрел на меня.

«Катя, я за тобой,» — спокойно сказал он, но слова пришли вплетенными в слоистые волокна тревоги, обиды и нетерпения.

«Я не пойду с тобой, Валера. Я останусь здесь».

«За что, Катюша? Прежде, чем так обижать меня, тебе следует сказать, чем я это заслужил».

«Пощади меня, Валера, я не могу. Оставь меня здесь и вернись к себе».

«Ты же меня знаешь, я не успокоюсь, пока все не прояснится».

«А ты знаешь меня, Валера. Я не дам объяснений, если не желаю этого. И никто, даже ты, не заставит меня сделать это. Уходи».

Олег переводил взгляд с Валерия на меня и обратно.

— Извеков, тебе лучше уйти. Все, что происходит в этой комнате, касается только меня, Кати и Юрия. И больше никого.

— Все, что происходит в этой комнате, касается МЕНЯ, а также Кати и Юрия, — в тон ему возразил Валерка. — И больше никого, во всяком случае такой вывод я сделал из вашей беседы.

— Ты подсмотрел… — только и смогла прошептать я.

— Вы оба досконально изучили мои порочные наклонности. Сколько бы ты, Катюша, ни сердилась и ни угрожала мне, пока я жив, я останусь той самой скотиной, которая подсматривает за тобой без разрешения…

Говоря все это, Валера вошел, приблизился ко мне и присел на корточки рядом с моими коленями. Заглядывая мне в глаза снизу вверх, он едва заметно улыбнулся:

— Бедная моя черепашка, сколько труда мне стоило раскрыть твой секрет. Нужно было давно напустить на тебя Середу. Перед ним у тебя легче развязывается язык. Пойдем же, хватит издеваться над собой… Пойдем, девочка…