Неожиданность (СИ) - Попов Борис - Страница 59

Неожиданно вмешалась дочка хозяйки, которая уже наелась:

— Дядя Володя, а вашу лошадку можно погладить?

— Можно. Она любит играть с детьми. На улицу только не выводи, и в седло не залезай.

Катерина пошла вместе с девочкой, чтобы лично убедиться в безопасности от моего животного. А мы приняли по водочке. Чувствуя легкое головокружение и шум в ушах, решил с алкоголем пока повременить.

— А почему ты решил меня повысить? — поинтересовался Фрол.

— Ну, ты мой друг, вместе жизнью рисковали. Человек очень честный и порядочный. Не трус. Тебе можно поручить любое дело, глупых отговорок типа: не знаю, не умею, никогда не будет. И над душой стоять не надо.

— Слава богу, я тебя в жизни встретил, — тут он перекрестился, — зарезали бы меня как овцу.

За то, что друг остался жив, пришлось еще раз выпить. Но я, уже по сути, только отхлебнул из вежливости. Вернулась Екатерина. Еще поели.

— А что, думаешь, дело пойдет?

— Новгород город большой. Доска постоянно нужна. Всю копейку пока гребет одна лавка Акинфия на той стороне. Тебе амбар доделали?

— Да, все хорошо.

— Завтра, в выходной, кто-нибудь торгует?

— Очень многие.

— Думаю, и старшина купцов на Софийском рынке приказчика погонит поработать. Надо бы поглядеть у них цены, и у нас поставить пониже. А я на этих днях забегу к Сысою, местному старшине, поговорю. Может, чем и поможет.

— Да, он, похоже, очень толковый. В прошлый раз быстро все решил, без лишних разбирательств. Другой мог бы и в княжеские подвалы разбирательство по этому делу перенести, и к палачу на дыбу. Или просто бы посадил в поруб на пару месяцев. И денег не требовал, даже амуницию убитых тебе отдал.

Да, теперь сумма, отданная честнейшему из старшин города, больше не казалась чрезмерной. Фрол продолжил.

— И, наверняка, если бы мы даже взялись совать рубли, Сысой бы не взял. Наверняка бы не взял — кто же при глуповатом свидетеле будет брать взятку? Посадить за это в этом веке не посадят, но с хлебной должности точно вышибут. Порадовался, что не сообщил компаньону о своих действиях. А то бы он пошел орать на весь Новгород: нам все и так положено, а с нас деньги взяли! Я много раз видел орущих так старушек, которые после этого очень долго ничего не могли выходить.

Стал услаждать народ исполнением своих трелей, поразив любящие сердца.

— Ты же совсем другим голосом пел, гораздо хуже. Откуда это величественное пение взялось?

— Никто не знает, ни ведун, ни волхв. А поглядели оба.

— А ты их знаешь или денег дал?

— Обоих знаю. Сам уже лекарем стал, — погладил серебряный обруч. — И на кудесника пытаюсь выучиться, но там у меня способности небольшие.

— А как ты, как ведун?

— Не хуже прежних.

— А если с нами плохо будет, сколько это будет стоить?

— Примерно, как вам обошлось компанейство по доскам.

Просмеявшись, решили расставаться.

Наутро я поехал к кудеснику. Добрыня уже поджидал меня возле капища. Мы пошли в его избу, метров за триста по дремучему лесу. В жилье было опрятно, чисто.

— Иногда заходят женщины из ближайшего села — ответил он на мой вопрос — те, в чьих семьях, я кого-нибудь лечил.

На всякий случай он им говорит для верности, что, если не придут отработать, усиленная болезнь вновь вернется. Обещания они могут и не исполнить, страх загонит верней. Затем посидели молча. Волхв вглядывался в меня, видимо стараясь получше вникнуть в мою суть, и понять, как меня удобнее хоть чему-то научить.

Потом весело поглядел и сказал:

— Ну что же, человек ты неплохой — не ангел, но и совсем не демон. Всю жизнь старался делать людям добро. Правда, тебе за это платили, но и без этого делал бы то же самое. Надо было бы, еще и доплачивал бы сам, за возможность кого-нибудь полечить. В общем, такого можно учить, стыдно не будет. Но перед этим, давай-ка усилим твою усвояемость умений и знаний, освежим память.

Я покивал, не вполне понимая, что волшебник имеет ввиду. И он начал. Сначала обучил убирать сглаз. Потом лечить другие болезни. И, самое главное, научил избавляться от инфекций, причем любых.

Этот вопрос меня в Новгороде постоянно тревожил. Ну, ладно от оспы я привит, а остальные-то будут гибнуть массово. Могут пострадать и близкие люди.

Чумы последнее время на Руси не было, да и как помнится, в ближайшие сто лет и не будет. Время появления сибирской язвы историки по летописям указать не могут. Живу здесь и чувствую себя невооруженным в смертельном бою. Даже антибиотиков, и тех нет. О вакцинах даже и не говорю… Тут волхв уже устал, сказал, что остальное завтра.

Я простился и ускакал в город. На рынке пока делать было нечего — нет пока досок для изготовления карет, а покупать их накладно.

Заехал пообедать. У ворот уже стоял боярский человек. Выяснил, что ему нужно: лечиться или мягко кататься? Оказалось, кататься. Заказан был эконом-вариант, как и в прошлый раз: слюда вместо стекол, обязательно на рессорах.

Выдвинул интересное требование: сделать коляску не на четверых человек, а на восьмерых. Я спросил, на что нужна такая длина? Получил ответ: кроме боярыни и боярина, залезут еще пятеро деток. А шестым хозяйка беременна. Да это прямо пассажирский дилижанс какой-то получится!

Договорились о цене. Она была немного больше, чем за предыдущую карету. Увеличивалась длина, толще делался пол, ставились четыре двери вместо двух, в центре будет широченная доска, чтобы дети сели в обе стороны лицом — их больше влезет. Будут изготавливаться усиленные рессоры для большего, чем обычно, веса пассажиров. Что ж, это тебе не Российская Федерация с низкой рождаемостью, а средневековая Русь и типичная семья этого времени. Столковались, что я начинаю завтра.

Присели с Игорем и Любой обедать. Оставшихся дома зверей ведун уже выгулял. По пути натолкнулись на трех коров, которых гнал на выпас молодой хромоногий пастух. Собаки тут же припасли Зорьку к основному стаду, и стали вертеть кольца вокруг него, как это, наверное, принято в Средней Азии, на родине предков пастушеских овчарок. Инстинкт — с голосом крови не поспоришь.

Наши то русские песики обычно бегут рядом с человеком, бросаясь к парнокопытным только в случаях нужды. Скотовод, от того, что вращение хищников было очень быстрым, расценил это, как нападение громадной стаи безухих и бесхвостых голодных волков (это летом-то!) и плюхнулся от ужаса задницей в пыль. Ему все было ясно: страшные звери уже сожрали наездника и пригнали лошаденку к его коровенкам. Теперь подбирают новую жертву. Ей, конечно, будет он. Копытные ускачут, кто куда, а куда денется не шустрый хромой?

Наши собаки, от радости, еще и взялись взлаивать. Тут ужас окончательно сковал паренька. Лающие от злобы волки! Эти сразу горло, как положено, не порвут. Будут жевать не торопясь, то руку, то ногу, чтобы было побольнее. Да, пастушок, похоже, ни на кого, никогда не охотился, даже зайцев по лесу не гонял. Его, видимо, гоняли, это было. Наверное, судя по тому, что остался жив, те же зайцы.

Тут подошел приотставший ведун. Поднял его с земли (хорошо не осень, грязи еще нет), отчистил от пыли, и пряча улыбку, успокоил и извинился. Пастушок, в это время, делился пережитым кошмаром. Потом ведун разлучил собак со стадом, и они с пастухом, а кобыла с коровенками расстались.

Немного посмеявшись, я вспомнил, как мы с матерью отправились окучивать картошку на выделенный нам за городом участок, и по нашим кустикам поперлось стадо коров с неясными целями: то ли сожрать свежую ботву, то ли просто все вытоптать. Пастуха рядом с ними не наблюдалось. Я, городской парнишка, коровищу увидел так близко впервые в жизни. На меня перла рогатая и страшная махина! Даже взяла с непривычки какая-то оторопь.

Мать кричала и махала руками, но что может сделать слабая женщина? А у меня в голове крутилось: злобная громадина — бык, наверное, то же где-то здесь ошивается, и сейчас устроит тут корриду. А победителем будет отнюдь не тореадор. У меня ж ни плохонькой шпажонки, ни даже малюсенькой бандерильи и то нет… Длилось это считанные секунды.