Награда для генерала (СИ) - Обухова Лена - Страница 39

К счастью, к платью прилагались длинные перчатки, закрывавшие руки выше локтя, и тонкая полупрозрачная накидка.

– Жаль, у вас нет украшений, – вздохнула Мария. – Сюда так и просится какое-нибудь колье.

Да, шея и зона декольте при таком платье и без украшений смотрелись немного сиротливо, но сейчас я искренне считала, что и так сойдет. Не опозориться бы своим поведением.

Все пять дней, что прошли с момента «приглашения» генерала быть его спутницей, я старательно готовилась к событию. Попросила Морроу дать мне несколько уроков местного этикета, в частности, объяснить, как разобраться в вареговом количестве столовых приборов, которые мне продолжали раскладывать перед каждой трапезой, и как их правильно держать. Если дворецкий и был удивлен моей просьбой, то вида не подал, все спокойно показал и объяснил. Правда, половина объяснений с первого раза не улеглись в моей голове, но я не постеснялась на следующий день спросить снова.

Теперь я внимательно следила за тем, как ест генерал, и сама на каждой трапезе старалась все делать правильно. Шелтер наблюдал за моими стараниями со снисходительной улыбкой, а по вечерам вместо чтения вслух учил танцевать. После ужина часа два мы кружились по небольшой гостиной под музыку, которую забавный аппарат каким-то образом извлекал тонкой иглой с черных круглых пластинок. И мне это даже нравилось. С каждым разом я чувствовала себя в объятиях Шелтера все спокойнее и увереннее. Привычнее. Правильнее.

И вот наступил день, которого я ужасно боялась, но вместе с тем и предвкушала. Ведь чем-то светский вечер походил на бал из детских сказок про принцев и принцесс. И хотя я ни на секунду не забывала о том, что никакая не принцесса, так хотелось ненадолго ею притвориться.

– Думаю, вам пора, – мягко сообщила Мария, вырывая меня из размышлений, в которые я соскользнула, разглядывая свое отражение.

Я кивнула и встала из-за туалетного столика, перед которым провела последний час, пока Мария меня причесывала и помогала накраситься. Разгладила руками платье, натянула перчатки и прикрылась накидкой. Туфли, к счастью, в этот раз не пугали каблуком, иначе я едва ли смогла бы танцевать. Однако пока я шла от двери комнаты к лестнице, мне все равно казалось, что вот-вот упаду: так сильно я волновалась.

Генерал Шелтер ждал меня в холле. Он был в своей «нарядной» форме: черной с золотом, в которой тогда предстал перед Магистром. Теперь я знала, что она называется «парадной», но про себя продолжала называть по-старому.

Услышав мои шаги, он обернулся, поднял голову и… замер. Его взгляд скользнул по мне от макушки до пят, а потом вернулся к лицу и уже не отрывался от моих глаз до тех пор, пока я не спустилась по широкой длинной лестнице. И я шла, глядя прямо на него, не чувствуя под собой ног, не чувствуя вообще ничего, кроме его восхищения, хотя он не выдавал его ни жестами, ни мимикой. Все было в глазах.

Я спустилась по лестнице, пересекла последнее незначительное расстояние, что нас разделяло, а Шелтер все молчал и не шевелился. Мне показалось, что он даже не дышит. Я улыбнулась чуть шире: сейчас то, что он на меня смотрит, меня совершенно не смущало. И даже почти не пугало.

– Ты невероятно красивая, Мира, – наконец произнес генерал. Голос его прозвучал как обычно негромко, но непривычно хрипло. – Все, кто думает иначе, или слепы, или глупы.

Думаю, на моих щеках добавилось румянца от этих слов.

– Спасибо, господин генерал.

– Только кое-чего не хватает.

Он сбросил с себя оцепенение, повернулся к появившемуся из ниоткуда Морроу и открыл небольшую коробочку, которая лежала у того на подносе. Из коробочки было извлечено скромное, но ослепительное в своей изящности ожерелье с прозрачными и зелеными камнями. Прежде, чем я успела опомниться, оно холодной змейкой обвилось вокруг моей шеи и было проворно застегнуто Шелтером.

– Что это? – спросила я почему-то шепотом, нащупывая пальцами ожерелье, чтобы убедиться в его существовании.

– Моя спутница не может появиться на светском вечере без драгоценностей, – спокойно объяснил Шелтер. – Тебе это ожерелье очень идет. Вот, посмотри.

Он развернул меня и подвел к зеркалу в полный рост, которое висело на стене ближе к выходу. Оно отразило нас обоих, и должна признаться: на демонстрируемое мне украшение я обратила внимание в последнюю очередь. Сначала встретилась взглядом с генералом, а потом оценила, как мы смотримся вместе. Смотрелись мы хорошо. До того хорошо и правильно, что стало немножечко горько. Горько от осознания, что это лишь иллюзия на один вечер. Только потом я перевела взгляд на тонкую блестящую змейку, переливающуюся в свете ламп. Да, теперь образ стал законченным. Настоящая леди, как сказала Мария.

Шелтер предложил мне локоть, за который я с удовольствием взялась. Повозка ждала нас на той же площадке у подножия изогнутых лестниц, и генерал, как и в прошлые разы, открыл мне дверцу и помог забраться на заднее сиденье. Только теперь его жест уже не казался издевкой, все выглядело правильно и естественно. Сев рядом, Шелтер неожиданно снова переплел наши руки. Я непроизвольно задержала дыхание, но он лишь спокойно велел Мэлу ехать.

Дорога не заняла у нас много времени, хоть и ехали мы то по пустынным полям, то по густому лесу. Ни в один городок так и не заехали, но парочку я видела издалека. По пути я успела подумать, что понятие «соседа» здесь несколько отличается от привычного мне.

Дом, к которому мы в итоге подъехали, ничем не уступал дому генерала.

Возможно, был даже немного больше, но из-за другой формы и архитектуры сказать с уверенностью я не могла. Здесь нас подвезли к самому входу, поэтому подниматься по дополнительным лестницам и пересекать мощеную площадку не пришлось, мы сразу нырнули в расцвеченный лампами холл и прошли в огромный зал, где уже толпилось немало людей. Нас объявили как «генерал Шелтер и его спутница – госпожа Торн», после чего к нам обернулись десятка два гостей, впиваясь любопытными взглядами и перешептываясь. Я непроизвольно крепче сжала локоть Шелтера, а тот вдруг накрыл мою руку своей, успокаивающе погладил пальцы.

– Не дергайся, улыбайся, – тихо велел он. – Все хорошо.

– Я же говорила, что на меня все будут смотреть, – тихонько пожаловалась я.

Сердце билось уже на пределе и грозило в любой момент перетрудиться и остановиться.

– Они смотрят не на тебя, а на меня, – поправил генерал с ухмылкой. – Я, к твоему сведению, очень завидный жених: у меня прекрасная репутация, я богат, в фаворе у Магистра, достаточно молод и привлекателен, но в то же время есть шанс, что могу в любой момент погибнуть, оставив после себя безутешную, но весьма состоятельную вдову. Поэтому каждый мой выход в свет превращается в бесконечный парад потенциальных невест.

Я нервно рассмеялась и покачала головой.

– Звучит ужасно. Сочувствую. Так вы поэтому взяли меня с собой? В качестве щита от других женщин?

– Что мне в тебе по-настоящему нравится, милая, – это твоя сообразительность, – тихо заметил Шелтер. Вежливая улыбка не отлипала от его губ.

Мы как раз пересекли гостиную и подошли к какой-то паре, на вид немного старше генерала. По всей видимости, они были хозяевами вечера, поскольку генерал вежливо поблагодарил их за приглашение. А потом представил меня как свою «особую гостью». Я изобразила вежливый поклон, как научил Морроу.

Что ж, быть щитом – не самая плохая роль. Можно расслабиться и перестать гадать, почему генерал был так настойчив. Можно… Только почему-то стало грустно. Самую малость.

Все оказалось не так страшно, как я того боялась. Да, нам с генералом поначалу уделили неприлично много внимания, но это длилось ровно до тех пор, пока в зале не появилась следующая пара гостей.

Обещание Шелтера, что здесь никто не будет меня знать, тоже не сбылось: среди гостей я встретила несколько знакомых.

Первыми на глаза попались капитан Моран и майор Винт. Оба продемонстрировали радость при встрече. Я поначалу смутилась, но внезапно их присутствие и наше знакомство сыграло мне на руку: когда особо любопытные гости принялись расспрашивать, кто я и откуда, Моран и Винт не дали мне раскрыть рта, самостоятельно поведав всем мою «историю».