Терновая ведьма. Исгерд - Спащенко Евгения - Страница 40

Словно в ответ на его реплику, под обломками в непроглядном пылающем мареве что-то вяло зашевелилось.

— Клыки и железные когти…

Утерев со щеки сажу, Таальвен хмуро обернулся. Время на размышления истекло. Единственный свободный ход располагался аккурат за его спиной, но где гарантии, что он выведет наружу? Дать их смогла бы лишь всезнающая колдунья.

Мысль о терновых чарах показалась принцу заманчивой, и он спросил у Изольды как можно мягче:

— Сумеешь выяснить, безопасен ли этот лаз?

Она только затравленно замотала головой.

— Я пыталась использовать терновую силу… Внутри словно пустота…

Северный ветер скользнул встревоженным взглядом по тонким девичьим рукам, прижатым к груди: костяшки на них побелели. Кажется, принцесса и правда прилагала все усилия, чтобы растормошить свою магию.

— Не страшно… — спокойно возразил Мак Тир, убирая меч в ножны. — Выбор у нас невелик, так что придется рискнуть.

— А если коридор закончится тупиком? — Голос Изольды дрогнул.

— Тогда вернемся и поищем другой…

Она поспешно кивнула, сознавая безнадежность подобной затеи. Оставалось надеяться: возвращаться им не придется.

— Хватит мешкать, — поторопил Хёльмвинд, щелчком хлыста отгоняя разбушевавшиеся огненные языки. Жар уже проникал сквозь подошвы его сапог. — Не то превратимся в жаркое, которым эта тварь закусит поутру.

Его зоркие глаза выхватили из дыма шатающуюся остроухую фигуру.

— Идем, — дал сигнал Таальвен Валишер, первым ступая под своды могильного туннеля.

Принцесса рысью юркнула вдогонку — подальше от пламени и хищных лап озверевшей глодальщицы. Хёльмвинд покинул курган последним, поминутно оглядываясь, — плетка его была наготове.

Но в погоню за спутниками никто не бросился. Разве что пламя гудело им вслед, уничтожая остатки подземного склепа. А вскоре и его голодное потрескивание смолкло вдали.

Дорога резко пошла на спуск, сделала завиток — перед лицом приморского принца заклубилась тьма. Но едва ли она смущала его. Таальвен шагал твердо, уверенно, отринув страх перед призраками, а в случае реальной угрозы полагаясь на сталь.

В глухой тишине он прислушивался к любым звукам и шорохам, силясь различить в спертом воздухе подземелья далекие отголоски леса, запах трав и пение птиц. Будь он волком, подобное, скорее всего, удалось бы. Но за неимением лучшего приходилось довольствоваться смутной надеждой на спасение. Хорошо хоть, в делах, касающихся терновой колдуньи, она редко его подводила.

— Тааль… — тихо позвала Изольда, утыкаясь плечом во влажную стену туннеля. — Мы все время идем вниз. И значит, направляемся глубже под землю.

После долгой изматывающей ночи сил у принцессы не осталось, она боялась уснуть на ходу.

— Необязательно, — отозвался Мак Тир из черноты. — Гладан-Къёль растет у самого подножия гор, местность здесь холмистая. Неудивительно, что нам приходится спускаться.

Изольда с трудом отлепилась от земляной стены, служившей ей опорой, и обреченно двинулась на звук его голоса. Ног она почти не чувствовала.

— Ты всерьез полагаешь, что этот коридор выведет нас из леса?

Вместо ответа прозвучало задумчивое хмыканье — лгать во благо Лютинг по-прежнему не научился. А ведь мог сочинить, словно уловил дыхание просторов вдалеке. Хотя о каком дуновении грезить, если в небесах Тьер-на-Вьёр не сыщешь ни единого ветра. Изольда печально уронила голову.

— Отрадно уже то, что мы не возвращаемся, — внезапно заявил Северный ветер, молчавший как рыба последние несколько часов.

— Откуда ты знаешь? — Под сапогом у принцессы хрустнула мелкая косточка.

— Я давно перестал различать стенанья и вопли раненого чудовища…

На мгновение воцарилась напряженная тишина.

— Полагаешь, она мертва?

— Вряд ли… — вмешался Таальвен Валишер.

— А средняя сестра — Ида? — Изольда украдкой обернулась.

Принц умолк, прикидывая тяжесть ранения, которое он нанес глодальщице у входа в могильник. В конце концов сомнения одержали верх.

— Не знаю… Если эти существа умеют заживлять раны, как многие другие легендарные создания, то нет.

— Даже ветру не залечить подобные порезы, — возразил Хёльмвинд с толикой одобрения. — Ты вспорол старуху от груди до пупка.

Живо вообразив кровавую картину во всех подробностях, принцесса скривилась. Зря она начала этот разговор. С другой стороны, Хёльм обмолвился кое о чем любопытном. Стоило выяснить вопрос подробнее.

— Хочешь сказать, ветра можно убить мечом?

— А также топором, копьем, кинжалом… Главное — застать его в уязвимом обличье и пырнуть достаточно глубоко. — Верховный пожал плечами. — Вот только мало кто способен на такое.

— А тебя… когда-нибудь ранили? — робко поинтересовалась Изольда. Мысль о том, что кто-то рискнул бы вступить в драку с могущественным северным владыкой, казалась нелепицей.

Хёльмвинд с усмешкой провел по зажившей царапине на щеке — тонкий голубой след едва проступал.

— Ты сама задела меня не так давно, разве не помнишь?

— Я имею в виду настоящие увечья… — отмахнулась принцесса, — от сабель или острых секир… Случалось с тобой подобное?

— Нет. — Ветер с достоинством откинул за спину серебристые прядки. — Смертным не под силу изловить верховного.

Допытываться о бессмертных созданиях Изольда не решилась: нынешней ночи и так доставало кровожадных чудовищ. И чем позже она услышит о новых, тем лучше.

— Следует отдать тебе должное, — неожиданно поддержал беседу Лютинг, — и без ветряной скорости сноровки у тебя с избытком. В бою ты движешься намного проворнее любого человека.

— Еще бы, — напыжился Хёльмвинд, игнорируя жалкую похвалу. — Но для ветра все равно недостаточно быстро.

— Чтобы остановить наших сегодняшних противников, этого хватило. А следующая драка поможет наверстать упущенное.

— Какая еще драка? — Терновая колдунья мигом очнулась от полудремы. — Вам не достаточно того, что могильные чудовища намеревались сварить из нас похлебку? Никаких больше стычек! Впредь постараемся избегать опасных мест.

— Тогда самое время убраться из Тьер-на-Вьёр, — резонно заключил ветер. — Беды здесь подстерегают на каждом шагу.

— И вовсе не на каждом. — Изольда вяло вздернула подбородок. — Просто не нужно бродить в полнолуние по проклятым лощинам и спать посреди зачарованного леса.

При упоминании о колдовских видениях Хёльмвинда прошибла дрожь.

— Будь моя воля, я бы вообще предпочел бессонницу, пока обретаюсь в столь беспомощном теле.

— Поверь, она ничуть не лучше. — Принцесса огорченно понурилась. — Уж я-то знаю…

Таальвен внимательно поглядел на нее во мраке, но заводить беседу о странном бессилии колдуньи не стал. К чему болтовня, если скоро он сможет лично проверить правоту своих догадок. Осталось лишь выбраться.

А коридор все тянулся. Раздумывая, как долго продержится еле плетущаяся Изольда, Лютинг сделал еще с десяток шагов и настороженно замер. Ни его слух, ни людское обоняние не улавливали ничего необычного, но все же какая-то внутренняя сила приказала остановиться. Упорствовала она не зря: в десятке саженей от приморского принца, угольно чернея, замаячила развилка. За ее чертой путь разветвлялся на два коридора — одинаково темных и глухих. Похоже, судьба вновь предоставила троице возможность попытать удачу — опять совершенно не вовремя.

— Куда теперь? — неуверенно спросила Изольда, поравнявшись с мужем. Оба туннеля не внушали ей доверия.

Меж густых бровей Лютинга залегла глубокая морщинка. Верного ответа он не знал. Зато Северный ветер не стал раздумывать. Обогнув спутников, он решительно двинулся вперед и, не расслышав позади привычных шагов, жестом поманил принцессу с Мак Тиром.

— Так и будете стоять истуканами? До выхода рукой подать.

Зеленые глаза уставились ему вслед.

— Как далеко?

— Если поторопимся, скоро увидим солнце.

«Солнце… — мысленно простонала терновая колдунья. — Мне бы полежать в ласковом сумраке часок-другой — опустить веки, саднящие от копоти…»