Терновая ведьма. Исгерд - Спащенко Евгения - Страница 32

— Удивительно, что дорога вообще существует, — промолвил Хёльмвинд. — Что за люди поклонялись ветрам?

— Те самые, что после поражения Вей Эрны соорудили ей усыпальницу? Бесстрашные упрямцы! Я бы на эту гору не полезла и за все сокровища Тьер-на-Вьёр. — Принцесса прибавила шагу, благополучно забывая о том, что уже согласилась встать на опасную тропу, — причем вовсе не ради богатств.

Стемнело. Проклятые ступеньки множились, как заколдованные, земля манила, но не приближалась. Изольде хотелось вопить от отчаяния, но ее ветряной провожатый не знал устали. И когда принцесса готова была рухнуть с обрыва, подошва сапога коснулась мягкой земляной почвы.

— Вот почему жизнь людей так коротка, — прохрипел Северный ветер, измотанно опускаясь в траву. Казалось, легкие его вот-вот разорвутся.

— Ты еще не убегал от улеб-хёстов или слуг болотного короля. — Принцесса свалилась рядом.

Но Лютинг, последним сошедший с лестницы, потянул ее за капюшон.

— Вставайте! Прежде чем спать, нужно разжечь костер и согреться.

— Буран на твою голову, — прошипел Хёльмвинд сквозь зубы. Тело его превратилось в сплошной комок боли.

Опиравшаяся на колени терновая колдунья склонна была согласиться, если бы не беспощадная правота приморского королевича: они вымокли и продрогли. Негоже в таком виде ночевать в траве. К счастью, у Изольды был припасен порошок, которым снабдила подругу Лива. Если посыпать им поленья, пламя будет полыхать без остановки несколько часов.

— Вот. — Негнущимися пальцами она протянула мужу заветный мешочек. — Щепотки хватит до рассвета.

Таальвен бережно распустил шнуровку. Усталость на миг проступила на суровом лице, и сонная явь перед глазами колдуньи задрожала, сливаясь с грезами.

«Волосы его седы… Пахнут лесом, холодом, с тех пор как волк ходил в колдовской упряжке… Это притягивает, как безудержная звериная ярость в пружинистых лапах…»

Но вместо воображаемых когтей человеческие руки укладывали ее поближе к огню, укутывали волшебным плащом. И прежнее их неистовое буйство исчезало до поры — звенело росой на кончиках теплых пальцев.

ГЛАВА 8

ПЕРЬЯ И КОСТИ

— Мы не можем двинуться в путь без Ирифи! — бунтовала расстроенная Изольда. — Он обещал дождаться нас внизу.

— У этого полоумного старикашки вьюга в голове. — Плечи Хёльмвинда небрежно дрогнули. — Не уверен, что он вообще понял твои слова.

— Ну конечно понял. — Принцесса сверкнула голубыми глазами. — Иначе бы уточнил.

— Говорю тебе, вихрь давно выжил из ума. — Ветер затолкал в суму плащ и проверил, крепко ли держат тугие лямки. Судьба соплеменника нисколько его не тревожила.

«Бесчувственный чурбан! — Изольда сердито откинула за спину пышную косу. — Задумал бросить беспомощного спутника в колдовской стране, полной опасностей!»

Развернувшись, она потопала вниз по склону — искать Ирифи.

— Оставь ее, — беззлобно посоветовал Таальвен, предупреждая оклик, готовый сорваться с губ верховного. — Все равно не послушает.

Кошель с колдовским порошком отправился в его вещевой мешок.

— Но вихря здесь нет, — оглядев лесистые низины, сказал Хёльмвинд. — И не было… я бы почувствовал.

— Волнений Изольды это не уймет. Позволь ей самой убедиться, что ждать бессмысленно.

— Ты рассуждаешь так, будто знаешь, о чем она думает. — Ветер покосился на Мак Тира испытывающе — тот даже не дрогнул. При желании принц умел оставаться невозмутимым.

— Никто не может читать мысли…

— Я тоже так считал, пока своими глазами не убедился, как сдается терновая ведьма под натиском обыкновенного человека. Что ты с ней сделал?

— Ничего, — возразил Лютинг, пряча зеленый взгляд.

Загадочный вопрос и самому ему не давал покоя.

— И разумеется, Изольде лучше не знать об этом «ничего»? — предположил верховный с нажимом. Губы его тронула проницательная ухмылка.

— Если тебе есть о чем ей поведать, я не стану удерживать. — С трудом преодолев звериное желание цапнуть собеседника, Таальвен шагнул к косогору. Густые волосы отливали на свету жемчужным серебром.

Не прошло и дюжины минут, как принцесса догнала спутников и уныло побрела рядом. К досаде своей, она не обнаружила ни следа пыльного вихря — пришлось спешно возвращаться. Домыслы о несчастьях, сулящих симпатичному старичку, саднили занозой, но поделать девушка ничего не могла.

— Надеюсь, Ирифи увидит нас с высоты и присоединится, — жмурясь, она приложила ладонь козырьком ко лбу, — с ним идти веселее.

— Нравится, когда под боком бесконечно охают и голосят? — не преминул съязвить северный владыка.

Осадить его для Изольды было легче легкого.

— Намного больше, чем когда пыхтят от гордости и заносчиво закатывают глаза.

Фраза повеселила Таальвена, но он рассудительно смолчал. Не стоит рушить хрупкое перемирие, установившееся между ним и ветром. Для этого еще придет время.

— Непочтительные людишки! — Хёльмвинд с фырканьем отвернулся.

На том беседа оборвалась: тропинка резво сбегала вниз — требовалось следить, куда ступаешь, чтобы не соскользнуть по влажной от вчерашнего дождя траве.

Вдалеке мшистым покрывалом зеленели леса — их резкий листвяной запах кружил голову, увлекал за собой, словно невидимая нить, крепко оплетшая путников.

Когда высокие деревья замаячили перед лицом, Изольда радостно засияла. Облегчением виделось убраться подальше от скал. И чем глубже они уходили пиками в сизую небесную хмарь, тем легче становилось на душе у девушки. Словно с исчезновением острозубых башен ветряной цитадели с глаз спала пелена — драгоценная, но оттого не менее тяжелая.

Не дожидаясь, пока изумрудный лесной сумрак сгустится над головой, Северный ветер вынул из сумы карту и разложил на земле меж узловатых корневищ.

— Мы на границе Ветряного царства. Впереди Гладан-Къёль.

— Что это значит? — спросила принцесса, беспечно кружась среди осин и ясеней.

— Голодный лес — чаща, которая хочет есть…

— Хорошо, что заранее предупредил, — насупил брови Таальвен Валишер, в одночасье расхотев углубляться в дебри с подобным названием.

— Лес замыкается кольцом вокруг ветряной горы — облететь можно лишь по воздуху. — Верховный скатал в трубку старинный пергамент. — Так что выбора у нас нет.

О том, что им предстоит пересечь Гладан-Къёль, он догадался сразу после того, как Вея Эрна снарядила его в путь. Бессонной ночью времени изучить карту Тьер-на-Вьёр было предостаточно.

— А вдруг это просто поэтическое выражение? — попыталась разрядить обстановку Изольда. — Как Море чудовищ на родине Таальвена или Гнилое ущелье в Черных горах? Любят же менестрели облекать обычные вещи в причудливую форму.

Лютинг поддел носком ботинка шапку громадного мухомора.

— Море чудовищ названо так потому, что сотни лет назад мои предки сражались в его волнах с глубоководным змеем. А из упомянутого тобой ущелья исходит ядовитый смрад, порождающий жуткие видения…

— Эй, — принцесса уперла руки в бока, — я пытаюсь настроиться на положительный лад!

Лицо Таальвена смягчилось.

— Если бы от этого был толк…

Северный ветер размышлял о своем. Обойдя Мак Тира, он навскидку избрал направление и двинулся по мягкому ковру из прошлогодних листьев.

— Слышали сказки о Гладан-Къёль?

По спине Изольды пробежал холодок.

— Нет.

— Говорят, рощи его питаются живыми существами, будь то путники, звери или птицы. Потому здешние лощины полны обглоданных костей… Неведомо, как лес поедает своих жертв, но шагнувшим под его сень уже не выбраться…

Поступь Лютинга сделалась осторожнее. Принцесса нервно сглотнула и ускорила шаг, чтобы не отставать. Откуда ни возьмись возникло непреодолимое желание взять мужа под руку.

— В детстве я считал это чепухой. — Поваленное деревце под сапогом Хёльмвинда раскрошилось. — Байками, которые годятся, лишь чтобы пугать впечатлительного Зефира. Подобных историй о Тьер-на-Вьёр сотни — одна страшнее другой. Не думаю, что им стоит доверять…