Терновая ведьма. Исгерд - Спащенко Евгения - Страница 11

Колкий прозрачный взгляд мгновенно отыскал сжавшегося в комок вихря, который прятался за широкой спинкой хозяйского кресла.

— Тщедушный старикашка… — процедил Северный ветер.

В ответ вихрь выглянул из своего укрытия и затянул скорбно:

— Я пекусь о твоей безопасности, господин.

— О ней я и сам прекрасно позабочусь!

— Заведя дружбу с терновой колдуньей? — с напускной небрежностью поинтересовалась Фаруна.

Предотвратить набирающую обороты перепалку между ветрами можно было единственным способом. И Эйалэ воспользовался им, воздев кверху руку.

— Достаточно! — Воздух завибрировал, словно по нему прошлась грозовая волна. — Давайте не будем забывать, что все вы у меня в гостях. Ведите себя, как подобает почтительным визитерам, иначе тьер-на-вьёр со своим спутником или привратницы мои решат, что верховным неведомо взаимное уважение.

«Судя по остекленевшим взглядам, вряд ли они вообще способны здраво соображать», — с ноткой язвительности отметила принцесса и в поисках защиты опустила ладонь на холку Таальвена.

Отстраненный голос восточного владыки мгновенно подействовал на спорщиков: Фаруна пристыженно потупилась, Зефир заморгал. Северный ветер напряженно скрестил руки, пытаясь сопротивляться подчиняющей силе брата.

— Вот и славно. — Эйалэ поднялся на ноги, мягко прошелестел в сторону Изольды. — Рад снова приветствовать тебя, терновая ведьма. С удовольствием приму и твоего друга…

При этих словах его узкие карие глаза сощурились еще больше. Как бы ветер ни старался скрыть своего любопытства, Изольда видела: новая персона поглотила его внимание.

— Это мой муж — Лютинг Вестильд Таальвен Валишер Мак Тир, — заявила она во всеуслышание, бесстрашно подняв голову.

Южная ветресса потрясенно охнула, Хёльмвинд скривился, как от зубной боли.

— Прекрасно, — заключил хозяин дома и, не нарушив расстояния в несколько последних вершков между собой и принцессой, вернулся к чайному столику.

Повинуясь незаметному жесту, восточные ветрессы отправились прочь. И вскоре интерес его вновь переметнулся к Хёльмвинду.

— Предлагаю обсудить, что за мысли не дают покоя твоему сердцу, брат. Тем более Фару озабочена тем же вопросом.

— Мои хлопоты ее не касаются, — фыркнул беловолосый ветер. — Предпочитаю потолковать с тобой наедине.

— Зефир здесь, — предупреждая раздосадованное шипение сестры, напомнил восточный владыка. — Не вижу смысла в соблюдении тайн.

Хёльмвинд сердито придвинул ближайший стул и уселся. В каждом его жесте сквозило недовольство.

— Хорошо, но пусть Фаруна ведет себя смирно.

— Она будет молчать, — пообещал Эйалэ, пряча жутковатую улыбку.

— Тогда расскажи мне о зеркалах Тьер-на-Вьёр…

Воцарилась тишина. Пыльный вихрь за креслом вздрогнул и заскулил, но Восточный ветер не изменился в лице.

— Зачем?

— Как верховный, я имею право знать обо всех тайнах, открытых ветрам.

Кажется, мнение Хёльмвинда разделяли и младшие брат с сестрой. Зефир выжидающе склонил голову, Фаруна забыла на мгновение о существовании ненавистной ей золотоволосой ведьмы и приготовилась слушать.

Эйалэ не торопился. Пальцы его нежно поглаживали лакированное дерево подлокотников, мысли витали за пределами действительности.

— Р-рып. — Половицы в темной глубине дома заговорщицки поскрипывали.

Так и не дождавшись приглашения сесть, Изольда заняла дальнее кресло, опустив руки на колени.

— Некоторые секреты лучше не выдавать даже существам, справедливо на них претендующим… Иначе может произойти непоправимое.

— Вздор, — отбросив шелковое полотно волос за спинку, сказал Северный ветер. — Мне уже известно о том, что зеркала реальны и являются коридором в мир Тьер-на-Вьёр, — Ирифи оказался бесценным источником сведений… Но где их искать, как пройти сквозь поверхность?

Эйалэ задумчиво изучил сгорбленную фигуру дрожащего вихря: наверняка тот хотел как лучше, но опрометчиво сболтнул лишнее. Что ж, не стоило возлагать столь тяжкую ответственность на его дряхлые плечи… Похоже, придется раскрыть правду. Да только так, чтоб охота копаться в ней пропала.

— Попасть в Терновое королевство несложно — достаточно лишь пересечь зеркальную границу. — Ветер обвел присутствующих взглядом, от которого сердца замедлили стук. — Но после того как это будет сделано, проход навсегда закроется. Такова суть волшебных коридоров. Потому никто не рискует отправляться в Тьер-на-Вьёр.

— Значит, зеркалом можно воспользоваться лишь раз? — недоверчиво уточнил Хёльмвинд. Такого расклада он не предвидел.

— Погодите! — Зефир встрепенулся изумленно. — Вы сейчас всерьез обсуждаете существование сказочной страны, из которой родом терновая ведьма? А как же другие чудеса, о которых бается в детских историях: Голодный лес, Удел душеловов?..

Восточный владыка величественно пожал плечами.

— Никто не ведает, что на самом деле сокрыто за зеркалами Тьер-на-Вьёр, ведь ни одно существо, будь то ветер или человек, за тысячи лет не пересекало границу.

— Почему? — сдавленно выдохнула принцесса.

В глубине ее тела сам по себе возникал легкий зовущий гул, который щекотал изнутри, заставлял колдовскую силу вскипать и пениться. Чудилось, что мятущееся сердце сию секунду разорвется на части, если не узнает о волшебном королевстве больше.

— На то есть причина. — Хозяин дома подался вперед. — Видишь ли, Изольда, стоит кому-то из нашего мира уйти на другую сторону, равновесие может пошатнуться. Особенно это касается ветров…

— То есть веских доводов у тебя нет? — подытожил Хёльмвинд свысока, намекая, что в запасе у брата одни недомолвки и пустые угрозы.

Эйалэ запнулся, в уголках его странных глаз появились крошечные морщинки.

— Давным-давно ветра жили в Терновой стране, а затем случилось непоправимое. И если бы последние из нас не ушли оттуда, кто знает, носились бы сейчас бризы и ураганы над здешними землями…

— Так вы утверждаете, Ветряное царство реально? — снова выпучил глаза простодушный Западный ветер. Внезапно обретенная тайна предков никак не укладывалась в его голове.

— Уймись, наконец! — одернул его Хёльмвинд. Пустая болтовня начинала его раздражать.

— Но, Хёльм, только представь себе…

— Послушайте, — Эйалэ строго свел темные брови, — какие бы земли ни лежали по ту сторону зеркала, для нас они навеки утеряны. Там ничего нет — один прах и скорбь…

— А Роза Ветров? — последовал робкий вопрос. Внимать предостережениям Зефир не собирался.

— Легенда гласит, ее больше нет.

— Ты не знаешь этого наверняка! — С неприсущей ему горячностью северный владыка стиснул ладони в кулаки.

— Хёльмвинд, я действительно не могу утверждать, что владычица ветров мертва. Но даже если она спит вечным сном, для нас же безопаснее никогда не будить ее. Пусть сказки останутся сказками… — примирительно донеслось из-за чайного столика.

— Мы сами сделали их таковыми. И теперь блуждаем в своем суеверном страхе. — Теряющий остатки воли Северный ветер яростно потряс головой. — Зачем? Ради какой цели?

Лишь сейчас принцесса обнаружила, что Фаруна давно грезит наяву, обмякнув словно кукла с затуманенным взором.

— Я не сумею ответить на твои вопросы, потому что сам не владею правдой до конца. Но готов поклясться: путешествие в страну Тьер-на-Вьёр обернется для тебя гибелью. Для каждого из вас! Так не лучше ли сокрыть вздорные мысли на самом дне разума, отрешиться от них, чтобы жить покойно?..

Восточный ветер обратил строгий лик к Изольде, и ей захотелось отвернуться, спрятать лицо на груди у отважного волка. Но вместо этого принцесса только глубже зарылась пальцами в седой мех. Требовательный голос отдавался в висках болезненным стуком, но не имел над ней власти.

— Так путь тебе известен, Эйалэ из Вишневого дома?

Ветер недобро сощурился.

— Ни один мудрец не предскажет, что ждет вас на нем! Теплится ли в Терновой стране жизнь или она ушла вслед за нашими легкокрылыми предками… Если не хочешь затеряться в глубинах проклятых зеркал, послушай меня, девочка…