Заклятые враги (СИ) - Либрем Альма - Страница 288

— Жаль, что они не сожгли тебя, когда ты был там в прошлый раз. Какое неуважение к чужой культуре, — Лиаре было явно не до шуток. — Они не приемлют громкий смех, шутки и то, что твой отряд едва не расколотил половину таверны.

— О, так ты знаешь… Я просто забыл упомянуть императору, что не люблю, когда мне в тишине перерезают горло. Как умирать, так уж с праздником, но тут, моя дорогая, никто с тобой не сравнится. Куда ты там говорила сливать кровь?

Королева жестом указала на руну, причудливую, будто бы колючую, и Дар безропотно прижал к ней свою ладонь. Казалось, давно пора было научиться опасаться всего, что говорит Лиара, соблюдать максимальную осторожность и никогда не выполнять её просьбы, но, живи он в страхе, давно бы уже погиб. А так — Лиа просто придумывает новые трудности, которые надо преодолеть, ничего не обычного, даже довольно весело. Он почти привык к её странному поведению — зачем что-то портить сейчас?

Руна будто бы выпустила на свободу свои иголки — они обожгли ладонь, и мужчина едва заметно содрогнулся, чувствуя, как проклятая магия пытается пробраться под кожу. Он одёрнул руку — капли крови стекали по зеркальной поверхности, он даже и предположить не мог, что из столь маленьких ран могло появиться столько этой алой, отвратительной жидкости.

Магия вспыхнула, впитывая в себя дарованную ей жертву, а Дар бросил на ладонь короткий взгляд — кровотечение остановилось практически мгновенно, а сейчас можно было рассмотреть только красноватый след в форме незнакомого ему волшебного знака.

Лиара покачала головой. Чувствовалось, что она почему-то недовольна итогом — может быть, ждала, что зеркало отреагирует иначе, а может, наложила на него какое-то проклятье. Но женщина только вновь пробежалась кончиками пальцев по ободу из рун, называя поочерёдно каждую из них — быстро, монотонно, тихо. Заклинание со стороны походило на бормотание сумасшедшего; Дарнаэлу вдруг отчаянно захотелось рассмеяться, словно в том, что она колдовала, вообще было что-то смешное.

Поверхность, отражавшая прежде обеспокоенное лицо королевы, вспыхнула. Казалось, где-то в глубинах параллельных миров, отражаемых зеркалом, кружились бесконечные вихри, пенилось далёкое, незнакомое море с красными, кровавыми водами.

Что-то вспыхнуло — и внезапно вместо алых волн зеркало стало отражать обыкновенную как для королей комнату. Дарнаэл даже мог рассмотреть кусок своего крайне неудобного трона, повешенную на подлокотник корону — так мог сделать только он сам, Рри обязательно напялил бы её себе на голову.

— Мама? — удивлённый голос доносился откуда-то со стороны. — Это ты?

Зеркало как-то сконфуженно отползло чуть в сторону, открывая наконец-то взору королевы молодого мужчину с королевским скипетром наперевес. Вполне знакомый жест — Дар сам часто замахивался этой бесполезной вещью на подлезающих под руку слуг, и те отлично знали, что он ни за что не ударит, только погрозит, а потом сам же над собой и посмеётся, — абсолютно точно убеждал в том, что это не тень, не призрак и не чья-то чужая иллюзия, а вполне реальный их сын.

— Я, — Лиара с облегчением вздохнула, и у Тьеррона-старшего возникло впечатление, что она только что считала, все ли руки, ноги и голова на месте у их сына.

— И, я так предполагаю, эти рука и воротник, что отображает мне зеркало, это часть отца, который опять забыл о том, как надо стать в волшебном зеркале? — уточнил Шэйран. — Если да, то я тоже очень рад его видеть и хочу передать, что его временный заместитель Рри временно замещает кого-то на том свете.

Лиара подвинулась — она устроилась было на каком-то мягком и крайне широком пуфике, на котором с лёгкостью могли сесть две барышни в пышных платьях или два короля стандартного размера — таких, как Галатье, толстеньких и совершенно не любящих занятия бегом, фехтованием и войной.

Дар и Лиара едва-едва занимали его треть.

Шэйран явно был в прекрасном расположении духа — Дарнаэл не так уж и хорошо знал, что именно могло развеселить его сына, но, судя по последним событиям, сбежавшая темноволосая ведьма его всё-таки отыскала.

Зря ребёнку не сказали, что живой. Не маялась бы.

— Рэй, — Лиара запнулась, словно не зная, что сказать своему собственному сыну. Впрочем, Дарнаэл прекрасно понимал это её состояние — трудно говорить с ребёнком, которому ты столько лет повторяла, что он не способен ни колдовать, ни воевать, ни даже принимать за себя какие-либо решения. — Ты не видел Эрлу?

— Эрлу? — парень нахмурился, в его взгляде мелькнуло что-то злое. — Как же, видел. Она здесь.

— И? — как бы отчаянно женщина ни пыталась подавить отчаянное нетерпение в собственном голосе, получалось у неё плохо. — Она…

— Жива, здорова и становится похожей на тебя по характеру, — Шэйран скрестил руки на груди. — Я надеюсь, вы помирились и не держите друг друга в плену в Кррэа, правда?

— Не держим, — голос Дарнаэла в какое-то мгновение прозвучал как-то глухо, словно он вспоминал о том, что случилось. — Ты в столице каким ветром?

— Попутным, — покачал головой Рэй. — Я слышал, из столицы вышли в Эрроку все элитные отряды армии. По пути собрали остатки войска. Они уже у вас?

— У нас, — кивнул мужчина. — Вы б тоже могли присоединиться. Хотя, может и не стоит — в Элвьенте спокойнее.

— А у вас?

— А у нас грядёт война, — Лиара на мгновение отвела взгляд, осознавая, насколько же велика её вина во всём том, что тут случилось. — С Торрессой, если верить флагам. Они уже скоро будут около Кррэа, и мы даже не можем понять, с какой целью продвигается их армия. Эррока не должна была стать целью мести.

— Зато целью завоевания — вполне, — голос за спиной показался Лиаре поразительно знакомым. — В конце концов, воинство там слабее, и легче устроить себе стартовую площадку с удобными горами.

Незнакомка легонько толкнула Шэйрана в плечо — тот отодвинулся в сторону, пропуская её к зеркалу, — и стояла, сложив руки на груди. На её губах застыла отчасти издевательская улыбка, такая до ужаса знакомая для Дарнаэла.

— Ты не выглядишь удивлённым, мой милый вдовец, — наконец-то проронила женщина. — А ты, моя милая, — она протянула руку, словно собираясь коснуться магического зеркала, — совершенно не собираешься падать на колени. Неужели ты не признаёшь свою богиню? — Эрри грустно вздохнула. Улыбки на её губах больше не было — не осталось и следа, словно она окончательно разочаровалась во всех последователях. — А то в этой стране поклоняются только моему спутнику.

Она смотрела так пристально, будто бы пыталась пройти сквозь зеркало и оказаться в своём старом замке, во дворце в Кррэа, где когда-то умерла, растворилась на главной площади в лучах излишне яркого солнца и осыпалась невидимым прахом.

Её даже не смогли похоронить.

Эрри была ровно такой же, какой её изображали на всех фресках. Красивая, с точёными чертами лица, только волосы короче — как у Сэи. И острые уши, отличающие её от любого человека, которого только могла знать Лиара.

Королева бросила беглый взгляд на Дара — и скользнула по его руке, словно проверяя, нет ли там венчального браслета.

— Нет, мой милый вдовец уже снял свои оковы верности. От его супруги и вправду остались только кости и прах. И воспоминания в моей голове — но только они. А вообще… берегитесь войны. Постарайтесь сделать так, чтобы пролилось меньше крови, — она говорила почти серьёзно, но почему-то в тоне всё ещё чувствовалось жуткое желание всё развалить. — Источник не вечен, а мы, надеюсь, скоро будем там. У вас.

Зашипело зеркало — и хотя Шэйран, отстранив Эрри, ещё пытался что-то сказать, Лиара больше не услышала ни единого слова.

— Мне казалось, — она вновь провела ладонью по рунам, замыкая круг и заставляя зеркало вновь стать обыкновенным, — что мужчина должен хоть немного удивиться, когда слышит новость, что был женат на богине. Это довольно логично, Дарнаэл, быть шокированным, отпрянуть от этого кошмарного зеркала…

Он молчал, и почему-то Лиаре больше никакие иные доказательства не требовались. Одного взгляда на мужчину хватало с головой.