Заклятые враги (СИ) - Либрем Альма - Страница 267

Где-то тут, в дворцовой сокровищнице, был маленький камешек, позволяющий обратить своего владельца в того, в кого он захочет. Конечно, его надо было частенько заряжать чистой силой и детально продумать образ. Была у него и ещё одна особенность, безумно полезная для Рри, как обладателя почти угаснувшего в этом мире дара обращения в иного человека безо всяких иллюзий — даже с подменой сознания. Он очищал разум и позволял стать самим собой. Но Кэрнисс так и не смог отыскать маленький магический камушек, выполненный в виде кулона, по слухам, подаренный Его Величеству Дарнаэлу Второму самой королевой Лиарой. Он носил его — Вирр помнил этот маленький кулон на шее, — почти каждый день, а потом вдруг отдал кому-то или спрятал среди остальных драгоценностей, словно по ненадобности. Очевидно, окончательно разругались — или же Дар передал его кому-то другому. Но он словно и не подозревал об особенностях волшебного украшения, только иногда обращал на него внимание — когда то меняло цвет.

О том, какая связь маленького кулончика с его парой, Рри даже и не догадывался. Его интересовала исключительно возможность очищения собственной души от налёта истеричности и пугливости Вирра, с образом которого он слишком уж сильно сжился.

— Простите, — глаза седого советника как-то странно прищурились, — но у Его Величества никогда не было никаких мантий. Ни парадных, ни обыкновенных.

— А во что же он тогда одевался?

— Разве вы, как его приемник, не помните? Дарнаэл Второй предпочитал выделяться из толпы не алой тряпкой на спине, а тем, что всегда вёл свою армию вперёд. На войне всё это только мешало бы ему, а в столице он и вовсе очень редко пользовался благами королевской гардеробной. Но если вы желаете, мы можем принести его лучшую рубашку — они очень похожи, но у этой расшит воротник, — его камзол и брюки. Только, — советник прищурился, — я не уверен, что вам будет к лицу.

— Почему нет? — Рри вновь осмотрел себя придирчивым взглядом, на сей раз уже в большом зеркале, которое вчера приволокли в тронный зал. Надо же, всего неделю принцесса Эрла провела там, в темницах, а он уже стал заботиться о том, как будет выглядеть на свадьбе!

— Потому что Его Величество был мужчиной высоким и атлетического телосложения, — отметил советник. — Вы же будете ниже — потому брюки его покажутся вам слишком длинными, — а фигура у вас массивнее. Портные, — старик был вообще-то старым звездочётом, но анализ фигуры проводил отменно, словно самолично шил всё, что носил Дарнаэл Второй, — не уверены, что камзолы Его Величества на вас налезут, а расшить их не получится. Поэтому могу предложить только свободные рубашки.

Свободными рубашками Дарнаэла Тьеррона было нечто обыкновенно чёрного или серого цвета и для коронаций совершенно не годилось. Рри об этом, между прочим, отлично знал.

— Хорошо, — вздохнул он. — Тогда я пойду так, пообщаюсь с невестой.

— Ваша невеста, несомненно, будет очень рада вас видеть, — послушно кивнул старик. Рри показалось, что на сей раз в его равнодушном тоне было слишком много язвительности, но он всё-таки промолчал, внезапно осознав, что советник может и не подсказать ничего такого уж разумного или толкового.

Он лишь поправил то, что сейчас именовал мантией — совершенно не парадной, разумеется, — в очередной раз помечтал о кулоне, который очистил бы его сознание от надоедливого Вирра, и уверенно зашагал в направлении лестницы. Подниматься к принцессе было долго, а Кэрнисс до сих пор не решил, действительно ли оно того стоит.

***

Эрла — в красивом пышном платье, отнюдь не повседневном, а скорее бальном, с хорошо уложенными волосами и взглядом дикой кошки или и вовсе тигрицы (Рри оных никогда не видел, но мог себе представить, как именно это будет выглядеть) его почти пугала. По крайней мере, Кэрнисс по пути растерял большую часть собственной уверенности и теперь почти задохнулся от её великолепного облика, подумывая уже нарушить правило о неприступности невесты до первой брачной ночи.

Но стоило только ему вспомнить о том, что на принцессе он женится ради страны, а не ради забавы, как все глупые мысли моментально покинули голову, и он изгнал из себя дух Вирра Кэрнисса, в которого частенько мечтал перевоплотиться обратно. Быть пухлым советником казалось в десятки раз проще, чем мучиться в образе действительно важного, нужного человека, да что там — короля!

— Я надеюсь, — он занял место на мягкой софе, что стояла напротив окна, и провёл рукой по алой бархатной обивке, — что изобилие красного в этой комнате вас не смущает. Конечно, вражеский элвьентский флаг не по душе госпоже принцессе, но я ведь не могу позволить чему-либо из символики Эрроки попасть в этот дом.

— Не стоит волноваться, Рри, — усмехнулась она. — Я привыкла к красным цветам, разве они так плохи? Алые розы, что мне передали вчера, тоже весьма симпатичны.

— Алые розы?

Но она только рассмеялась, не соизволив ответить. Рри попытался вспомнить, что же в его мыслях было связано с этими, несомненно, великолепными цветами, но у него так ничего и не получилось. Казалось, образ неизвестных цветов проходил через воспоминания красной нитью, но… Откуда? Наверное, сейчас, когда воспоминания Вирра о светской жизни и о привычках придворных находились слишком далеко, он и не вытащит нужные фразы на поверхность. Но другого способа избавиться от назойливости поддельного Кэрнисса не существовало, либо так, либо безумие окончательно его поглотит и будет бесконечно требовать возвращения в поддельный лик.

— Так или иначе, — Кэрнисс мотнул головой, — завтра у нас свадьба, Ваше Высочество. А после того, как ваша матушка умрёт от руки моих лучших воинов, мы наконец-то сможем стать полноценными правителями и в Эрроке. Очень надеюсь, что вы вскоре подарите мне сына, что поможет укрепить власть в этой глупой, суеверной стране, да, Эрла?

Она заулыбалась. Откуда в этой девице взялось столько яда, Рри не понимал. Она ещё в тюрьме казалась милой, несчастной девчонкой, пусть и сражающейся за свою свободу. Но теперь, когда враги стали реальными, о опасность такой близкой, всё обратилось в бесконечное проклятие разговорами и её дерзостью. Даже манера держаться — и та теперь до ужаса напоминала о королеве Лиаре.

— И всё же, Ваше Высочество, — продолжил он, — что же заставило вас обратиться с милого ребёнка в такую отвратительную девушку? Мне придётся выбивать из вас это долго и старательно.

— Любовь меняет людей, Ваше Величество, — пожала плечами Эрла, отступая к окну. — Особенно если она не до конца взаимна. Ведь вы думаете, что ещё толкало Дарнаэла Второго на его несметные подвиги? У нас всех это в крови. Но вам не понять, представитель королевской династии, особенно тот, кто творит её, из вас получается отвратительный. Даже эта пудра не способна прикрыть позорные шрамы.

Ведьма!

— Любовь ли? — уточнил он. — Моя милая, вы отсюда убежать не сможете. Возможно, вы уже упустили свой замечательный шанс… Когда решили остаться. Ведь мой советник предложил вам убежать, я уверен. Его вы тоже очаровали, или всё случилось куда раньше?

— Зачем выдавать мои маленькие женские секреты? — рассмеялась Эрла. — Я многое не понимала прежде, когда только попала к вам. Боюсь, то пребывания в тюрьме я действительно была лишь ребёнком, ничего не понимающем в этой жизни. Была уверена в том, что моя судьба предопределена моей матушкой. Но богиня умеет открывать глаза на всё в последнее мгновение. А вам, Рри, не везёт с советниками, однако.

— С новым вполне повезло, — гордо отозвался он, понимая, что заходит слишком далеко.

Эрла только мягко улыбнулась. Бороться — сказала ей Сэя, когда её уводили. Шепнула, совсем тихо. Женщины — те же кошки; Богиня и её драгоценная матушка, Лиара, допускают ошибки, играя с мужчинами по другим правилам. Но ни меч, ни шпага, ни лук со стрелами не могут ничего изменить. Какой бы воинственной не оказалась тигрица, самого большего успеха она порой может добиться тогда, когда притворится ласковым котёнком.