На грани миров (СИ) - Нарейко Оксана - Страница 19

— Ты на кладбище к ней ездил?

— Да.

— Службу заказывал?

— Да.

— На помин души раздавал конфеты–печенье?

— Да.

— С батюшкой говорил?

— Зачем это? Мне не батюшка нужен, а гипнотизер, чтобы я вспомнил. Сколько не пытался, не могу!

Когда–то их было четверо: Любаша и Иван, Леночка и Алексей. Дружили с того дня, когда в ЗАГСе перепутали их свадебные фотографии и им пришлось искать друг друга и обмениваться снимками. Они тогда долго смеялись, а поговорив, почувствовали такое расположение друг к другу, что решили дружить семьями. И дружили. Леночка ушла слишком рано и если бы не Люба с Ванькой, да крестник Васенька, неизвестно как бы оно все обернулось. Леша тогда и пить начинал и во все тяжкие ударялся и пытался найти Леночке замену. Но как можно. Она была солнцем и светом для него, музой, нянькой и любимой. Она была самой жизнью.

Сейчас их тоже было четверо. За накрытым столом сидели трое друзей, стояла фотография Леночки в свадебном платье, а на краю стола на специально подстеленном полотенце сидел огромный серый кот и презрительно посматривая на людей, урча и чавкая, ел вареную курицу. Любаша, любившая всех котов, как родных детей, умилялась и подкладывала нахалу добавку, а тот не ел, жрал, и каждый новый кусок приветствовал утробным воем.

— Что–то мне его физиономия знакома. — Люба не могла отделаться от мысли, что этого кота она уже видела.

— Как физиономия кота может быть знакомой? Они все на одну морду!

— Лешка, ты же художник, как ты так можешь говорить, я тебя не понимаю. Они все абсолютно разные, как и люди.

— Шучу, Любочка. Конечно разные. Именно этот разбойник и был у Леночки на руках в моем последнем сне. Она сказала, что он подсказка.

Они посмотрели на кота, пытаясь рассмотреть в нем тайные знаки. Кот трескал обед, искоса поглядывая по сторонам, намекая, что пора бы уж и наливать молоко.

— Откуда он вообще взялся?

— О, это интересная история. Я не уверен, но похоже это кот одной из моих соседок. Пару недель назад прибежала зареванная, расстроенная, растрепанная, всю улицу опросила, не видел ли кто ее котика. А этот подлец ко мне потом ночевать ходил и показался только один раз. Потом не было его пару дней и вот опять пришел. я специально его не гнал, чтобы вы его увидели. не понимаю, что он мне может подсказать?

Алексей внимательно посмотрел коту в глаза. Тот сыто и довольно щурился и начал умываться, не обращая внимания на внимательные взгляды.

— Леночка всегда любила загадки, — Люба взяла ее фотографию и всмотрелось в лицо подруги: юное, красивое и счастливое. — Леш, можно мне взглянуть на ее серьги?

— Конечно, Любаша, сейчас принесу.

Украшения Леночка не очень любила, но эти серьги были особенными, ее бабушке их подарила во время войны беженка, которую бабушка приютила. Серьги были старинные, красивые, тяжелые, цены немалой, как подозревала Леночка. Бабушка ей рассказывала, что не хотела никакой платы за свою помощь. «Люди должны оставаться людьми, чтобы не случилось," любила повторять бабушка, но серьги ей пришлось взять, потому что дарили их от чистого сердца и с огромной благодарностью. Умирая, Леночка просила серьги никому не отдавать. Хотела, чтоб они остались с Алексеем и оберегали его. Он аккуратно поставил на стол старинный футляр. Серьги — золотые полукольца, свитые из тонких нитей, были украшены маленькими золотыми же листиками и камешками.

— Красота какая, — Люба аккуратно погладила серьги пальцем и повернула к свету, любуясь игрой бликов. — Я что–то подобное видела недавно. Вот только не припомню, где.

— Уаааауууу!

Кот внезапно заорал так громко, что они трое вздрогнули, а коробочка с серьгами полетела под стол.

— Тьфу на тебя, демон, взбесился ты что ли? — Алексей Александрович полез под стол за коробочкой, да так там и остался.

— Леша, тебе плохо? Леша! Иван заглянул под стол и увидел, что его друг сидит на полу с невероятно глупым выражением лица.

— Я вспомнил! Она сказала, что я должен отдать серьги их настоящей хозяйке!

— Кому? — Люба от волнения тоже опустилась на пол.

— Я не знаю, — Алексей пожал плечами. — мы понятия не имели, кто эти серьги дарил ее бабушке, ни адреса, ни даже имени, ничего.

— И что же нам делать? — Иван озвучил витавший в воздухе вопрос.

Сверху раздалось громкое шипение. Кот воспользовавшись суматохой, утащил кусочек сыра, съел его, пожалел, что колбаса уже не лезет в переполненное брюхо и понял, что пора приступать к активным действиям. Он спрыгнул на пол, неторопливо подошел к Алексею и сильно ударил его лапой по руке, держащей футляр. Напор и агрессия от милого пушистого создания ошеломили всех. Кот подцепил когтем футляр, подтащил к себе и зашипел еще выразительнее.

— Ничего себе подсказка! — Алексей Александрович тупо смотрел на свою расцарапанную руку.

— Быстренько промыть надо, неизвестно по каким помойкам этот сукин сын лазил, — Иван первым вылез из под стола и пошел в комнату за аптечкой.

— Любаш, давай помогу, — Алексей подал здоровую руку Любе, которая сидела что–то совсем тихо и не комментировала события, как обычно.

— Что? — она посмотрела на него так странно, что он испугался, не инсульт ли это.

— Любаш, все в порядке, тебе не плохо?

Она молчала и все также странно смотрела на него.

— Ваня, скорее сюда, Любе плохо.

— Люба, что болит, где, сердце? — они суетились вокруг нее, подняли с пола и усадили на диван, принесли воды и рылись в аптечке, ища сердечные капли.

— Да угомонитесь, — так раздраженно Люба очень редко разговаривала. — Я просто поняла, кому надо отдать серьги.

6

Василий методично разносил переноску. Сначала изодрал в клочья пеленку, потом опять перегрыз поводок («черт с ними, с зубами, надо же пар выпустить!»), а потом и вовсе стал драть пластмассовые стенки временной тюрьмы. «У меня нервы тоже не казенные, как можно так издеваться?», выл Васька вспоминая, как идеально построенная им и судьбой комбинация развалилась на куски только потому, что мужики пошли хилые и нерешительные. В отличие от хозяйки, кот был уверен, что на улице стоит пунцовый кавалер с букетом. Или не пунцовый, или не с букетом, да какая разница? Главное — ждет. А когда они с Любой вышли на пустую улицу, где их ждало только такси и никакого кавалера и в помине не было, Васька даже засомневался. А было ли это все? Или Василий Иванович с мамой и псиной был мороком, мечтами одиноких кота и женщины? Кот взвыл и отковырял кусочек пластика.

«Видишь ли кот," голос раздался у него в голове и Васька понял, что пришла подмога, ведь шизофрении у котов не бывает, а значит, слышат они исключительно то, что есть на самом деле.

— Видишь ли кот, — повторил голос. — Вселенная — это огромная головоломка и точнейшая машина, где каждый атом, да что там атом — каждое нейтрино имеет точное предназначение и свой собственный путь и все взаимосвязано и отрегулировано с того момента, как эту Вселенную привел в действие большой взрыв, который, в свою очередь…

Возмущению Васьки не было предела. Вместо помощи, он слушал лекцию о сотворении мира.

— Давай все это пропустим, ладно, мне бы хозяйку замуж выдать.

— Не перебивай, я к тому и веду. Так вот. У Вселенной свои законы. Люди почему–то их не особенно изучают, а потом удивляются, получая плюхи или пирожные. Переходим к твоей хозяйке, — заторопился голос, видя кошачье нетерпение и раздражение. — По–хорошему она не понимает.

— Чего не понимает?

— Того, что отдавать бесконтрольно так же неправильно, как и брать не отдавая. Все должно быть уравновешено. Вот, к примеру, зачем вы все вообще живете? Зачем сюда пришли?

— Никто особенно и не спрашивал, хочу ли я сюда.

— Правильно, раз ты здесь, значит тебе надо что?

— В слона мне надо.

— Дурень! Учиться тебе надо, духовно расти, чтобы достичь чего?