Властелин подземелий (СИ) - Гнатченко Юрий - Страница 47

Приняв окончательное решение, я вздохнул и закрыв глаза полностью расслабился. Мне предстояло сделать внушительные изменения в своем теле.

В первую очередь я предусматривал небольшую скорее даже незначительную гуманоидизацию своего тела. В то же время я не хотел окончательно терять огромную подвижность своего четырехлапого, да и что греха таить такого надежного тела.

За следующие пару часов мне пришлось подправить костную структуру всех четырех лап и непосредственно позвоночника. Кроме этого пришлось видоизменить тазовые кости, а также усилить мышечный каркас. Пришлось отказаться от полной костяной брони и заменить ее частичной, покрывающей только уязвимые точки на моей спине, боках и животе. Теперь моему телу была доступна не только горизонтальное передвижение на четырех конечностях, но и вертикальное хождение.

Правда и тут не обошлось без нюансов. Длину передних лап пришлось оставить прежней, так что теперь я слегка напоминал орангутанга.

«Ну с меня не воду пить так что пойдет» — позитивно отметил я, осмотрев себя со стороны.

Медленно, внося изменения, я чаще возвращался на шаг назад. Мне приходилось дополнять уже принятые модификации небольшими нюансами, пока наконец не добился максимальной гибкости в сухожилиях, распределении мышечной ткани, костях и внутренних органах.

Идеальной конструкции не получилось, так как хождение на двух ногах и на четырех лапах принципиально отличается, да что там! Даже центр тяжести расположен в разных местах. Так что пришлось составить небольшой алгоритм и заложить его в рефлексы тела. При необходимости смены два к четырем или наоборот, организм производил смещение костей и мышечной ткани, утягивая за собой и изменяя положение внутренних органов.

Окончив с телом, я еще раз провел сотое по счету тестирование и остался доволен.

«Ладно, пока пойдет» — скептически осматривая конечный вариант, решил я: «Главное функционально и работает. Мелкие нюансы доработаю в процессе эксплуатации».

Осмотрев себя во время трансформации и перехода из состояния четыре опорные конечности-две конечности, мною на несколько секунд овладел приступ гомерического хохота.

— Матушка Роща! — отсмеивался я: — Надеюсь никто меня во время трансформации не увидит. Так и заикой можно стать. Да я бы если увидел такое, пришиб бы мутанта, а лучше бы сжег чтобы значит наверняка. Памятка — по возможности скрывать момент трансформации от посторонних.

Оторопь брала в первые же мгновенья, а накатывающий волнами последующий страх был способен вызывать мурашки размером с земного слона. Весь процесс трансформации занимал не более пары секунд, вот только выглядело это в лучших традициях Голливуда. Создавалось ощущение что ты присутствуешь при превращении оборотня. Резкая судорога пробегала по моему телу и словно невидимой рукою несла изменения за собой. Там и тут начинали выпирать, бугриться и тут же опадать внутрь тела плотные сгустки мышц. Кости лап выгибались на всю длину и тут же судорожно сокращались, а суставные мешки натягиваясь сухожилиями изгибались и деформировались, стараясь успеть за новым положением костей. Позвоночник словно жил своей собственной жизнью, выгибаясь по всей длине он с щелчком пропускал в себя сотни спинных костяных пластин, которые мешали движениям при вертикальной ходьбе.

И главное все это делалось одновременно, единым слитным движением. Секунда и резким толчком передних лап я принимаю вертикальное положение.

— Мечта укуренного наркомана. — хмыкнул я и опять рассмеялся: — Вот только лицо у вас Шарапов слишком буржуйское…не пролетарское. Так что будем переделывать.

Следующим пунктом моей гуманоидизации было изменение морды. Первым подверглись модификации лицевые кости. Хоть моя морда отличалась завидной функциональностью, вот только внутренний голос крестился, глядя на нее и утверждал, что разговаривать с крокодилом моим оппонентам и будущим деловым партнерам будет сложно. Последним аргументом стал довод от того же внутреннего голоса, утверждавший, что гномы таких крокодилов сначала топором по башке приголубят, а уж затем только зададутся вопросом почему зверь разговаривает.

— Мда…топором это не комильфо. — согласился я с ним, разглядывая свое отражение в металлическом слитке.

Пришлось поработать над облагораживанием своей морды. Начал я с того, что отрастил дополнительные мимические мышцы, позволяющие отражать хотя бы простейшие чувства.

Вот тут меня и подстерегало разочарование. К сожалению строение моей вытянутой челюсти, да и самой морды было сугубо функционально. Конечно измененные связки способствовали воспроизведению более или менее понятной речи.

— Да ладно… — вздохнул я: — Самого себя обманывать это последнее дело. Те звуки, которые я произношу с большой натяжкой можно назвать речью. Скорее это порыкивание в котором можно различить слова.

Пришлось приниматься за дело всерьез. Из-за вытянутости моей морды часть мышц, особенно около губ не могли работать нормально. По факту мои губы были способны только ощериться в хищном оскале.

А для внятного произнесения звуков и речи необходимо три вещи: орган для создания тока воздуха, органы для ритмичного колебания воздуха и собственно сам резонатор. Если с первым пунктом проблем не было с самого начала, легкие у меня были и отказываться от них я не планировал, со вторым пунктом я вопрос решил, модифицировав ткани гортани и создав связки, то вот с последним намечались проблемы.

— По сути… — размышлял я в слух: — моя неразборчивая речь есть следствие отсутствия нормального резонатора, то есть полости глотки, носа, рта и зубов где созданные колебания воздуха связками способны резонировать и соответственно превращаться в понятные звуки.

Рассуждать в слух находясь в Мастерской было очень удобно и полностью фокусировало меня на проблеме. Встав со стола, я начал вышагивать по периметру Мастерской, продолжая рассуждения.

— То есть чтобы решить проблему нужно изменить сами кости челюсти. Сделать ее менее вытянутой… — согласившись с этим я важно кивнул сам себе и продолжил: — А также нарастить мышцы губ…стоп…получается, что сейчас я просто копирую лицо человека…

Последняя мысль заставила меня остановиться.

— И чего я получу в конце? — задал я сам себе следующий вопрос: — А получу я гибрид, какого-то монстра на двух ногах с человеческим лицом. Нет это в принципе выход…вот только надо ли?

Посетившая меня мысль заставила быстро вернуться к столу и лечь на него.

«Теория должна подкрепляться практикой!» — мелькнула мысль, и я начал производить изменения.

По сути мне требовался только орган для резонанса. Природа очень экономна и поэтому она деформировала лицо человека тем самым понизив его боевые характеристики, но в замен дав возможность использовать его не только для раздирания сладкой плоти.

«А вот я не загнан такими рамками» — усмехнулся я про себя.

Прямо рядом с гортанью я создал дополнительное пространство, своего рода воздушный карман, который был оплетен десятком различных мышц. Прикинув в голове и просчитав варианты звукового резонанса, я добавил несколько длинных и искривлённых костей прямо внутри мышечного кармана.

Удостоверившись в правильной работе каждой из десятка мышц, я открыв глаза и приняв вертикальное положение уселся поудобнее.

«Натурный эксперимент номер один» — важно заявил я про себя и перекрыв мембрану на гортани, пустил воздух из легких в полученные мышечный карман.

— Раз, раз…проверка…раз, раз… — проговорил я вслух приятным баритоном. Звук, слова были прекрасно слышны и различимы: — Шла Маша по шоссе и сосала сушку…

Последующие десять минут я тестировал новый орган, немного подправляя расположение мышц их плотность и форму костей внутри мышечного кармана.

При этом для произнесения слов мне не требовалось более напрягать всю пасть, теперь достаточно было приоткрыть ее и слова сами лились из меня рекой.

— Ощущение необычные… — вынужден был констатировать я: — Но вот так намного удобнее и главное функциональность то осталась!