Гильдия наемников. Курьер (СИ) - Михеев Сергей - Страница 85

"А вот здесь, парень, ты врешь. Я-же старый, опытный волчара, и меня на мякине не проведешь. Ложь я носом чую, недаром оборотень! Будем знать, что владеешь, но признаваться не хочешь." Сальве подумал, что это знание может ему пригодиться. Усмехнулся про себя и продолжил разговор:

∙ Ну возьмем, к примеру, огонь. Что можешь?

∙ Простые фокусы, вроде стрелы, шара огня, огненных мух, защиты разные. Чуть посложнее - дыхание дракона. В сочетании с другими стихиями более интересные и смертоносные штучки. Единственное преимущество, благодаря большому резерву все это будет посерьезнее, чем у многих других.

∙ Ясно. Нужно думать. Идеально было бы, оставить тебя в качестве резерва, "тяжелой артиллерии" ка ты выразился, но здесь проявлений магии не знают, опасно светиться, поэтому оставлю тебя на батальоне. На первое время, а потом будем посмотреть. Понял?

∙ Так точно.

∙ Вот и хорошо.

Тем временем мы пересекли железнодорожные пути и по Варшавскому шоссе въехали в Брест. Прокатили по улицам этого непримечательного городка, свернули налево и заехали на территорию крепости, расположенной на острове. Крепость внушала уважение, ее было видно даже с окраины, но тогда я не понял, что это. Внутри полковник притормозил у лавки, рядом остановились грузовики. Сальве подошел к переднему и позвал своего адъютанта с вещами капитана. Тот спрыгнул через борт тентованного грузовика и передал мне вещмешок с моим скарбом. После чего полковник сказал мне: "Жду тебя к семи на вокзале, не опаздывай, сел за руль своего авто, приказал рассаживаться адъютантам и в сопровождении грузовиков укатил. Я не стал рассматривать, что мне передали и юркнул внутрь лавки. Стоять одетым не по форме посреди набитой солдатами и полевой жандармерией крепости совсем не хотело, лучше внутри посмотрю.

Внутри лавка, вернее торговая комната, была поделена на две части длинным обшарпанным деревянным прилавком, какие-то ящики и бочки за прилавком и никого. Тем лучше подумал я и увидев кресло, которое стояло в половине для посетителей, сел и начал инспекцию моих вещей. Сверху лежал конверт из крафтовой бумаги с моими документами и немалой суммой - полторы тысячи рублей! Да я могу на них неплохо развернуться. Ниже еще один пухлый конверт. В нем лежали новенькие капитанские погоны под полевую форму с эмблемой нашего девятого полка Сибирских гренадер, бумажник, в котором 139 рублей и копеек еще на один рубль, пожалуй, считать не стал, документы, небольшой конвертик с необходимой фурнитурой. Еще глубже лежал мой пистолет в кобуре и портупея, к сожалению, испорченная осколками. Кителя, естественно, не было. Если мне хотели ампутировать руку, представляю, как он выглядит. Придирчиво осмотрел свои штаны и заметил, да и здесь тщательно застиранные пятна крови. Зато были обоймы к моему пистолету и к пулемету. Пара даже снаряженных, только вот самого пулемета нет. Посидев пару минут, я решил, что сначала стоит снять повязки и разбинтовал сначала голову, потом хотел руку, но сняв ее с повязки, решил, что не стоит. Пусть повисит забинтованной. После чего подошел к зеркалу, висевшему тут-же. Ну все не так страшно, морда худая, да и сам почти скелет. Все резервы организм израсходовал на починку повреждений. Кстати, голод снова начинает просыпаться. Часть волос выбрита, другая нелепо торчит. Нужно полностью побриться. Так будет не столь нелепо смотреться. Ну и шрамы. Кстати, при случае, нужно посмотреть, что с ногами - там тоже бинты и ощущение скованности. Не зажили пока. Ладно, хватит на себя любоваться.

∙ Эй, есть кто? Выходите, я не кусаюсь!

Из-за шторки послышался шум, появилась заспанная рожица мальца лет двенадцати, с красным рубцом на щеке и лбу - уснул на тюке с товаром, поди.

∙ Позови кого, что ли. Или сам мне товар продавать будешь?

Рожица с ойканьем скрылась за шторой, спустя минуту появился мужик лет сорока пяти в линялой военной форме без погон отсутствующей левой кистью. Ветеран.

∙ Чего желаете, э...

∙ Капитан. Дан Хали. Вне службы можно просто Виктор Сергеевич.

∙ Так что вам.

∙ Сами видите. Все практически. И куда бинты можно выкинуть?

∙ Левка, забери у господина капитана мусор. Значит вам китель, фуражку, амуницию и снаряжение. Оружие?

∙ Частично сохранил. Шашку нужно. И вот, я положил на стойку погоны и фурнитуру.

∙ Ясно, сделаем. Левка, зови Феофана, нужно господина капитана промерить. Что-нибудь еще?

∙ Да еще комплекта три нательного белья. А то это госпиталем провоняло.

∙ Тоже сделаем.

Спустя час я стоил в новой, необмятой форме капитана, несмотря на то что китель подгоняли, он сидел "колом", да и рука на перевязи. Но это недолго, пара дней, все сядет по фигуре. И рука заживет. Не скажу, что я себе очень нравился, но выглядел терпимо. На груди появилась новая нашивка - оранжевая полоса, знак тяжелого ранения. Если взять все мои ранения...

Да. Чего не хватает? Да не знаю. Вроде все в порядке.

∙ Револьвер уставной не хотите?

∙ Нет, пистолета хватит. А вот патронов прикупить нужно. - взял десять пачек патронов. Снял фуражку, посмотрел на багрово-красные швы на черепе. Да, хорошо меня приласкал германский снаряд. Еще немного и мог не выкарабкаться, не смотря на всю мою регенерацию.

∙ Где это вас так, господин капитан. - лавочник-ветеран упорно называл меня по уставу.

∙ Кенигсберг. Штурм, неудачный. Мог, кстати, как ты, без левой остаться.

∙ Да, вижу, бережете ее. - лавочник посмотрел на меня и в его взгляде я ясно прочитал, все что он думает о генералах, которые с дуру гонят солдат под пушки и пулеметы. Выразительный был взгляд. Очень. Да и чувства его под стать. Ненавидел он их. И меня, отчасти.

∙ Ну ладно. Подскажи, где перекусить сейчас можно и голову обрить. А то выглядит моя стрижка сейчас... сам понимаешь.

∙ Поесть можно в заведении справа от нас, хорошо кормят. А голову побрить, там спросите. Я не знаю.

∙ Ну бывай!

∙ И вам всего хорошего.

Странный человек. Не похож на обычного лавочника. Да и просто, странный. Да и боги с ним! Я зашел в "заведение", что-то ближе к ресторану. Там заказал себе рульку с красным сухим вином. Рулька была просто гигантской, это не свиное колена, а от ископаемого вепря! Манко бы такой очень порадовался, любит мой наставник рульку, очень уважает. Она была очень вкусной и хорошо зашла под бутылку вина. Тут я сообразил, чего мне не хватает! Расплатился, вернулся в лавку и позвав лавочника, который мне так и не представился, спросил о часах. Он предложил мне несколько моделей, из них я выбрал по его совету простой и надежный механизм, одел на запястье. До встречи на вокзале оставалось еще три часа. Выйдя за ворота крепости и перейдя мост я оказался на площади, поймал извозчика и спросил его, есть ли на вокзале парикмахерская. Ну, где можно побриться? Тот сказал, что как без этого, и быстро довез меня. Там я попросил побрить мне голову и, пощупав подбородок, "просто побрить". Пока сидел с горячим полотенцем на лице мне обработали голову, потом долго колдовали над лицом. Когда закончили я взглянул в зеркало.

Странно. Здесь я пережил меньше, чем на Ирме, там война была пострашнее. Но видимо эта оказала на меня какое-то особое воздействие. Из зеркала на меня смотрел не девятнадцатилетний юноша. А так, мужик, непонятного возраста, со злыми, жесткими глазами. Таким, наверное, мог бы быть мой старший брат. Если бы пошел по военной стезе. И был жив.

Странно это.

Ровно в семь вечера я стоял у хода на вокзал. В семь ноль две на въезде на площадь показались два грузовика, которые затормозили рядом. Из первого вылез Сальве, после чего из них, по команде адъютанта, бывшего в кабине второго, из грузовиков стали спрыгивать офицеры в разных званиях, от прапорщика до майора и строиться возле.

∙ Ну как тебе наше пополнение? -спросил Сальве. Я уже понял, что это наемники. Было в них что-то такое, не присущее жителям этого мира. Почти пятьдесят человек.