Наши против (СИ) - Ардо Маргарита - Страница 26

— Нет, Тася!

А как я потом жить буду, если человек из-за меня погибнет? Или в тюрьму попадёт?! Брр…

Я отступила назад, и несмотря на головокружение, не стала отвечать, просто представила Аню. И очутилась в королевских покоях. Аня светилась в углу, набравшись магии, но обступившие маги порядка поймали её в обычную сеть. Гады! Как на хищного зверя охотятся!

Я рванула к ней, борясь с желанием выплюнуть горечь изо рта.

— Джива! Ловите дживу! — закричал советник.

И все мужчины в комнате обернулись ко мне. Холод пробежал по моей спине. Бояться буду потом. Как Скарлетт О'Хара. Завтра. Сразу после обеда и начну бояться, с двух до трёх без перерыва.

Маги наступали с угрожающими лицами. Я заметила сеть у одного в руках. Он сделал рывок вперёд, а я вдохнула полной грудью и в мгновение ока переместилась через всё помещение к Ане. Хлопок и растерянный «ах» послышались за спиной. Вот. Фиг вам! И всё равно, что тошнит!

— Аня, — я потянулась к подруге.

— Она уйдёт! Не дайте ей уйти! — крикнул Джоно.

Маги резко развернулись и бросились ко мне. Я снова переместилась в противоположную часть комнаты. И снова. А посохов-то нет больше! Здорово Аня хапнула! Суперзомби! Жаль, что теперь под магическим «кайфом», кажется, не особо соображает.

— Аня, помогай мне! — крикнула я. — Авоську с себя снимай. Торопись!

Верёвочная сеть полетела в меня, я растворилась в воздухе у стола и плюхнулась попой о подоконник. Неизящно вышло. В меня кинули подушками. А я — ап! Уже не тут! Послышался звон разбитого стекла. Упс…

Я гоняла шестерых мальвин, советника и двух слуг, как смолёных зайцев по футбольному полю — столовая по размерам была немногим меньше. Маги вспотели и разозлились. А у меня в душе проснулся азарт от того, что девять крупных мужчин не в состоянии меня поймать. Правда, суставы начало крутить. Ну, что там Аня?! О, наконец, сбросила с себя сеть! Я переместилась к ней и протянула руку:

— Давай!

В этот момент Аню отшвырнуло в угол диванной подушкой. А на меня сзади набросился кто-то тяжёлый и повалил на пол.

— Я поймал её! Поймал! — закричал мне в ухо ректор.

— Пузом давите, — прокряхтела я, морщась от боли в сбитых коленях и от веса на собственной пояснице. Словно кабаном приложило сверху.

Голова закружилась сильнее. Ой, всё поплыло перед глазами. Но нет! Я не сдамся им так просто! Пытаясь собрать мысли из тумана в кучу, я зажмурилась и изо всех сил представила Киату.

В следующую секунду перед моим носом вырисовались носки мужских сапог.

Кто-то охнул и мигом сдёрнул с меня тяжеленную тушу. О, спасибо!

Я подняла голову — та же пещера, Киату держал ректора навесу за шкирку. С лицом, достойным мегеры, Грымова привязывала к стулу принца.

— А где Аня? — спросила Крохина.

— Не получилось, — выдохнула я и, почувствовав солёную слезу во рту, потеряла сознание.

Глава 22

— Тася! — крикнул Киату и, отбросив ректора в сторону, кинулся к дживе.

Его опередила Рита и грозно сказала:

— Не приближайся к ней, бандит!

— Уйди, мухарка! — прорычал Киату и протянул руку, чтобы отстранить в сторону стройную девушку из чужого мира.

Но, не успев моргнуть, оказался на полу. На спине. Киату подскочил на ноги, разгневанный унижением. Чужестранка стояла в боевой позе, готовая сражаться с ним, будто мужчина. Мир сошёл с ума! Киату процедил сквозь зубы:

— Я не бью женщин, уйди!

— Зато я мужчин бью, — жёстко сказала Рита. — И убить могу одним ударом.

Крохина шагнула к ней всё с тем же обломком кресла.

— А я двумя.

— И контрольным веслом в голову, — встала на пути Грымова, подобрав с пола палку для чистки бассейна. — За Таську!

Киату моргнул, злой и растерянный. Женщин он и правда не бил, потому что они — существа слабые. Эти же, несмотря на довольно привлекательные черты, слабыми не казались. Та, что пониже — вообще шкаф на ножках. Но особенно Киату смутило то, как его уложила на пол раскосая красотка. Его! Способного троих в драке одолеть! Что это за борьба такая?! Уязвлённая мужская гордость заломила сильнее, чем отбитые о каменный пол ягодицы.

— Уйдите с дороги! — рыкнул Киату. — Сейчас же!

— И не подумаем, — сказала Рита. — Ариадна, посмотри, что с Тасей. Мы с этим разбойником вдвоём справимся.

Ариадна, блондинка с северными чертами лица, ростом не многим меньше Большого Трэджо, бросилась к Тасе. Сердце Киату забилось ещё сильнее от волнения. В висках стучало. Он не обратил внимания на ректора, подкравшегося к двери из пещеры и тщетно пытающегося её открыть. На принца тоже было плевать. Краем глаза Киату заметил, что привязанный Крохиной и Грымовой к стулу как объект для шантажа, Аридо пытался подавать кому-то знаки. Но всё внимание Киату было занято Тасей.

— Дышит, опять сознание потеряла, — приподняв с каменного пола тоненькую Тасю, сказала блондинка. — Налеталась, спасительница. Выдохлась.

Киату подался вперёд.

— Я не причиню ей вреда, пустите! — поджав губы, сказал он.

— Уже причинил! — гаркнула низкая и обломок кресла мелькнул у него перед носом.

Еле увернуться успел.

Киату собрался отшвырнуть этот дерзкий шкафик на ножках, но следующие слова девицы окатили его, как холодной водой наутро после хмельной вечеринки:

— По твоей вине, гад, мы тут застряли! Кто привязку поставил, дядя Вася или тётя Феня?!

Киату сглотнул, а за спиной перестали скрестись в дверь.

Севшим мгновенно голосом, Киату произнёс:

— Я. И не отрицаю этого. Но, если вы не окончательно безумны, мухарки, то понимаете, что ей нужен целитель и постель! Прямо сейчас!

— Да, врач нужен, — хмуро кивнула Рита. — Веди.

Грымова подняла с пола хрупкую, совсем бледную Тасю, как ребёнка. Киату протянул к ней руки:

— Давай сюда.

Но блондинка покачала головой:

— Вот уж нет. К Тасе ты больше и пальцем не прикоснёшься.

Киату повернулся к двери и увидел ректора. Тот присогнул ноги в коленях и осторожно стал отодвигаться по стенке.

— Ах, ты ещё! — рявкнул Киату. Схватил его за шиворот и подтолкнул к бассейну с медузами.

Ректор попытался затормозить каблуками туфель.

— Ты, старый хитрюга, знаешь этих морских тварей, да? Вот сиди тихо и не рыпайся. Я их ещё не кормил сегодня. — Киату столкнул ректора в неглубокий бассейн и прошипел огромным, красным, полупрозрачным и очень склизским существам: — Хххаршииэээссс… хкооо.

Медузы тотчас окружили толстяка, вокруг которого на поверхность всплыли полы шёлкового ночного халата.

— Не оставляйте меня! — жалобно взвизгнул ректор.

Киату проигнорировал его и, щёлкнув пальцами, подозвал гиганскую акулу из центрального бассейна. Сказал ей что-то нечленораздельное, похлопал по клыкастой тупой морде. А затем бросил принцу Аридо, побледневшему от возможности оказаться в ловушке рядом с ректором:

— Моя акула умеет летать. Зубы у неё большие, аппетит ещё больше. Так что со стула или со стулом вставать не пытайся, Аридо. Я вернусь позже.

Девушки поражённо пронаблюдали за укротителем морских существ. Крохина даже почесала затылок ножкой кресла, пробормотав что-то типа «трындец осьминогам»… Но Риту даже это представление не выбило из уравновешенного спокойствия.

— Веди к врачу! — приказала она Киату.

Того перевернуло от тона мухарки, но он проглотил гордость и распахнул перед девушками дверь на лестницу:

— Пошли. Быстро! — Киату жестом поманил их за собой.

Сердце за Тасю билось, как сумасшедшее. Вспоминалась детская сказка о погибшей из-за людской жадности дживе, и от этого холодные струйки пота скатывались по спине. Теперь страшная сказка была слишком похожей на правду.

Хотелось отобрать Тасю у верзилы со странной причёской и вообще проучить этих зарвавшихся мухарок из другого мира, но что-то не давало Киату поступить грубо.

Возможно осознание того, что они были правы? Да, в Тасиной беде виноват он. Но чёртову привязку снять Киату не мог.