Подселенцы (СИ) - Обава Дана - Страница 3

— Ничего так, — пожала плечами Адель. — Пристрой его где-нибудь. — Она кивнула на кузов и сама вышла из машины.

Стефания не глядя запихнула свою винтажную покупку под мокрый брезент к куче других вещей, которые Адель привезла с собой, и, повизгивая от счастья, крепко обняла подругу. Она легко приподняла ее над землей. В отличие от крепко сбитой Стефании за последние годы Адель стала такой худенькой и хрупкой, что, наверное, та смогла бы без труда закинуть ее в кузов вслед за торшером.

— Не ждала тебя так рано, — сказала Стефа, — усаживаясь на пассажирское сиденье пикапа. — Думала, успею забрать торшер и встретить тебя уже около нашей новой квартиры. Ты что вела машину под таким дождем?

— Ну а что такого, — удивилась Адель и, заведя мотор, выехала обратно на дорогу. — Ты тоже, гляжу, дома не сидела.

— Так торшер же могли из-под носа увести, а это же винтаж! Он нам в квартиру идеально подойдет!

— Так квартира-то пустая пока, хоть слона запускай. Нам что угодно подойдет!

— Не что угодно, а только самое лучшее! — весело возразила Стефа, но тут ее взгляд упал на руку Адель, перебинтованную на запястье. — О нет, ты что, опять?!

— Не опять, — посерьезнела Адель, поняв, на что намекает подруга. — Я просто поранилась обо что-то на заправке. Не волнуйся, тебе не нужно будет за мной присматривать. И вообще, у меня уже год ничего колюще-режущего в руках не было, так что тебе придется на двоих бутерброды делать, — пошутила она, попытавшись улыбнуться краешком губ.

— О, Боже, наконец-то, — Стефания не могла сдержать энтузиазм. — Как же я рада, что ты вернулась в наш задрипанный городок! Ты меня просто спасла! Если б не ты, мне бы пришлось и дальше жить с родителями, или, не знаю, в палатке в поле. Но теперь ты приехала, и все у нас будет хо-ро-шо! — проговорила она, широко и счастливо улыбаясь проплывающим мимо столбам.

— Да-а, — неуверенно протянула Адель.

— Что-что? Откуда эта интонация? Только не говори, что ты уже передумала и возвращаешься обратно к семье!

— Что ты! Нет! — поспешила ее успокоить подруга. — Это не я возвращаюсь к семье, это они меня и тут достали!

— Каким образом? — осторожно уточнила Стефа, пряча телефон, на котором потихоньку набирала сообщение для отца Адель (вроде "все хорошо, встретила").

— Пару часов назад позвонил мой дорогой папочка и как бы невзначай напомнил, что у него в этом городе остался близкий друг, которого я в детстве называла дядя Мик, и что хорошо бы мне с ним наладить связь и все такое. Короче, уже надсмотрщика мне нашел!

— Ну, возможно, он ничего такого не имел в виду. Просто знакомый человек в городе, а то мало ли что… Он же волнуется, его можно понять, — промямлила Стефа, заталкивая телефон глубже в карман.

— А чего беспокоиться? — продолжила кипятиться Адель. — Городочек тихий, а я, между прочим, взрослый человек, я могу о себе позаботиться. Мне эта его гиперопека уже вот где! Почему он мне так не доверяет?

— Ну ты все-таки…два раза пыталась…того.

— Сколько лет с тех пор прошло! — прорычала Адель, сердито глянув на вжавшуюся в сиденье подругу.

— Два, — проворчала Стефа под нос. — Просто нам не хочется, чтобы с тобой снова что-то случилось.

— Подожди-ка, НАМ не хочется? То есть ты с ними заодно?! — возмутилась Адель.

— Не-ет! Им не хочется, им, — махнула рукой Стефа. — Мне-то, конечно, все равно. Кто ты мне? Так, единственная подруга, родная душа…

— Слушай, мы же последние шесть лет только по интернету общались, неужели никого…

— А вот никого! Одна ты такая, никто мне больше не нужен! — театрально воскликнула Стефа и попыталась даже снова заключить Адель в объятия.

Машина вильнула, но к счастью на совершенно пустынной дороге.

— Полегче! — рассмеялась девушка.

Откуда ни возьмись появилась полицейская машина и пристроилась за ними, требуя остановиться.

— Вот, черт! — испугалась Стефа. — Придется остановиться. Ну же, останавливайся!

— Я останавливаюсь.

— Ты слишком медленно останавливаешься, можно подумать, что ты убегаешь!

— Думаю, именно так он и подумал, — все же остановив пикап у обочины, Адель закусила губу и недовольно разглядывала приближающегося полицейского в зеркало заднего вида. — Стеф, давай так, сейчас он подойдет поближе, и мы по газам…

— Ты что?! — перепугалась Стефания.

— Это же и есть дядя Мик, — шепотом проговорила Адель, — в кустах сидел, в засаде! Я на пять его звонков не ответила. Или шесть!

— А он совсем не злится, — также шепотом вступила Стефания, — смотри, какой добрый взгляд, давай, не будем убегать?

Произошла короткая драка за ключ, прерванная интеллигентным стуком в окошко.

— Адель, здравствуй, помнишь меня?

— Да, дядя Мик, она помнит! — ответила за нее Стефания, победоносно махнув отобранным ключом.

— Твой отец, предупредил меня, что ты приедешь. Я звонил тебе несколько раз.

— Ах да! — воскликнула Адель. — Телефон звонил все время, но он упал куда-то между сиденьями, так что…никак не могла ответить.

— Ну ладно, обращайся если что.

— Непременно.

Мик кивнул и пошел обратно к своей машине.

— Что ж, все прошло не так уж и плохо, — резюмировала Стефа, провожая полицейского взглядом. В ее глазах продолжали плясать искорки восторга.

— Ну здорово, здорово, — несколько раз повторила Адель и вдруг развернула машину и поехала назад.

— Что ты делаешь?! — воскликнула Стефания, когда они проехали мимо дяди Мика. Она беспомощно оглянулась на него и заверещала: — Ты не можешь уехать!

Из бурлящего котла эмоций Адель так и не вырвалось ни одного вразумительного объяснения.

— Послушай! — Начала тараторить Стефания. — Парень, с которым я встречалась два года до тех пор, пока он меня не избил до беспамятства, живет со мной в соседнем доме, дверь в дверь, окно в окно…я вижу его утром, когда забираю почту и когда иду на работу, а потом когда возвращаюсь с работы! Я не могу там больше жить! И если ты не поселишься в этой квартире, мне будет некуда больше деться! Я не смогу одна снимать другое жилье…

Адель вздохнула, как бы соглашаясь, и снова развернула машину в обратную сторону. Они снова проехали мимо дяди Мика. По его каменному лицу трудно было прочитать, что он обо всем этом думает. Стефания глядела назад, пока он не скрылся из виду.

— А интересный мужчина этот твой дядя, — вдруг заключила она. — Ему, наверное, лет сорок, да?

Адель не выдержала и рассмеялась.

— Ну, похоже, ты приходишь в себя!

— Теперь, когда ты рядом, да! — согласилась Стефа, устраиваясь поудобнее на сидении. Спокойствие и жизнерадостность мгновенно вернулись к ней.

Выглянуло солнце и все вокруг засияло. Именно таким, сияющим, умытым дождем, Адель впервые увидела свой новый дом. А впереди рядом с домом был разбит еще и небольшой цветник, что делало картину просто идиллической.

— Пойдем, сначала просто поднимемся, без вещей! — предложила девушка.

— Угу, — согласилась Стефания, все же вытаскивая из пикапа свой винтажный торшер. С ним она вошла за подругой в темный подъезд.

— Не закрывай дверь, ничего не видно! — попросила Адель, но тут вдруг над их головами зажглась лампочка.

Щелкнул замок, и дверь нижней квартиры приоткрылась, из-за нее выглянула миловидная пожилая женщина с гладко зачесанными назад седыми волосами, в старомодном и очень опрятном платье. Увидев девушек, она шире отворила дверь.

— Когда хочет, тогда и горит, — сказала женщина тихим приятным голосом. — Здравствуйте, мои дорогие. Вы мои новые соседки?

— Здравствуйте, мы будем жить на втором этаже, — ответила Адель. — Меня зовут Адель, а это Стефания.

— А это винтаж, — смущенно ляпнула Стефа, потому что старушка, переводя взгляд с лица на лицо, в конце остановилась на торшере, который встал рядом со Стефой аккурат как третий человек.

— Вижу, вижу, — рассмеялась старушка, — у меня вот точно такой же стоит! А меня зовут Полония Вульф. Или, если хотите, зовите по-свойски — тетя Поля. Мне будет приятно!