Подселенцы (СИ) - Обава Дана - Страница 1

Глава 1

Дождь лил нещадно, будто собрался изо всех сил и обрушился на город в отчаянной попытке смыть с его лица нечто грязное и зловещее. Ройс только что проскочил указатель на въезде в город и точно попал под огромный небесный душ. Вода была повсюду: хлестала по окнам, стекала ручьями, окатывала волнами из собравшихся на дороге маленьких озер, шумела и размывала очертания проносящихся мимо деревьев и строений. Она даже попыталась своими бурными потоками утащить его в протекающую по окраине города речку, когда он пересекал ее по мосту. Но коварным планам ее не суждено было сбыться. Благополучно ворвавшись в город, скрытый таинственным пологом из водяных струй, Ройс уменьшил скорость, дабы на ходу попытаться сориентироваться. Не видно было ни черта. Дождь настолько искажал действительность, что даже знакомые всю жизнь улицы, казались абсолютно чужими.

Едва разбирая дорогу, он немного поплутал по городу, прежде чем припарковаться возле нужного дома, или точнее какого-то дома или даже возле чего-то, что очертаниями напоминало дом. На счет три молодой человек выскочил из машины, хлопнул дверцей и бросился под козырек крыльца, за несколько секунд успев промокнуть, как ему показалось, насквозь. Оказавшись под крышей, он утер ладонью лицо, зябко поежился и с надеждой нажал на одну из кнопок домофона. Никакого эффекта это не произвело.

Ройс недовольно цокнул языком, когда ветер издевательски обдал его горстью ледяных капель. Он снова поежился и полез в карман за телефоном. Как раз в этот момент что-то щелкнуло, и входная дверь распахнулась.

— Домофон не работает, — пояснил открывший ее хмурый подросток. Он был на голову ниже Ройса, все такой же худой да и вообще не изменился с того времени, как он видел его в последний раз. Только одежда — мятая серая футболка и джинсы — стали еще более потрепанными жизнью, чем раньше. — И не только домофон, — добавил мальчик, пропуская гостя внутрь дома. При этих словах лампочка, в одиночку освещавшая небольшое и узкое помещение, потухла. Тем не менее, в подъезде оказалось сухо и тепло, что на данный момент было вполне достаточно для счастья, так что довольный Ройс заключил друга в крепкие объятия и прохрипел подмерзшим голосом:

— Здорово, мелкий!

— Ну, спасибо тебе, — недовольно проворчал тот, поспешно отстраняясь и брезгливо отряхиваясь, хотя в этом не было никакого смысла. — Нам наверх, — добавил он сухо.

Вдвоем они начали подниматься по лестнице и, хотя было темновато, Ройс не мог не заметить, что на лестничной клетке второго этажа сделан свежий ремонт. После него их третий выглядел совсем уж неприглядно. На этаже была всего одна квартира, еще часть пространства отгораживала ржавая решетка, позади которой возвышалась груда мятых коробок и какого-то тряпья. По металлической лесенке внутри этого чулана очевидно можно было забраться дальше на чердак. Ройс не мог не подойти и не заглянуть наверх. Его же юный товарищ сразу прошел к двери в квартиру, которая стояла приоткрытой.

— Марк, — негромко окликнул его Ройс, — а там что? — Из щели в крышке чердачного люка слабо пробивался свет.

— Всякий хлам, — коротко ответил парень и пнул дверь в сторону.

Поспешно стаскивая с себя мокрую куртку, Ройс вошел вслед за ним в квартиру, с интересом оглядываясь вокруг. Небольшая прихожая оказалась органичным продолжением мрачной лестничной клетки, с ободранными стенами и потрескавшейся штукатуркой на потолке. Куртку повесить было решительно некуда, так что пришлось пристроить ее на облупленном подоконнике. Дождь с прежним энтузиазмом поливал оконное стекло снаружи, но внутри его не протирали, должно быть, никогда, так что вокруг было темнее, чем могло бы. Далее из прихожей один пустой проем вел направо в комнату, второй вперед на кухню, куда они сразу и прошли. Здесь первой бросалась в глаза дыра в стене, прямо рядом с покосившейся дверью то ли в ванную, то ли еще куда.

— Пиво есть? — спросил Ройс, осмотревшись, с некоторой грустью в голосе.

— Если ты привез.

— Привез, — подтвердил Ройс без энтузиазма, поскольку упаковка с банками осталась внизу в машине.

— Значит, будешь согреваться чаем, — правильно понял его Марк и, подхватив с плиты старый чайник, сунул его под кран.

— В принципе, если сильно вложиться в ремонт, еще те хоромы получатся, — сказал Ройс, продолжая разглядывать потрепанную и скудную обстановку. Несмотря на общую задрипанность и странный запашок от продырявленной стены, квартирка выглядела просторной и многообещающей, со своими высокими потолками и широкими окнами. — Так что странно, — продолжил он свою мысль, — что твой отец вот так вот запросто тебя сюда сплавил. Неужели так дешево вышло? Сколько здесь комнат, ты говорил, три?

— Не просто дешево, а почти даром, — уточнил Марк, доставая из ящика пакет с чаем. — А выселил он меня сюда из-за этой своей женщины, — пояснил он со старательным безразличием.

— Которая его жена? — Вздохнул Ройс, припоминая семейные обстоятельства своего друга. — И еще мать твоей младшей сестры?

— Да, этой, — подтвердил Марк. — Она теперь не только на меня кидается, но уже и на эту девочку.

— Которая твоя сестра и ее дочь?

— Да, на эту.

— Что значит, она на нее кидается, почему? — заинтересовался Ройс.

— Потому что она долбанная тупая сука, — выругался Марк.

— И как твое отселение из дома решает проблему?

— Ну, поскольку главный раздражающий фактор исчез, то, предположительно, она станет более спокойной стервозной дрянью, чем была.

— Какая-то сомнительная логика, — скривился Ройс.

— Я бы лучше отселил ее саму, но кто меня спрашивает.

— Ясно, — Ройс снова вздохнул и от нечего делать просунул руку сквозь дыру в стене. Она как раз подошла по размеру его кулака.

— Я бы так не делал, — бросил Марк, — там внутри, по ходу, живет кто-то.

Ройс тут же выдернул руку обратно и уточнил:

— Там внутри, в стене? А говорил, что живешь один.

— Я отдельно, оно отдельно, — Марк разлил кипяток по кружкам и ногой подвинул к Ройсу табурет.

— И все? — спросил тот, подвигая к себе кружку. — А пожевать?

— Есть мятная жвачка, — пожал плечами Марк.

— Значит, как только мокротень закончится, надо будет сразу съездить затариться, — Ройс снова с сомнением оглядел обшарпанную кухоньку, и она в него уверенности не вселила. — А это все хоть как-то работает?

— Да, не бойся, все удобства в наличии: и холодильник, и микроволновка, — начал перечислять Марк, указывая на обозначенные предметы пальцем, — тостер фурычит, правда делает он не тосты…но уголь небольшими порциями выдает, так что если надо…

— А душ?

— Да вон на улице сейчас отличный душ, пользуйся.

— Это чего мне сейчас за мылом бежать и намываться на все лето вперед?

— Потом можно будет мыться в ванной, но там напор воды хуже.

— Ну, хоть что-то, я уж испугался, что придется к родителям домой бегать. А то меня в мединституте уже кое-как приучили к чистоте, не хотелось бы за каникулы отвыкнуть.

— К твоим все равно не получилось бы — они вот-вот продадут дом и свалят из города, — с невозмутимым видом проинформировал товарища Марк, засыпая в свою кружку третью ложку сахара.

— Что? Откуда ты знаешь?! Мне они ничего не говорили.

— Наверное, готовят сюрприз.

— Ну вот, приехал, что называется, домой! — обиженно воскликнул Ройс. Нет, конечно, кто он им такой, чтобы советоваться, но уж предупредить-то родители его могли? Правда, он и сам их во многие подробности своей жизни не спешил посвящать, но они же родители, это другое!

Ливень за окном прошел быстро. Вскоре за окном развиднелось, и Ройс встал из-за стола, собираясь спуститься вниз к машине за своими вещами.

— Ладно, какую комнату мне можно занять? — с излишним энтузиазмом поинтересовался он.

— Любую, они одинаково отвратительны, а я лично сплю в гостиной, — Марк уставился в опустевшую кружку, гоняя чаинки в оставшемся глотке воды.