Оружейница (СИ) - Шило Александр - Страница 25

Пока мы с Настей занимались слезоразливом, Ира занялась истинно женским делом. Она отловила компашку бесхозных мужчин, прибывших на склад за каким-то грузом, и употребила их по прямому назначению. Я даже не заметила, когда они успели прицепить к "индусику" прицеп.

Успокоившись, я выключила и закрыла ноут и только теперь заметила, что под ним в кофре лежит пластина гофкартона, на которой Сережиной рукой написано "Саша, это тебе". Отложив ноут, я вынула из кофра пакет из пластин картона, склеенных скотчем. Подрезав полоски, крепившие верхний лист, игравший роль крышки, и подняв его, я увидела файл с бумагами, а под ним… В грубо прорезанных гнездах лежали семь золотых слитков в пластиковых рубашках. Пять по сотне, один двести пятьдесят, и один пятьдесят грамм! В файле лежали сертификаты соответствия Сбербанка. Я тихо охренела!

Хорошо зная финансы своей семьи, я отлично понимала, что всех вытряхнутых заначек хватит от силы на один слиток. Значит, Сережка! Но я знала, что его родители тоже имели недавно крупные траты, когда купили машину его маме. Поняв, что ответы на свои вопросы я получу только через полгода, я показала слитки Ире. Увидев золото, она присвистнула:

— Да, неслабо тебя подогрели! По орденским расценкам это семь двести! Хочешь совет?

— Да.

— Не свети их и отвези в Демидовск. Русский Промышленный Банк примет их повыгоднее, да и деньги будут работать на Россию.

— Любишь ты Орден, как я посмотрю?

— А за что их любить? Нет, ученые, что пробили сюда дорогу, и Чамберс — перед ними тут все снимают шляпу! А нынешние "финансовые парикмахеры"…

Пришлось снова повозиться, поднимая часть коробок с книгами, но мы сложили золото в початый ящик с учебными патронами, лежавший в самом низу, и зашвартовали все обратно.

— Ну что, девочки, — Ирина вытерла с лица трудовой пот, — поехали к Араму, перекусим.

— А кто он? — спросила Настя.

— О-о-о! Арам — личность оч-чень примечательная! Они с братом держат здесь гостиницу и ресторан "Рогач". Но настоящее призвание обоих — психологическая адаптация переселенцев, и делают они это абсолютно бесплатно, по зову души. Многие из прошедших через "Россию" поминают их добрым словом.

— Тады поехали, — согласилась я. — "Веди, Вергилий!"

База Ордена "Россия"

16 число 10 месяца 21 года, 14 часов 27 минут

Настя

Мы остановились на заставленной разными машинами круглой площади с фонтаном и зашли в двухэтажное здание, над входом в которое был приколочен огромный многорогий череп. Я вспомнила, как выглядят владельцы таких черепов в саванне, и внутренне поежилась.

Когда мои глаза привыкли со света, я увидела шустро перекатывающегося по залу толстячка, похожего на Фрунзика Мкртчана.

Подкатившись к нам с подносом, уставленным закусками, он начал расхваливать блюда, которые нам предлагал, а я увидела салат, похожий на тот, который мне понравился в первый день на "Америке", и, цапнув его, сразу попробовала. Оказалось еще вкуснее.

— Извините, пожалуйста, — обратилась я к нему, — а можно еще такого салата?

— Еще порцию? Конечно! — отозвался толстячок.

— Я хотела еще четыре. Или пять.

Толстячок забавно вскинул густые брови и озадаченно посмотрел на меня, затем на давящихся смехом Сашу и Ирину.

— Арам-джан, — Ира наконец-то справилась со смехом и продолжила, — Арам-джан, у нашей Настеньки по очень важной и уже выпирающей причине несколько своеобразные вкусовые пристрастия.

Арам понимающе улыбнулся, исчез и буквально через секунду поставил передо мной приличных размеров миску с салатом и большой стакан с соком.

— Кушай, дорогая, тебе сейчас очень важно правильно питаться, и попробуй еще и долму, она у Арама вкусная, — Арам поставил передо мной еще и тарелку с долмой.

Покраснев, я посмотрела на тихо хихикающих Иру и Сашу, мельком показала им язык и набросилась на салат…

Уф-ф-ф! До чего же вкусно приготовлено! Оставить что-то на тарелке совершенно невозможно. Из тех, кого я знала, на равных потягаться с ним, в поварском искусстве могла только бабушка Аля. Саша и Ирина уже тоже доели, мы встали, поблагодарили пробегавшего мимо с заказом Арама и вышли на улицу.

На площади добавилось несколько машин и стало заметно больше людей. Со стороны промзоны подъехали два броневика. Сначала мне показалось, что такие же, как тот, на котором ездил Лисицын, но, присмотревшись, я поняла, что они немножко отличаются. У броневика Лисицына расстояние между средними колесами было больше, и он был пониже.

— О, шестидесятки с "Буйностью"[45], - сказала Саша. — Пошли, посмотрим?

Увидев, что я не выразила энтузиазма, она махнула рукой:

— Тогда жди возле "индусика".

Я пошла к машине, чувствуя, что основательно объелась. Арам действительно великий повар!

Подойдя к машине, я обнаружила сидящего за рулем рыжего короеда лет восьми. Он энергично крутил руль и старательно изображал работающий двигатель.

— Привет, ты что здесь делаешь?

— Привет, а ты не видишь — еду.

— А куда? — малыш был очень забавный.

— В новую Россию.

Тут из-за стоявшего рядом большого грузовика со странной двойной кабиной без капота и с будкой выскочила крупная женщина лет тридцати пяти — сорока и одним движением изъяла "водителя".

— Куда ты лезешь без спросу, горе мое луковое! Извините, пожалуйста! — обращаясь ко мне, сказала женщина и прижала руку к груди.

До меня дошел юмор ситуации, женщина не была уверена, понимаю ли я по-русски!

— Ничего страшного, он же в Россию ехать собрался.

— Ох, стоит только глаз отвести, как он уже влезет куда-нибудь! — женщина дернула малого за ухо, а потом ласковым движением взъерошила ему волосы.

— Тут надо осторожнее, зверюги здесь бывают та-а-акие… — я вспомнила нашу с Сашей поездку на "пылесосике". — Есть такие, что и машину разорвать могут.

— О господи…

— А какие? — вклинился в наш разговор короед.

— Большие гиены, вам же должны были дать памятки, такие синие книжки?

— Я счас принесу, — короед вывернулся из-под руки матери и бросился к грузовику.

— Вот дает! — я покрутила головой. — А что у вас за машина? Я такую первый раз вижу.

Женщина махнула рукой.

— Мой купил ее в девяносто третьем, когда нас выводили из Германии. Немцы восточную армию сокращали и много чего распродавали за гроши. Вот мой и купил себе. На охоту хотел на ней ездить.

— А как называется?

— ИФА[46].

— А наша "Махиндра Коммандер", она индийская.

Тут со стороны промзоны подъехал серебристый, вусмерть тонированный, "крузак" с прицепом и припарковался на свободное место рядом с "индусиком". На прицепе у него стояли два мотоцикла, один невысокий черный с обилием хрома, второй серый, повыше и с зубастыми колесами.

Из "крузака" вылез мужчина лет пятидесяти, чем-то неуловимо похожий на отчима, холеная женщина, чуть помоложе его, парень лет двадцати, явно сын старшего, и заносчивого вида девчонка, примерно моя ровесница.

Увидев меня, парень скорчил брезгливую гримасу и произнес:

— От бля, и здесь черножопые!

Я задохнулась от обиды!

Услышавший эти слова орденский военный с мегафоном в руках, шедший мимо нас к фонтану, остановился, смерил того взглядом и резко сказал:

— Ты бы, языкатенький, прежде чем что-то говорить, думал, а стоит ли это говорить. Это здесь, на Базе, Патруль гарантирует твою безопасность, а дальше… Там ты сам отвечаешь за свои слова и поступки. И в ответку на твое хамство может и очередь прилететь. Знаешь, сколько резких и безмозглых свинки в саванне подъели?..

Старший мужчина только сейчас, кажется, сообразил, что на мне надето снаряжение с магазинами в почах и кобура, а сообразив — резко нахмурился. Орденец отвернулся и прошел к фонтану.