Оружейница (СИ) - Шило Александр - Страница 15

— Ну вот, собственно, и все. Завтра, примерно в это же время, я подъеду еще, и вы сможете поговорить с ней по телефону. Но сразу должна предупредить, звонок будет единственный…

— А… — попытался вклиниться Лешка.

— Молодой человек, эта связь действительно ДОРОГАЯ. Даже сотрудники нашей структуры, живущие "там" и имеющие родственников "здесь", имеют право на бесплатный звонок лишь раз в месяц. Вам будет предоставлено тридцать минут, и поверьте — это много. Так что продумайте заранее, что будете говорить. Завтра я привезу мобильник со скремблером, и вы пообщаетесь.

Валентина Олеговна встала, положила на журнальный столик свою визитку и направилась к выходу. Мы потянулись за ней. У двери она остановилась и, обведя всех нас взглядом, добавила:

— Я вас очень прошу, не наделайте непоправимых глупостей прежде, чем поговорите с ней.

Проводив гостью, мы вернулись в комнату. Я сел рядом с Мариной на диван, Лешка на стул, на котором только что сидела адвокатша, Валерка остался стоять

— Володя, ты веришь всему тому, что она нам здесь наговорила? — измученным и нервным голосом обратилась ко мне Марина.

— Звучит… — я нервно подвигал губами, прерывая фразу. — Но знаешь, когда я вчера еще раз проезжал по… ну, куда я ее отправил, в соседнем проезде, я по нему тоже проехал, ну тот, что сворачивает направо. Так там очень резво залатали асфальт. Яма там была, но свежий пятак был в несколько раз больше, чем яма, и на стене рядом появился пятак из профлиста!

— Так поехали… — Лешка рывком подорвался со стула, но был остановлен жестом Валеры.

— Не гони! Я стопудово уверен, что там уже ничего нет, и нам скажут, что стену вынес неосторожный водитель фуры, а пятак асфальта, так это заделали промоину.

— Валера, ты ей веришь?!

— Да, мам, Тимка — это сигнал. Но у нас еще одна проблема. Что будем говорить Сережке?! Он звонил и через двадцать минут будет здесь…

Хургада, Египет

11 августа 2004 года, вторник, 10 часов 55 минут[27]

Сергей Смирницкий

Мобильник пропиликал "эсэмэску". Саша.

"Серенький привет ножку сделали отлично еду домой целую". Я отправил в ответ картинку с розой и отправился дальше по лавочкам с сувенирами. Хотя главный подарок Саше — тонкое обручальное кольцо с тремя маленькими бриллиантами — был куплен на второй день по прилету и теперь, лежа в чемодане, дожидался той минуты, когда я смогу задать ей Самый Главный Вопрос, мне хотелось побаловать ее еще чем-нибудь.

"Черная Птица Обломинго" посетила меня примерно через час, когда я встретился в одной из лавочек с Петром Петровичем, мелким бизнесменом, жившим с супругой через два номера от меня.

Вот Вера Анатольевна меня и "обрадовала", ткнув своим толстым пальцем в пояс:

— Сережа, а где твой телефон? Ты же вроде с ним выходил из гостиницы?

Я схватился рукой за пояс…

— Бля-я-я-я… Ур-р-роды… Сп… ерли… — я с трудом удержал в гортани пучок матюков, осознавая, что мой новенький мобильник с фотоаппаратом и кучей разных "примочек" "ушел, не сказав до свиданья"… Обидно, однако.

— Сережа, тебе нужно обратиться в туристическую полицию…

— А-а-а… Петрович, какая на хер полиция? Я, блин, даже не соображу сейчас, где же его у меня тиснули! Лоханулся, что поделаешь, пойду сейчас куплю какой-нибудь подешевле… — еще не договорив, я сообразил, что лоханулся не только сейчас…

Когда мы с Сашей обменивались номерами, она скинула мне свой вызовом, а я… старательно сделал и поставил на вызов ее фотку, специально скачал на рингтон "Марш артиллеристов", А ВОТ ЗАПОМНИТЬ НОМЕР, ДУБИНА СТОЕРОСОВАЯ — НЕ УДОСУЖИЛСЯ!!! Ну ладно, тут осталось два дня, и четырнадцатого я буду в Домодедово, а там…

Трасса М4 на выезде из Востряково

14 августа 2004 года, 21 час 48 минут

Сергей Смирницкий

Меньше часа назад я вышел через "кишку" из чартерного "семьсот тридцать седьмого" и спустился в зал получения багажа Домодедовского аэропорта. Слава богу, мой чемодан выехал достаточно быстро и, схватив его, я рванул мимо настырных таксистов к своему "огнетушителю".

Мельком глянув на колеса и закинув чемодан в багажник, я поехал в сторону Востряково. Домой я не торопился, отец еще неделю точно будет сидеть в Тюра-Таме[28], а мама позавчера улетела на симпозиум в Новосибирск, так что планы на вечер у меня наполеоновские…

Заскочив по дороге на оказавшуюся незанятой мойку и в салон сотовой связи, где купил себе телефон, правда — попроще стыренного, и, восстановив номер, я отзвонился родителям, доложив, что "жив, здоров, не ранен, не убит", и поехал в сторону Михнево.

Колеса "Витары" с мягким гулом приближали меня к Саше. Я и представить себе не мог, что так соскучусь по ней всего за двенадцать дней в этой долбаной Хургаде.

Первым побуждением было "тапку в пол", но представший меньше чем через километр пейзаж из скомканной "бэхи", выставки экстренных служб и прикрытого простыней организма, резко вдохновил на соблюдение скоростного режима.

Через несколько километров меня осенило, что, когда Саша давала мне телефон брата, она записала его на обороте чека ибо у меня сел аккумулятор, а я, забив его потом себе в телефон, сунул чек в пепельницу, где он и должен находиться!

Съехав на обочину, я вытряхнул пепельницу на правое сиденье, где среди оберток от конфет, жвачки и заправочных чеков я нашел искомое, а через минуту услышал голос Валеры: "Алло, извините, пожалуйста, я сейчас занят, перезвоню, как только освобожусь".

Меня насторожил его напряженный голос, и показалось, что рядом с ним находится кто-то, кому нежелательно знать, что это именно я звоню.

Въехав в Михнево, я купил в знакомом цветочном магазине букет роз и покатил к Сашиному дому.

Дверь в квартиру открыл Леша и, взяв у меня букет, кивком предложил пройти в комнату.

Когда я вошел, мое сердце захолонуло от предчувствия беды. Если Валера и Владимир Олегович выглядели мрачными и утомленными, со щетиной на лицах, то на Марину Алексеевну было страшно смотреть.

— Где Саша?! Что с ней?! — я уже понимал, что случилось что-то страшное…

Владимир Олегович указал мне рукой на диван, где сидела Сашина мама, и, когда я сел рядом, сказал:

— Слушай…

Трасса М4 на подъезде к Москве

14 августа 2004 года, 23 часа 32 минуты

Сергей Смирницкий

"Витара" катилась в сторону Москвы, разрезая фарами наступившую ночь. Я вел машину "на автомате", а из головы не шло все то, что я узнал за эти полтора часа. Снова и снова я проигрывал в памяти рассказ отца и сына Кравцовых, пытаясь найти объяснение случившемуся, отличное от безумного заявления об "ином мире". И не находил. Во всех прочих вариантах зияли такие дыры, что у меня голова шла кругом.

Из размышлений меня вывел довольно резкий толчок воздушной волны. Слева от меня, почти вплотную, на скорости прилично за двести пронеслись "Импреза" и, по-моему, "Мустанг", набитые компаниями безмозглых мажоров. Решив сосредоточиться на дороге, я, насколько возможно, отодвинул свои размышления, держа путь к своему дяде и моля бога, чтобы он был в Москве и дома.

Москва

15 августа 2004 года, 00 часов 06 минут. Квартира Николая Павловича Смирницкого

Дядя, слава Богу, был дома. Когда он открыл дверь и впустил меня в прихожую, я сразу понял, что он один. На нем были только изрядно выцветшие бермуды, чего он никогда не позволил бы себе при гостях, особенно при даме.

Оглядев меня с ног до головы, он кивком головы пригласил меня на кухню, где присел на табурет и бросил: