Разбуди Лихо! (СИ) - Мари Ардмир - Страница 42

— Что? — кровопийцы, непривычные к тонкому сарказму, одним смазанным движением приперли к стенке глашатая. — Повтори! — потребовали они, в то время как два огромных кинжала у горла распорядителя, ненавязчиво предлагали ему помолчать.

В общем, на этой веселой ноте стало понятно, что пора бы нам с Жакоромородотом освободить площадку, иначе, нас тут по стенке размажут. Я дала команду подняться наверх и попала в очередной эпицентр событий, когда вампир в желтом кружеве раскрыл советникам глаза:

— Она вас слышит.

— И очень хорошо слышу, — грациозно соскользнула со слизня на балкон, тряхнула черными волосами и улыбнулась.

Если они на меня нападут, буду орать как резанная, а впрочем, «как резанная» орать не придется, меня вполне могут сделать таковой. Выражение на лицах вампирюг было говорящим. А, может быть, мне повезет? Вот и на балкончик вовремя забралась, как раз к моменту, когда в колодец на скорости влетели разъяренные Рыр и Гарт. Влетели в самом прямом смысле — на своих перепончатых чуток помятых крыльях. Видимо, их Сони надолго застряли в каменном кольце.

— А вот и понятые, — сообщила я советникам Владыки. При этом молюсь, чтоб не догадались, что эти самые понятые будут более чем рады подтасовать результаты тура. Прочистив горло, я потребовала: — Рудорг Шитр, объявите наши имена, толпа ждет.

Оглушительный рев на трибунах подтвердил мои слова, того и гляди толпа серокожих сама пойдет проверять результаты. А советников — это ничуть не беспокоит. Я успела заметить, как выражения свирепости на их мордах сменилось выражением решимости, а дальше все происходящее превратилось в полотно художника-экспрессиониста. Единое смазанное движение высокопоставленных вурдалаков в мою сторону, под визг глашатая и проклятья двух серокожих призеров, вдруг сменилось падением изумленных советников вниз. Как Жакоромородот предвидел их покушение, а главное, как остановил, не увидели ни я, ни Рудорг Шитр, ни Гарт с Рыром, иначе бы они увернулись и не валялись сейчас на каменной площадке под ошалевшими вампирюгами. Мой бронированный спаситель тем временем дал какой-то знак глашатаю и, подхватив меня, вывез на сцену, поднял по ступеням и поставил на постамент победителя тура.

Рев стих, над многочисленными рядами серокожих повисла мертвая тишина. Мертвая и неподвижная, она была пугающей, потому что все зрители смотрели на меня, как советники только что. Кровожадно!

И в голове забилась позорная мысль: «Только бы эти упыри не решились сейчас тихо меня устранить». Почему? Потому что могут, совести у них нет, их много, а Жакоромородот у меня один.

— Эммм…, здрасти. Чудные были гонки, правда?

Вот тут до меня доходит, что вампирские надписи на плакатах, которых ранее не понимала, читаю с естественной легкостью. И чем больше читаю, тем страшнее становится.

«Морда Крыловская, сгинь!», «Вурдалаки плененные, вас рать, а ей на…!», «Задави инородную синь! T!», «Кто убьет Кралю в ночь, тому отдам в жены дочь!», «Не дай суккубке расплодиться», «Наглые синие нагноения подлежат устранению», «Отдам пыточные тиски за слепок ее…», пусть будет «киски» и еще многое и многое другое, отвратительное и унизительное. Подметив мой внимательный взгляд, клыкастые энтузиасты стали прятать плакаты, и сворачивать особо презрительные транспаранты. Некоторые из них были с картинками и схемами, а я их раньше даже не видела.

И где, вашу мать, моя холеная помощь и поддержка? Куда Зарбу смотрит? Почему никто не запретил эту половую и расовую дискриминацию? И что за наглость, вообще?! Я им кто тут? Чахлая суккубка с вечно открытыми губками, как гласят плакаты, или судебный представитель мирового масштаба?

На постаменты третьего и второго мест взошли сердитые и помятые вурдалаки-призеры. И глашатай бледный и постоянно оборачивающийся на моего супер боевого слизня, начал объявление результатов гонки. Трибуны взревели, оглушая, на сцену полетели клочья кружев и лент.

Итак, шансы уйти отсюда живой и невредимой с каждой секундой становятся все более призрачными. К тому же я обидела вполне себе милых клыкастиков, которые из-за меня подрались. В общем, самое время тихо прятаться и вечно скрываться. Но рано я из в ангелы возвела, потому что растяжки с ярко красными надписями на верхних ярусах трибун гласили: «Рандорыр, приди первым и задуши иномирую стерву!», «Сколько бы ни потратил Гарт, каждый за него безмерно рад!»

Я с удивлением поняла, что мое пари с этими уродами не было секретным. Отнюдь. Это что ж получается, на него так же ставили все кому не лень! Но…

— Краля!

— Мордовская!

Серокожие гады возмущенно уставились на меня и злобно рыкнули в один голос:

— Ты обещала!

— Да! — так же зло рявкнула в ответ я. — Но ни один из вас первым не пришел!

— Я заплатил и дал слово! — возмутился Рыр.

— Я дал слово и заплатил! — поддержал его Гарт.

И оба такие возмущенные и обманутые в лучших чувствах, что я не удержалась, ткнула пальцем в растяжки с их именами.

— Вижу!

А я-то все это время была уверена, что обманываю то одного, то другого и использую их в своих коварных планах обогащения. Как бы ни так, они в них тоже материально участвовали!

— Что?! — вампиры изумленно посмотрели в указанном направлении. Прочитали, осознали. — Как?!

— Элементарно!

Следующий вопль вурдалаков потонул в реве обезумевших трибун. Рудорг Шитр только что присудил мне триста семьдесят очков, и как показывали таблоиды, которые я могла прочитать — это был результат, побивший рекорды соревнований двух прошлых столетий. Чудненько! Мне теперь голову оторвут с еще большим наслаждением.

К слову, стоящие рядом со мной уже приступили к процессу: один схватил за руку, второй за шею.

— Ты дала слово…

— Раз дала — держи!

— А вы вначале сходите на хрен за своим! — предложила я, вырываясь из их рук.

И как по мановению волшебной палочки, разъяренные кровопийцы одновременно отшатнулись. Уповать на мистическую силу, которая справедливости ради растолкала моих обидчиков, долго не пришлось. Это был Лихо, пребывающий в режиме полной невидимости.

— Ты что творишь?! — зашипел он.

— Маленькое экспериментальное мщение на словесной основе, — отозвалась я и сделала предложение, — постой рядом, посмотрим на результат.

— Нет уж.

Через минуту я и Жакоромородот оказались в шикарно обставленном шатре Зарбу у круглого бассейна с черной жижей вместо воды. Вспомнив, куда ведет такой портал, я не на шутку обиделась за слизня.

— То есть мы вот так вот просто отпустим моего героя и спасителя без посиделок на дорожку? Без потчевания и премиальных за труд? Да не будь его со мной, меня бы раз двадцать пустили по кругу все участники соревнований!

— Остынь, — посоветовал Лихо, — им бы это в голову не пришло. Все знают о твоем кулоне, и ходить помороженным от твоей близости никто не хочет.

— Что? В смысле? Как?!

— У кулона ДарРаскола эффект длительный и неотвратимый. А что до уважаемого Жакоромородота, пребывание слизня в нашем мире плохо сказывается на его здоровье. И чем больше мы медлим, тем хуже ему становится.

Я обернулась к бронированному и обняла его:

— Спасибо! Огромное! Я в таком долгу… Спасибо!

В ответ перестук глазками и серокожий перевел:

— Он рад был помочь. Желает тебе счастья и обещает связаться с демонессой Олимпией.

— Спасибо, — просипела я.

И серокожий с почтением обратился к моему рыцарю в ядовито оранжевом костюме:

— Все обозначенные средства уже переведены на Ваш счет в Океании Гарвиро, — он взмахнул руками, когда слизень что-то застучал. — Отказа не принимаю, благодарю за помощь и сохранность нашей Крали. Я перед Вами в долгу.

Бронированный выпрямился и ответил новой «тирадой» на языке Морзе.

— Уже наслышаны, — и Лихо с самым серьезным тоном заверил, — меры будут приняты.

Жакоромородот кивнул, принимая ответ, крепко обнял меня, склонил голову перед вампиром и маленьким Урурком и плавно сполз в черную жижу.