Сто килограммов для прогресса (СИ) - Кузнецов Константин Викторович - Страница 300

Но для войны ещё нужно много снарядов. Мы предполагаем большой расход 65-мм ОФСов. Корпуса снарядов быстро отлили из чугуна в большом количестве, откалибровали на круглошлифовальном станке. Взрыватели там довольно простые — собираются из нескольких бронзовых литых частей, начинка — пироксилин и капсюль-воспламенитель. Но вот тола на эти сотни снарядов надо очень много, тут пришлось устраивать в цеху двухсменную работу. Из-за этого 76-мм фугасных снарядов зарядили мало, только три десятка, в каждый требуется семьсот грамм тола.

А вот с 76-мм шрапнельными снарядами ситуация другая. Шрапнельные пули мы научились производить массово, тол и нитропорох для этих выстрелов не нужен совсем. Заряд — чёрный порох, в снаряде ещё немного чёрного пороха — вышибной заряд для шрапнели. Корпуса снарядов сначала лили из чугуна, но они получались слишком тяжелые и толстостенные, а это сильно снижает эффективность использования шрапнельных снарядов. Из-за тяжелого корпуса количество пуль уменьшается, а сам корпус никакого урона врагу не наносит.

Попробовали делать стальной сварной корпус из проката. Но первый вариант не прошёл — от нагрузки при выстреле корпус лопнул по шву, и снаряд полетел кувыркаясь, раскидывая стальные шарики. Увеличили толщину листа — пришлось делать оснастку для горячей штамповки. Вот такой снаряд уже гораздо лучше — корпус легкий, вместительный. Вместо двухсот шестидесяти шрапнельных пуль запихнули двести девяносто.

Но ещё важный компонент — дистанционная трубка. Мы научились делать трубки которые не ломаются при выстреле, и срабатывают в расчетное время. Ну почти. Но их надо делать тщательно и аккуратно, сейчас один мастер и один рабочий заняты только ими. А ведь ещё дистанционные трубки нужны для зажигательных 120-мм минометных мин, только там время срабатывание больше.

Еще сделали по сотне картечных выстрелов для каждого из калибров, это на случай опасного сближения с вражескими кораблями. Картечные выстрел совсем простой в изготовлении, среди наших боеприпасов. Самый дорогой компонент — гильза. Орудийные гильзы мы производим методом литья из оловянно-цинковой бронзы. Хотя у нас сейчас столько цинка, что можем делать латунные гильзы. Но технология литья работает устойчиво, и что-то менять пока не будем. Хотя запасы бронзы уходят катастрофически, ведь ее еще много тратим на электротехническую медь.

Скупаем почти всю медь на рынке, но ее поступает мало. В регионе сейчас самая большая добыча меди у османов, но там почти все рудники принадлежат султану, и на рынок меди попадает очень мало. Все уходит на пушки — сейчас османы уделяют артиллерии больше внимания, нежели в моей реальности. А производство пушек из чугуна у них не задалось, вернулись к производству бронзовых. Но вот чугунные ядра производят в большом количестве, и новые пушки они производят уже под чугунные ядра — меньше калибром, но под большие давления.

Поэтому не стали больше тратить гильзы на картечные выстрелы, а просто наделали еще пару сотен картечных контейнеров, чтобы можно было быстро перезарядить стреляную гильзу.

* * *

Ещё у нас прогнозируется дефицит матросов, на «Юпитер» мы набрали и новичков и перевели опытных с других кораблей, но у нас в планах еще корвет, а самое главное — фрегат. Опять набираем греков в команды, но на низшие должности — кочегары и палубные матросы. На «Юпитер» набрали четыре вахты, это сейчас учебное судно. Вот только на нем единственная мачта и без парусов, не успели сделать. Так что парусному ремеслу на нем не учатся, и опыт на шхунах тут мало поможет. На корвете «Зевс» мачты высотой почти сорок метров и прямые паруса — так что практика совсем другая. Ну да ладно, паруса сейчас не главное, ходим на машинах.

Главное — учатся стрелять. В основном стреляют из вспомогательного калибра инертными снарядами по плавучим мишеням. Лучшие артиллеристы осваивают диафрагменную шрапнель, но больше в теории — боеприпас не то чтобы дорогой, дистанционных трубок мало производится.

* * *

Но тут пришло сообщение — у стен Ло Вати османские войска. Я даже не сразу осознал, сказанное курьером. Как так!? Вот ведь… Не стал султан воевать на море, понял, что наш флот много сильнее. Просто послал войска сушей — явно шли вдали от берега, и мы ничего не заметили. Да и шли они по своей территории, а от Ло Вати до османских земель совсем рядом.

Узнал подробности: османы вышли на берег долиной реки Чорохи, гарнизон узнал о приближении врага почти за сутки и приготовились к обороне. Но в крепости нет радиостанции, а шхуны сюда приходят периодически по расписанию. Гарнизон — четыре отделения и миномет.

Четыре дня экономно отстреливались из миномета и винтовок. Османы изучили зоны поражения, потеряв на этом более сотни людей. Но дальность стрельбы османских пушек сравнима с дальностью стрельбы миномета. И начали обстреливать крепость, не считаясь с потерями. Но какие там потери — миномет один, и боезапас у него небольшой. А позиции своих пушек османы пытаются прикрыть камнями и бревнами. Калибры османских пушек невелики, но это новые полевые пушки под чугунные ядра. Стреляют весьма далеко, но не очень точно, но крепость — крупная цель. На третий день ядра стали попадать не только в стены, но и внутрь крепости, и, иногда, в ворота.

Тщательно прицеливаясь, минометчики иногда попадали по орудийным площадкам. Убивая топчи, ломая колеса и лафеты. Да, османы скопировали полевой колесный лафет. Но стволы орудий повредить очень сложно. И орудий у осман много — стреляет около полутора десятков, но еще есть резерв. Один раз взорвался запас пороха рядом с пушкой, но пороха там было мало — большого вреда это не причинило.

На пятый день пришла рейсовая шхуна, у нас на каждой шхуне по одному 65-мм орудию. Попадания по позициям османских пушек стали гораздо чаще, и обстрел крепости почти прекратился. Но на следующее утро четыре позиции оказались хорошо укреплены каменными брустверами. К вечеру и эти пушки замолчали, но на это ушло много времени и снарядов. Османы посчитали этот опыт положительным, несмотря на потери в личном составе, и за ночь подготовили еще пять таких позиций. Совместными усилиями пушки и миномета эти позиции тоже подавили, но боезапас стал подходить к концу. Надо идти за помощью, но крепость без поддержки долго не продержится.

Капитан шхуны вспомнил, что тут недалеко должен рыбачить наш сейнер, зимой тут рыбы больше. Как стемнело, шхуна пошла на север, и утром, в районе Поти встретили нашу рыбацкую лодку. Вот рыбаки и доставили это сообщение.

Из Адлера спешно вышел «Юпитер». Корвет шел на полных парах, и к утру был уже в виду Ло Вати. К этому моменту у миномета мины закончились, а пушка на шхуне отпугивала осман редкими выстрелами. Османская артиллерия интенсивно обстреливала крепость, ворота были частично разрушены — их пришлось забаррикадировать. Появились убитые среди солдат гарнизона.

Корвет подошел к самому причалу и пришвартовался, чтобы уменьшить качку и повысить точность стрельбы. И за пару часов подавил все пушки осман. Корвет стрелял вспомогательным калибром, из трёхдюймовки только один раз выстрелили фугасным снарядом, для пробы. Взрыв от него заметно больше и громче, осколков и камней тоже много. Османы попытались ответить корвету, и даже несколько ядер попало в борт. Для осман корвет ещё дальше чем крепость, и прибавка этих нескольких сотен метров с трудом далась гладкоствольным пушкам.

Каждое попадание было слышно по всему кораблю, а в ближайших отсеках было очень громко. Чугун ядра иногда от удара раскалывался на части, но борт проминался незначительно. Но чаще ядра просто отскакивали от стального борта. Только четкий след содранной краски точно указывал место попадания. На сколько уцелели вражеские орудия — неизвестно, но сейчас по крепости никто не стреляет.

На правом берегу реки виден лагерь осман. До него семь-восемь километров. Не в смысле — «где-то семь-восемь», у нас стереоскопический дальномер, он измеряет расстояние весьма точно. Сам лагерь протяженный, людей там много. Комендант гарнизона оценил войско осман в двенадцать-пятнадцать тысяч. Семь километров — предельная дальность для укороченной трёхдюймовки, и это при стрельбе ОФСом. Который имеет очень приличную аэродинамику благодаря оживалу спереди и сзади. А шрапнельный снаряд цилиндрический, делается из трубы, спереди баллистический колпак, довольно короткий, сзади — совсем небольшой скос. Так что внешняя баллистика нашего шрапнельного снаряда не очень хорошая, из укороченной пушки летит километров на шесть — немного не хватает. Но это от причала, что напротив крепости.