Сто килограммов для прогресса (СИ) - Кузнецов Константин Викторович - Страница 298

А пока я хожу смотреть на строительство фрегата. Уже видны очертания будущего корабля — ух, громадина! Нет, я про Зигмунда Фрейда помню, но смотреть на это творение рук человеческих, все равно приятно. Семьдесят метров длины, а борт высотой почти с трёхэтажный дом!

Но пришлось нелегко, кильсоны еле сделали. Сначала мучали прокатный стан, но полосу, толщиной в сорок миллиметров прокатали. А как такую толщину сваривать? Сварочных автоматов у нас нет, только сварка штучным электродом. Применили все доступные методы. Тут и правильная разделка кромок, и электроды 6 мм, и вывод САГа на предельный режим. Еще сварочные кабеля горели то перегрузки, сделали потолще. Доварили кильсоны, дальше легче пошло. Шпангоуты тоже толстые, но не настолько.

* * *

На Лампедузе стало спокойнее, больше берберы не пытались напасть. Видимо, корвет неплохо «потоптался» на побережье Магриба. Сербы-переселенцы успокоились и занялись делом. Построили забор из колючей проволоки — отгородили Южный мыс. Забор — столбики и четыре ряда колючки. Колючая проволока у нас тоже не совсем обычная — цинк на покрытие пожалели, и чтобы она не ржавела, покрасили битумным лаком. Так что колючая проволока у нас чёрного цвета.

С внутренней стороны забора поставили две сторожевых вышки — от пиратов отстреливаться. Тут же, недалеко, появилось несколько домиков. Некоторые семьи все-таки переехали на огороженный полуостров, но большинство осталось на прежнем месте, там пляж хороший.

После этого, наконец-то, занялись строительством форта. Большая часть рабочих занята перевозкой подходящих камней к месту строительства — благо, на острове камней в избытке. Несколько человек немного владеют профессией каменщика, они и начали кладку. Стена у форта будет толстая, камни не отёсывают, поэтому основную часть времени занимает подбор подходящего камня для каждого конкретного места. Процесс похож на игру в тетрис. Кладут на известковый раствор, известь привезли с Сицилии. Медленно очень это все.

* * *

Мир между османами и Венецией ещё не заключён, но мы уже готовимся к войне. Одна из главных угроз — перекрытие Босфора. В первую очередь мы поспешили переместить через пролив важные и крупные грузы. На Родос перевезли более трёхсот тонн угля, десятки кубометров досок, инструменты, гвозди, жесть — все что нужно для строительства и обустройства на островах. Перевезли товары для торговли — красители, ткани, кожи, перец. Отвезли снаряды — в основном фугасные к 65-мм орудиям, это не только для «Зевса», но и для «Архимеда» и шхун. Еще немного 76-мм шрапнели переправили.

Это все чтобы минимизировать движение через проливы. Но при этом шхуны продолжают курсировать по этому опасному маршруту. Ведут разведку — пытаемся отследить концентрацию османского флота. Но в Мраморном море пока все как обычно, особого увеличения количества кораблей не заметно.

Но кроме внешнего наблюдения, у нас есть еще каналы поступления информации. Уже несколько месяцев бывший солдат армии Таврии, русский турецкого происхождения Метин, «работает» османским купцом. На малой фелюке, в Средиземном море ее называют «леудо», с четырьмя товарищами он активно торговал по всему Мраморному морю, нарабатывал связи. Заработал репутацию купца, который может быстро достать самые редкие вещи. Еще бы — на него работала радиосвязь, приказчики в портах двух морей и доставка шхунами. Это не считая экспортных товаров Адлера. Появились контакты в столице — Костантиниэ, купцы розничной торговли богатых лавок в центре города. Через них стал получать заказы на небольшие поставки в крепость Румелихисар. Эта крепость расположена в самом узком месте Босфора, на ее башнях расположены самые дальнобойные пушки, они могут поразить корабль даже у противоположного берега пролива.

И вскорости в штабе, в Адлере, у нас был довольно подробный план крепости Румелихисар, с расположением артиллерии, пороховых складов, казарм. Но информация по пороховым складам нас не обрадовала. Порох османы хранят в подвалах крепостных башен, чтобы туда «достучаться» понадобится много фугасных трехдюймовых снарядов, это очень расточительно. Так что надо продумывать другие способы нейтрализации крепости.

Наше посольство в Костантиниэ повысило степень готовности. Револьверы в подмышечных кобурах они и так постоянно носят. В этом времени дипломатом это можно — посторонние об этом не знают. Отработали пути эвакуации. Я объяснял османскому послу, когда устанавливали дипотношения, про процедуру отзыва послов в случае начала войны. Но, боюсь, что они могут провести эту процедуру совершенно по-варварски.

* * *

Когда татары проходили через Перекоп, они платили пять процентов с проходящего стада — в основном натурой. Более двух с половиной тысяч овец получилось. Более сотни из них схарчили ногаи. Ладно, заработали — татар пугали, овец перегоняли. Так они шкуры этих овец довольно аккуратно засолили, и продали нам же, был такой уговор еще давно. Продали недорого, но каковы хитрецы! Работы черкесам в Лияше подкинули. Сами шкуры неплохие, но шерсть коротковата. Решили просто выделать как овчину, когда есть формалин — получается с гарантией, что несколько лет мех гнить и вонять не будет.

Но ведь шкуры поступают от всех овцеводов непрерывно. Качество разное — если засолят быстро, как этот мокросол, то на мех идет, стриженный или как есть. Если вовремя не засолят, то идет совсем за бесценок на кожи. Так что Лияшская кожевенная и шерстомойная фабрика работает без остановки. Вот только товар этот копится на складе — продаем значительно меньше, чем покупаем. Кожи, окрашенные нашими красителями, неплохо продаются, но вот меха в Средиземноморье покупают плохо.

Часть овчин мы потратили на Воронеж — теплая форма для солдат, и овчины жителям. Теперь продолжили шить теплые куртки всем солдатам и матросам, тут зима хоть и теплая, но зима. И снег бывает, и минус пять нередко. А в горах, что совсем рядом, столько снега намело — через лес пройти невозможно. И лес густой, и склоны крутые, и ветром меж деревьев снег так набивает, что хоть туннели рой. Егеря только поддерживают проход к форту, что на перевале. Но это из принципа — до весны горы совсем непроходимы.

Так что кожевенное производство почти в минус работает, ну или армию обеспечивает. Это смотря как считать. Но не принимать шкуры, выкидывать, как-то рука не поднимается. Выделанной овчины уже сотни штук на складах, надо будет в следующем году на Русь отвезти, там хоть польза людям будет.

* * *

Достраивать корвет «Юпитер» пришлось на воде вне эллинга, да еще зимой. Хоть зимы тут мягкие, но сейчас по ночам стабильно минус. Работать в промерзшей железной коробке очень некомфортно. Из-за этого в первую очередь установили котел, к нему по временной схеме подсоединили холодильник, но в холодильник забортную воду подавать не стали.

Котел стали топить на малой мощности, и холодильник стал отличным источникам тепла, температура в трюме поднялась, работать стало легче, и достройку корабля организовали в три смены. У нас задача в ближайшее время довести корвет до боеготового состояния — «Зевс» в Средиземном море, забирать его оттуда нельзя. По эту сторону Босфора у нас «Гефест», «Гермес», «Спартак» и шхуны. У этих трех пароходов проблемы с мореходностью в зимнем Черном море, такую волну они плохо переносят, но ходят, куда деваться. Так что нам тут срочно нужен флагман. Хотя и османы в такую погоду не сунутся, но до весны времени не так уж и много.

На «Юпитер» поставили одну машину, одну мачту, и две орудийные башни. Доделали самые необходимые системы управления и попробовали выйти в море. С одной машиной мощности маловато, но против ветра и волн корабль идет, медленно, но идет. Так что к бригаде корабелов присоединилась команда моряков. Корвет стал похож на муравейник — сварщики приваривали детали, матросы тут же красили, как только сталь успевала остыть. Механики монтировали узлы и агрегаты, офицеры корабля эти системы проверяли, регулировали и принимали. Моряки стали ночевать на корабле, для этого им сшили спальные мешки из овчины.