Обмасонивание (СИ) - Бирюк В. - Страница 82

В Англии тогда заканчивалась гражданская война. Мать Генриха Матильда более полутора десятилетий оружием доказывала свои права на престол деда Вильгельма Завоевателя. Её двоюродный брат Стефан Блуаский после смерти своего единственного сына согласился признать наследником племянника. В октябре 1154 года Генрих II стал королём. Юный монарх деятельно взялся за наведение порядка в стране, разорённой войной. В ослабленном государстве усилившиеся бароны понастроили замки, представлявшие угрозу королевской власти.

К концу правления Завоевателя в Англия было две сотни баронов, возглавлявших четыре тысячи рыцарей. После гражданской войны, только незаконных замков было больше тысячи.

С сепаратизмом Генрих развернул яростную борьбу. Ему требовались люди, и архиепископ Теобальд представил ему своего помощника. В январе 1155 года король назначил Томаса канцлером. Начальником маленькой конторы с двумя писцами. Но уже через несколько недель в службе было более полусотни писцов. Канцелярия короля вела активную переписку со всеми крупными феодалами королевства, с соседними владетелями, включая Папу Римского. Доводила новые законы и указы до населения, готовила проекты правительственных решений.

Бекет вёл роскошный образ жизни. Он держал открытый дом в Лондоне, где ежедневно обедали несколько десятков вельмож. Одевался у лучших лондонских портных, его роскошные одежды резко контрастировали с одеянием короля, которому всегда было наплевать на свой внешний вид. Собственных земель у Бекета не имелось, доход он извлекал из своей должности. Генриха это не смущало. Главным для него было то, что дело делалось, а коррупция в Англии XII века - вполне естественна.

Канцлер был незаменимым помощником короля, неутомимым в делах, способным выполнить любое поручение. В 1159 году Генрих вдруг поручил Бекету командование войсками, воевавшими во Франции за Тулузу. "Столоначальник" неожиданно для всех прекрасно справился с поручением - Тулуза пала.

Когда разгорелся конфликт между королём и недавним благодетелем Бекета архиепископом Теобальдом, канцлер однозначно поддержал монарха и добился взимания налогов с церковных земель.

В 1161 году умер Теобальд, и Генрих решил сделать главой английской церкви своего канцлера. Это вызвало яростное сопротивление духовенства - все понимали, что Бекет станет жёстким проводником королевской воли, направленной на сокращение церковных привилегий. Под давлением короля 23 мая 1162 года собрание английских епископов избрало Томаса Бекета архиепископом Кентерберийским. 3 июня он принял постриг и стал главным представителем бога в Англии. Король торжествовал - теперь-то они с Бекетом быстро прижмут всех попов.

Но что-то пошло не так.

Через пару недель в комнату 7-летнего принца Генриха Молодого, который, пока отец воевал во Франции, формально управлял страной, вошёл босой Бекет, одетый в простую рясу, и со словами, что новый сан не позволяет ему исполнять обязанности канцлера, отдал мальчику государственную печать. По Лондону поползли слухи: Бекет питается только чёрствым хлебом, носит под грубой рясой власяницу, выкинул из дома всю мебель и спит на простой скамье, ежедневно приглашает к столу по 30 нищих, собственноручно моет им ноги и раздаёт милостыню.

Слухи подкреплялись фактами. Вместо лишения монастырей привилегий, опытный крючкотвор Бекет приказал пересмотреть все судебные дела за последние сто(!) лет, связанные с отъёмом монастырских земель. Неожиданно для себя церковь стала еще богаче, чем прежде.

Генрих срочно вернулся в Англию. Попытка примирения не удалась - новый архиепископ считал себя равным монарху. Конфликт усиливался: Бекета поддержал народ, для которого церковь и бог были единственными защитниками от государственной машины. Отстаивавший церковную независимость архиепископ вдруг стал народным святым - стали распространяться слухи о его чудесах.

***

Спутники Бени, негромко переговариваясь на своём варварском наречии, без суеты, но энергично отодвинули немногочисленных слуг хозяина, стёрли пыль со стола и лавок и, по кивку "ёжика", начали раскладывать дары:

-- Позвольте предложить высокому вниманию Вашего Святейшего Превосходительства. Мой господин счёл возможным послать вам в дар вот эту драгоценную шкатулку из слоновой кости. Резьба, выполненная лучшим мастером далёкого города Дели в Индии, изображает лозы и лианы, пальмы и кипарисы. Мой господин выражал надежду, что вам будет удобно сохранять в этом изукрашенном ларце нечто, дорогое вашему сердцу. Льщу себя надеждой, что отныне и в вашем сердце найдётся уголок для благожелательного отношения к господину моему, Воеводе Всеволжскому. Нынче же в ларце находится несколько безделиц, исполненных нашими мастерами из почти неизвестного в христианских землях сорта хрусталя. Взгляните: вот Иисус в терновом венце, Богоматерь с младенцем на руках...

Подарки были разнообразны. Слуги Бекета в изумлении раскрыли рты и восторженно вздыхали при появлении каждой новой невиданной вещицы. Тесьма с пластинками "твёрдого золота". Такую тесьму можно нашить на тулью шляпы или на обшлага рукавов. Яркое блюдо с двумя кубками из "деревянного золота", ещё один ларец, отделанный пластинками рыбьего зуба и наполненный "камнем китайской жизни"... Бекет шёл пятнами - такое богатство позволит ему не только выплатить, наконец, накопившиеся долги, не только вытащить из городской тюрьмы, попавшего туда за чрезмерную горячность в беседе с магистратом, одного из своих людей, но и утереть нос местному архиепископу. А то заладил: "Я - примас Галлии и Германии! Я - примас...!". Тьфу!

-- Монсеньёр! Мы наслышаны о вашем удивительном жизненном пути. Мальчик, родившийся в Чипсайде, ставший богатейшим и влиятельнейшим вельможей Англии... Такой человек просто не понял бы меня, если бы я не преподнёс вам наш, настоящий, исконно-посконный, русский подарок.

Беня вытащил из баула и встряхнул перед потрясёнными зрителями целое состояние - манто из соболей. Далеко не все даже из высших аристократов Европы могут позволить себе такую драгоценность.

Такие вещи не нуждаются в громких расхваливаниях. Кто понимает - тот видит. Бекет был в эту эпоху едва ли не единственным англосаксом, кто понимал в таких вещах.

Купец чуть покачал вещь в руках, позволяя зрителям оценить мягкий, переливающийся, отдающий глубоким, не нуждающимся в назойливой демонстрации, богатством, блеск меха. Чуть сдвинул шерсть, показывая оттенки подшерстка, нежно погладил рукой, вызывая, даже не осознаваемое присутствующими, ощущение тепла, мягкости, уюта...

-- Позвольте, милорд.

Беня обошёл стол и накинул на плечи беглому архиепископу манто.

-- У меня было похожее. Когда я был канцлером, - чуть слышно произнёс Бекет, осторожно поглаживая столь редкий и прекрасный мех. Но, - голос его отвердел, - сиё есть искушение мирской суеты! Ныне, во дни, когда церковь наша христова пребывает в гонениях и ущемлениях, когда ослеплённые блеском золота, вот таких богатств и роскошеств, владыки земные умаляют силы христовой братии, заступников за грешников перед престолом Высшей Силы, носить таковые одежды...

Бекет пытался снять манто, но Беня чуть придавил мех на его плечах. Да и сам Бекет, хоть и высказал мнение, но в глубине души боролся с искушением оставить эту прекрасную вещь себе.

-- Ваш давний друг и нынешний противник, король Английский Генрих имеет прозвание "Короткий плащ". В грядущей, в скором времени, вашей встрече с ним не послужит ли эта прелестная вещица ещё одним аргументом для примирения? Показывая сходством покроя - возможность взаимопонимания, а великолепным редкостным материалом - ваше, Ваше Святейшее Превосходительство, величие духа?

Бекет резко развернулся, чуть не уткнувшись носом в пуговицу кафтана торговца: