Россия 2270 (СИ) - Близников Антон - Страница 80

— Нихера себе, — медленно выговорил Борис.

— Пошли дальше, не тормозим, — Настя прошептала так, чтобы мы услышали и отреагировали.

Вскоре был виден конец улицы, от которого нам надо повернуть налево и пойти до площади. Каждый пройдённый метр приближал нас к безопасности, и я хотел скорее добраться туда. Страх и паника прокрадывались в меня, но я боролся с ними.

Настя зашла за угол, немного оторвавшись от нас, и когда я развернулся, чтобы быстрее догнать её, то услышал хлопок, и Настя упала на спину, раскинув руки.

— Стой, блять! — поймал я Бориса, который хотел уже выбежать к ней. — Если это снайпер, то ты схватишь вторую пулю.

— Да схуяли тут снайпер делает?

— Я ебу? Тихо, дай подумать, — я всматривался в Настю. Пуля, скорее всего, не пробила броню, но удар был такой мощности, что она попросту потеряла сознание. — Есть план. Я отвлеку его, а ты постарайся найти позицию, откуда его можно вальнуть. Я думаю он стреляет с площади, скорее всего с северного здания, иди аккуратно, я через пару минут дам пару очередей, чтобы он заинтересовался мной.

— А если он тут не один?

— А хули делать, Борь? Давай, нам надо Настю вытащить.

— Почему бы просто быстро не выбежать и не утащить её с перекрёстка?

— Она лежит в десяти метрах от угла. Ты не успеешь.

— Хорошо, ты прав, я побежал, — Борис быстро побежал по улице, рассматривая, где можно войти в дом.

Я остался наблюдать за Настей. Теперь я надеялся, что она не очнётся раньше времени и не выдаст, что жива. Может стрелок уже идёт и тогда я его застану врасплох. Прошло минуты три, и тогда я быстро выглянул из-за угла, сделал несколько выстрелов и снова скрылся. Пуля, летевшая на такой дерзкий поступок, ударилась об асфальт и выбила из него крошку. Снайпер был теперь мной заинтересован, оставалось аккуратно подпитывать его увлечённость и надеяться на то, что Борис справиться с задачей. Грохот выстрелов мог привлечь мутантов. Подождав пару минут я уже просто высунул ствол за угол и сделал две коротких очереди. Ответа не последовало. Настя всё также лежала без сознания, но не бледнела, а это хорошо. Сзади меня послышался звук бьющегося стекла. На улицу вывалилось пару слепых и направились в мою сторону. Это были когда-то ходившие сюда люди, а насекомое пробралось в головы и забрало тело себе под управление. Они были в бронежилетах, но без оружия. Ускоряя шаг, они двигались на меня. Когда до меня было метров двадцать, то я сделал по одному выстрелу в их головы, и они тут же свалились на землю. Ситуация становилась всё опаснее и опаснее. Я не знал где Борис и как у него дела.

Вдруг внутри здания послышались выстрелы, которые быстро стихли. Дальше послышалась очередь уже где-то в районе площади. Должно быть Борис встретил снайпера, который вышел из дома, чтобы сменить позицию.

Я закинул автомат за спину, и подбежав к Насте, стал затаскивать её за угол. Выстрелов не было, а значит на площади точно стрелял Борис. Теперь оставалось его тут дождаться.

Первым делом, я проверил не пробита ли броня у Насти. Когда я убедился, что выходного отверстия нет и пуля остановлена, то положил её голову повыше и достал воду, полил её на лицо, надеясь, что она придёт в себя, но не вышло. Тут к моей голове приставили холодный ствол автомата.

— За грехи свои ответишь ты перед старейшиной, — мой автомат, который лежал на асфальте подобрали, а дальше я схватил сильный удар в затылок.

***

Придя в себя, я видел, что меня тащат по земле. На мне уже не было ни брони, ни разгрузки. Всё забрали. Во рту был вкус крови. Я попытался осмотреться. Настю также тащили рядом со мной. А что с Борисом? Может он вообще мёртв и стреляли по нему. Как я не услышал, что они подошли сзади? Уже не важно.

— Он пришёл в себя. Пусть дальше сам идёт, — сказал один из людей, что нас похитили.

— Нет, он попробует убежать, а нам они нужны живые. Тащи я сказал, а на голову мешок ему надень, — они остановились и перед тем, как мне наголову надели мешок, я увидел лицо одного из них. Это были те последователи веры с крестами на лицах. Для того, чтобы им было проще меня тащить я получил ещё один удар по голове.

Голова болела, словно они успели ей в футбол поиграть. Я очнулся в деревянной клетке, в ней же уже сидела Настя.

— Наконец ты пришёл в себя, ты как? — она бросилась меня обнимать.

— Ужасно, где мы, ты случайно не видела? — я приобнял Настю, а после принялся растирал виски, но это никак не помогало унять боль.

— Нет. Я помню, как вышла за угол и увидела площадь, дальше сильный удар в грудь, и я здесь, — она приподняла футболку и показала синяк, оставшийся от удара пули. — Болит, но жива и то хорошо. Борис где? — тихо спросила она.

— Я послал его найти и убить снайпера, который в тебя стрелял. Вытащил тебя и потом схватил по голове. До этого слышал выстрелы, но надеюсь, что Борис жив и смылся от них…

— Заткнитесь человеческие выродки, — один из фанатиков подошёл и пнул клетку. — Вы ответите за детей бога, которых убили! — с этими словами он куда-то ушёл.

Мы находились словно в большом деревянном доме. В клетке места хватило бы ещё на троих. Рядом были ещё клетки, но пустые. Потолок дома был метра три, не меньше. Клетка стояла у стены, а перед нами был огромный холл, который освещался свечами, весящими под потолком. Входов в зал было три и находились они в каждой из стен.

— Кто это, зачем мы им? — испуганно спросила Настя.

— Знаю о них только понаслышке, а в единственную нашу встречу до этого — сразу стрелял. Какие-то фанатики, верующие в то, что бог послал людям кару и все они должны умереть. Сами фанатики служат оружием и помогают исполнить, задуманное их богом.

— То есть мы тут в любом случае потенциальные трупы. А чего же они сразу не убили.

— Думаю, скоро узнаем, — мы сидели на полу, опиравшись спиной на клетку. Настя прижалась ко мне поближе.

— Что это за штука в центре? — она указала на столб высотой около метра, сделанный из камня.

— Может для обрядов каких-нибудь. Кто знает этих дибилов.

В комнату со всех трёх сторон зашли люди. Один из них, судя по всему, был старейшиной. Это было понятно по длинному белому балахону и нарисованному на всё лицо большому белому кресту. Остальные были одеты во что попало, но на лицах были вытатуированные кресты, обозначающие разные звания или положения в их обществе. Старейшина подошёл к столбу и выложил в углубление небольшой синий кристалл, который извлёк из-под балахона.

— Откуда он у них? — шепнула Настя. Старейшина тут же вонзил в неё свой взор, и я решил пока не отвечать Насте, да и что бы я мог ей ответить.

— Встать, когда Старейшина Озлунг стоит пред вами!!! — прокричал гигантских размеров мужик. Его рост был, по-моему, больше двух метров. Весь накаченный, а лицо кирпичом. Я хотел было показать характер, но решил, что не стоит. Такой одной рукой может сломать шею как курочке.

— Ты, — начал тонким, хриплым голосом старейшина, который только что подошёл к клетке, — убил двух детей божьих. Они были беззащитны перед тобой, но ты решил, что имеешь право убивать. Скажи мне, кто дал тебе право решать, кто должен жить, а кто должен умереть? — седой, морщинистый старик, с дрожащими руками смотрел на меня своими серыми глазами, которыми пытался словно сожрать меня.

— А кто даёт право этим детям убивать меня?

— Бог, — коротко ответил старейшина. Ну пиздец логично.

— И мне бог даёт такое право, — решил схитрить я, не понимая с чем столкнулся.

— Бог всего один. Если ты веришь в бога, то в нашего. Наш бог говорит, что не разрешал тебе стрелять, — ему поднесли банку, в которой извиваясь ползали длинные бледно-жёлтые слизни. — Они исполняют волю божью. Ты станешь их новым телом. Утром будет проведён обряд, будь счастлив, что ты избран волей божьей, — он перевёл взгляд на Настю. — Ты, дева, ничем перед нами не согрешила. У нас на тебя другие планы.

Старейшина Озлунг развернулся и пошёл к столбу. Ему тут же принесли какую-то каменную колотушку. Слабой, дрожащей рукой он ударил по синему кристаллу, но тому ничего с этого не стало.