Одно небо на двоих (СИ) - Шерри Ана - Страница 86

Может быть, она спит? Слова Мухаммеда врезались глубоко и били сильно, в самое сердце, проходя через душу. Она не верила, что Саид способен отнять у нее ребенка… Но закон есть закон:

— Ваш сын тоже нарушил закон…

— За него не переживай, Аллах не слеп, если посчитает нужным, то накажет его. Но перед народом я сделаю все, чтобы оправдать своего сына.

Внутри — пустота. Даже не было страха и слез. Вирджиния сидела перед Мухаммедом, слушая его приговор, уже буквально представив себя в тюрьме… А потом… Она никогда не увидит, как растет ее ребенок… Его будет воспитывать чужая женщина.

— Но есть другой вариант, — произнес Мухаммед, выдвинул ящик стола и достал толстый конверт. — Я дам тебе ровно два часа для того, чтобы ты навсегда покинула Дубай, уехала как можно дальше и больше никогда не возвращалась. Исчезни, Вирджиния, и твой ребенок всегда будет с тобой.

Он протянул ей конверт:

— Этого хватит, чтобы вы ни в чем не нуждались.

Вирджиния закрыла глаза, пальцами касаясь виска, понимая, что впервые в жизни ее руки дрожат. Любовь сделала ее слабой, полностью отобрала силы. Она отлично понимала, что второй вариант — единственно верный путь к спасению. Этой любви не должно было быть, и ее никогда не будет, потому что она изначально была обречена, вела к тупику.

— Когда ты уедешь, забудь Саида, забудь, что твой ребенок — его сын.

Я даю тебе возможность скрыться, но взамен прошу свободы для своего сына от тебя.

— Он будет меня искать, — прошептала она, точно зная, что так и будет. Саида не остановит ничто.

— Мир большой, в нем легко затеряться. Но никогда не ищи его сама.

Через пару дней Саид женится, ему некогда будет заниматься твоими поисками. А через пару лет он забудет тебя и будет счастлив со своей женой. Встанет к управлению компанией и будет вести ее только вверх. Не мешай его счастью. Просто молча уйди, так ты сделаешь его самым счастливым. А Аллах милостив, простит ему эту грешную любовь.

Она бы задала много вопросов, например, что сказать родителям…

Ведь все ее потеряют. Но времени нет. Мухаммед прав — надо бежать. Как это ни больно и обидно, но так, по крайней мере, с ней останется часть Саида. Они не расстанутся навсегда, его ребенок всю жизнь будет напоминать о нем, о тех чувствах, что они испытали, о днях и ночах, проведенных вместе. Это самые светлые воспоминания, и она готова жить с ними всю жизнь.

Мухаммед пододвинул к ней конверт поближе:

— Я даю тебе два часа, чтобы покинуть Дубай. По истечении этого времени тебя арестуют в аэропорту. Успевай, Вирджиния. Насчет родителей не беспокойся, ты сможешь связаться с ними через какое-то время, но не говори, где ты. Саид первым делом отправится к ним.

Просто исчезни. Все, время пошло.

Она отодвинула от себя конверт, не желая таким образом продаваться. Неизвестно куда ей бежать, что ждет ее в будущем, как придется выживать, но она не возьмет денег от этого человека.

— Глупо, — нахмурился Мухаммед и убрал конверт обратно в стол.

На ватных ногах Вирджиния двинулась к двери. Есть два часа! Всего лишь два! Этого мало, но она сможет убежать. Но куда? К Крису! Он что-то говорил о том, что купил дом. На острове Олдерни… Вроде бы…Почему она слушала его вполуха? Кажется, это где-то между Британией и Францией. Хоть куда, но надо бежать быстрее и подальше отсюда.

Она плохо помнила, как вышла из аэропорта, все было как в тумане.

Будто ей приснился страшный сон. Даже не было сил сесть за руль, она остановила такси, которое привезло ее к дому.

Два часа — крайне мало, нет времени плакать и жалеть себя. У нее на это будет целая жизнь. Но сейчас главное — спасти себя и ребенка.

Вирджиния кидала в чемодан вещи без разбора, абсолютно не зная, что ей брать. Но это не важно. Денег тоже было немного, она еще не успела заработать, как полноценный пилот в авиакомпании. Но это тоже не важно. Надо разбираться с проблемами по мере их поступления.

Застегнув молнию на чемодане, она присела на диван, на секунду закрыв глаза и пытаясь восстановить дыхание. Саид ее никогда не простит, но она делает это ради них всех. Так будет лучше. Он никогда не найдет ее и никогда не узнает о сыне… Которому никогда не стать следующим правителем «Arabia Airline». Но это даже к лучшему. Зато у них всех будет спокойная жизнь.

Но просто сбежать, не попрощавшись с Саидом, она не могла. Хоть пару слов, но она должна написать ему. Чтобы никогда не искал ее.

Вирджиния схватила ручку и листок бумаги, начала быстро писать, но пальцы дрожали, и она не узнавала свой почерк. В голове мыслей не было, кроме одной — сколько минут осталось… Поставив точку, она схватила конверт и засунула туда письмо. Все, она кинет его Милене в почтовый ящик, и та передаст Саиду. Больше никому доверять нельзя.

Вирджиния взглянула на часы, перевела взгляд на чемодан — пора.

Она успевает. Сейчас сядет в любой самолет, на который успеет. А потом в любом аэропорту пересядет на рейс до Аликанте.

Рукой нащупав крестик на груди, тот самый дорогой подарок Саида, она сорвала его и положила в конверт. Достала связку ключей на брелоке с Бурдж Халифой, сняла ключ, которым она открыла дверь в его доме, и положила туда же. Это последняя точка. Она отдает ему ключ от своего сердца — чтобы он навсегда стал свободным.

Глава 32

Саид сидел в своем кабинете перед стопкой бумаг, но мыслями мужчина был далек от работы. Он позвонил Вирджинии раз пятьдесят, не меньше — абонент все время вне зоны доступа. Она не пришла вчера в их квартиру, что его сильно насторожило. Это было так не похоже на нее. Затем он попытался встретиться с ней утром — по пути на работу заехал к ней домой, но дверь никто не открыл.

Девушка как будто исчезла… Испарилась. Саид заволновался: закралось подозрение, что что-то случилось…

Дверь в кабинет Саида внезапно распахнулась, отвлекая его от раздумий. На пороге стояла Милена. Протянув ему конверт, она быстро прошептала:

— Ничего не спрашивай — я ничего не знаю. Нашла это в почтовом ящике.

Саид настороженно смотрел на письмо, боясь взять его в руки.

Кажется, он догадывался, от кого оно и что в нем. Ничего хорошего его не ждало.

Милена положила конверт ему на стол и вышла, плотно закрыв за собой дверь. Теперь он отчетливо видел надпись — «Саиду». Почерк был Вирджинии. На секунду мужчина закрыл глаза; обращаясь к Аллаху, прочитал короткую молитву, потом взял конверт.

Внутри лежала записка, сложенная вдвое:

«Саид, прости, что не могу сказать это, глядя тебе в глаза. Не хочу видеть, как после моих слов тебе станет больно. Я просила меня отпустить, когда пойму, что пора уходить. Это время наступило. Я ухожу, не прощаясь, потому что знаю, что ты бы не отпустил меня добровольно. Прошу тебя, во имя Аллаха, никогда не ищи меня. Дай мне свободу, — и только после этого ты станешь свободным сам.

Хайяти» Слова Вирджинии резали сердце пополам словно кинжалом. Он сам не понял, как одной рукой смял записку и откинул ее прочь. Верить в это не хотелось! Она не могла так поступить! Не могла оставить его одного!

Взглянув на конверт, он понял, что это еще не все. Перевернул конверт — на стол выпали ключ и крестик…Тот самый, который она никогда не снимала… А сейчас ушла — сорвала с шеи, навсегда попрощавшись с прошлым.

Гнев и отчаяние затуманивали разум. Сложно контролировать себя, когда хочется кричать! От злости Саид одним махом скинул все со своего стола. Только грохота он не услышал — в ушах был лишь шум от собственной крови, гонимой бешеным ритмом сердца…

Саид привстал, опираясь на руки, и опустил голову. Больше он ничего не чувствовал. Словно умер. И это правда: без Хайяти он никогда не станет живым.

На грохот в кабинет вбежал Фрэнк, но увидев, что Саид вне себя, быстро ретировался, опасаясь его гнева. Хоть бы тот не пошел к отцу. Завтра свадьба, и Мухаммед был весь в предвкушении праздника. Буквально светился от счастья: сделка с Катаром наконец-то подойдет к своему логическому завершению. Фрэнк покачал головой: да, Мухаммед был счастлив, но разве это справедливо? Добиться своего ценой несчастья собственного сына!