Наследие Смерти (СИ) - "orlangwl79" - Страница 195

-Гарри..., – скривился министр, – мы же договорились.

-Хорошо-хорошо, Корнелиус. Ну так в чём дело?

-У меня..., Гарри, только не обижайся, но зачем всё это?

-Ты о чём?

-О Дамблдоре, родимом, чтоб ему в любовники Волан-де-Морт достался! Гарри. У Дамблдора по отношению к тебе долг жизни. А это не шутка. Если подумать, то ты можешь раздавить его в любой момент.

-Сам то в это веришь?

-Честно? Нет! Но за жабры его можно было бы схватить.

-За жабры? – Усмехнулся Гарри. – Этого угря? А ты уверен, что у этого слизня есть жабры?

-Нет. Но я уверен, что если подключить Отдел Тайн, то мы можем составить такое требование в уплаты долга жизни, что без твоего разрешения...

-Корнелиус. Мы с тобой сейчас говорим об одной и той же мрази?

-Думаешь, что мы не сможем прижать его к стенке?

-Ну почему же? Прижать то мы его сможем.

-Тогда повторяю вопрос. Зачем всё это?

Какое то время Гарри собирался с мыслями.

-Корнелиус. Я вырос в рабстве. Каково это, нельзя объяснить словами. Через это нужно пройти. От части по этому я и помогаю Уизли. Да-да. Я знаю, что такое ходить в обносках. Знаю, каково, когда соседи считают тебя скажем так, социально-аморальным типом. Когда я шёл по улицам, люди, знающие меня, отворачивали лица. Когда я проходил мимо, они проверяли свои кошельки, не украл ли я их. Они нагибались к своим детям и показывая на меня пальцем, что-то шептали про меня. И учитывая то, как у них всех кривились лица от отвращения, я не думаю, что меня хвалили. Братья Уизли и Джинни тоже прошли через это.

Возможно, если бы меня отдали в рабство, ну скажем, волшебную семью, да хоть к тем же Пожирателям Смерти, возможно, я не прореагировал бы на это так остро. Да-да, Корнелиус. Они фанатики и убийцы. Но даже они понимают, что есть черта, через которую нельзя переступать.

Нарцисса покачала Головой и печально сказала:

-Ты ошибаешься, Гарри. Это я тебе говорю как жена Пожирателя Смерти.

-Возможно.

На какое то время Гарри опять замолчал, собираясь с мыслями.

-Меня отдали в рабство маглам. Маглам, которые знают о магическом мире и ненавидят его и всё, что с ним связано, всем своим сердцем. По сути, Дурсли для меня стали прообразом инквизиторов Ватикана во время гонения ведьм. Возможно они боялись моих спонтанных магических выбросов. Боялись за Дадли. Боялись за себя. Я очень хочу верить в это. В то, что их страх и стал причиной такого скотского отношения ко мне. Не деньги, не зависть, а именно страх за свои жизни и здоровье. Это единственная причина, почему они до сих пор живы. Это можно понять, и частично принять.

Корнелиус задумчиво покачал головой и пробурчал:

-Не думаю, что Дамблдор платил им за твоё...

-Да причём здесь Дамблдор и деньги? – Воскликнул Гарри. – Корнелиус. Сейчас опека над сиротой со стороны нашего магловского правительство очень серьёзна. Более того. Не всякой семье могут позволить усыновить ребёнка. И вопрос не в том, сможет ли семья, взявшая на себя ответственность за судьбу сироты, обеспечить финансово его жизнь и образование.

-Корнелиус, – вмешалась Гермиона, – для семьи, взявшие на воспитание сироту, законом предусмотрены огромные привилегии. Очень существенное снижение выплачиваемого налога. Различные социальные привилегии. Статус в обществе, что в консервативной Англии может открыть очень многие двери, закрытые для простых смертных. И самое главное. Семье, за каждого сироту государство выплачивает что то вроде денежного содержания. Не удивляйся, ты не ослышался. Фактически жизнь сирот оплачивают не опекуны, а государство. А это очень и очень серьёзная сумма. Как правило опекуны не пользуются деньгами, выданные государством, и откладывают их на счёт приёмного ребёнка. И причина здесь не в благородстве. Просто взять сироту на воспитание могут позволить только очень состоятельные люди.

-Да дементоры с этими деньгами, – сказал Гарри. – Корнелиус, Дамблдор превратил мою жизнь в Ад. Из меня выбивали мою ненормальность в прямом смысле этого слова. Выбивали ремнём. Когда это не помогло, выбивали кулаками. Кузен с друзьями принял в этом не меньшее участие. Меня хотели сломать и они сломали меня.

-Гарри, – сказал Корнелиус, – я...

-Не перебивай меня, Корнелиус. Да. Мои родственники сломали меня, но не так, как они того желали. Если я буду идти по улице и увижу магла, истекающего кровью, я не буду помогать ему. Даже если у меня и будет такая возможность. То же касается и волшебников. Не после того, что меня заставили пережить в этом году.

-Гарри, мне очень жаль, как мы поступили с тобой.

-Корнелус, когда на балу ты от лица Магической Англии и от своего собственного попросил у меня прощение, я простил тебя, но не Магическую Англию. Я простил тебя не только по тому, что ты набрался мужества и попросил у меня прощение, но и потому, что ты открыл мне глаза. Магический Мир Англии прогнил на сквозь. Целиком и полностью. Взрослые, пожилые и... и дети. Так же как и для Дурслей, для большей части студентов Хогвартса я был изгоем. Для остальных..., остальные промолчали так же, как и те маглы, с которыми я учился в магловской школе и встречался на улице. Скажу больше. Корнелиус, если бы Волан-де-Морт не убил моих родителей, я бы не задумываясь принял его сторону. Вы не стоите прощения. Вы не стоите спасения. Вы не достойны даже на запись в истории, дабы иные расы, что придут в этот мир после всех вас, не знали, что подобное можно творить друг с другом.

Теперь, Корнелиус, я отвечу на твой вопрос. В том мире, в мире маглов, в котором я вырос, тот мир вокруг меня создал Дамблдор. Как он это сделал, не существенно. Тот мир, мир среди маглов, вокруг меня создал Дамблдор. Живя среди волшебников я вижу, что Ваш мир так же построил Дамблдор. Не полностью, но то, что я вижу вокруг себя и вокруг Дамблдора, это его мир. Ты знаешь, что такое утопия?

Корнелиус хмуро кивнул головой.

-Всеобщее Благо — это утопия. Вы все разные. У вас разный цвет кожи. Взгляды на жизнь. Жизненные ценности и способы их достижения. Кто-то умнее, кто-то сильнее, кто-то талантлив. И это замечательно, что вы все такие разные. Это как радуга Мира. Я признаю это даже не смотря на то отвращение, которое я теперь испытываю ко всем вам, Дамблдор, строя своё Всеобщее Благо, уничтожает радугу нашего Мира, желая оставить лишь белый цвет. Чистый и не запятнанный. Он уничтожает Мир, и в замен разрушенного строит свой Мир, в котором для очень многих нет места.

Волшебники разорили и унизили семью Дамблдора и превратили его жизнь в Ад. В отместку Дамблдор создал Волан-де-Морта и превратил его руками ваши жизни в Ад. Дамблдор втянул мою семью в войну, чем уничтожил её, после чего превратил мою жизнь в Ад. Но этого ему мало. Он решил не просто уничтожить моё будущее, он решил уничтожить мою душу. А теперь поставь себя на моё место. Тебе было бы достаточно просто загнать его, как ты говорить, в угол?

Вы, вы все создали Дамблдора, а он создал меня. Моя очередь, – начал распаляться Гарри. – Я хочу видеть его лицо в тот момент, когда от него начнут отворачиваться союзники. Я хочу видеть его лицо, когда его марионетки оборвут его нити и обернутся против его. Я хочу видеть его лицо, когда он будет видеть гибель всего того, что он с таким кропотливым трудом создавал! – Гарри практически рычал, словно раненный зверь. – Я хочу уничтожить Мир, который создал Дамблдор так же, как он уничтожил мой! – Вокруг Гарри закружила тьма. – Я хочу видеть ужас в его глазах!

Корнелиус понимающе посмотрел в глаза Поттера и видел, что в них больше не было ничего общего с человеческими. Белок стал угольно чёрным. В светящиеся зелёных радужках глаз словно у змеи вытянулись зрачки и эти самые змеиные зрачки пылали адским пламенем.

-Гарри, – сказала Нарцисса, – твои глаза?

Гарри закрыл глаза и делая глубокие вдохи и выдохи постарался успокоиться.

-Мистер Поттер, – сказал Кровазуб, – значит ли это то, что Ваши планы меняются.

-И да, и нет, – сказал Гарри усталым голосом, – Гермиона по прежнему будет пытаться спасти этот жалкий мирок, а я так, на подхвате.