Наследие Смерти (СИ) - "orlangwl79" - Страница 151

Студенты удивлённо переглянулись, но Основатели этого не заметили.

— Если у моего правнука столь благородный дух, что может быть лучше?

— Ага, — ухмыльнулась Ровена, — ведь это и в твоих интересах, особенно учитывая то, насколько твой потомок жаждет поговорить с тобой.

— Ровена, — скривился Салазар, — не язви. Это тебе не к лицу. Так где же мне его искать?

— С минуту на минуту мы ожидаем Гарри Поттера к нам в гости, — сказал Забини.

Салазар довольно улыбнулся, посмотрел на Годрика и сказал:

— Я рад, что наши факультеты по-прежнему поддерживают друг друга.

— Согласен, брат. Страшно подумать, что было бы, если бы наши факультеты враждовали.

Студенты вновь переглянулись.

— А вот, очевидно и Гарри Поттер? — сказала Ровена.

Толпа расступилась и к картине вышел высокий брюнет с пронзительными зелёными глазами.

— Я рад, что физическая подготовка стоит не на последнем месте моих студентов, правда я видел их не всех. Мы только мельком посмотрели на них. Нужно будет наведаться к ним ещё раз. — Годрик хищно улыбнулся. — Должен признать, брат, что мистер Тревор прав. У него твои глаза, как и в том, что… в общем, удачи тебе.

— Лорд Слизерин, — Гарри обозначил поклон.

Салазар кивнул головой.

— Лорд Гриффиндор. Леди Пуффендуй. Леди Рэйвенкло.

Дамы изобразили реверанс.

— Так значит Вы, молодой человек, мой потомок и действующий лорд Слизерин. Не слишком ли Вы молоды для этой чести?

Гарри молча поднял руку и продемонстрировал кольцо Лорда.

— Как Вы понимаете, молодой человек, я не в том состоянии, чтобы провести несколько диагностирующих заклятий на подлинность кольца, так что Ваш статус, в моих глазах, весьма сомнителен.

— Лишь Лорд может открыть Родовой Кодекс, — сказал Гарри.

— Верно, — согласился с ним Салазар.

— И лишь Лорду доступны записи о жизни далёких предков.

— И здесь я с Вами соглашусь. И что с того?

На лицо Гарри выплыла зеркальная улыбка лорда Слизерина.

— А то, что меня очень заинтересовала история создания одного из самых сильных слабительных зелий.

Улыбка Слизерина сползла с его лица.

— Если я не ошибаюсь, Вы желали сварить любовное зелье. Хотя нет. Вы решили его модернизировать и превратить его в своеобразный возбудитель для… женщин.

Слизерин заметно побледнел.

— Правда, то, что из-за маленькой ошибки у Вас получился не возбудитель, а, — Гарри широко улыбнулся, — слабительное, способное загнать свою жертву в комнату раздумий как минимум на сутки, Вы узнали лишь после испытаний.

— Лорд Слизерин, — на лице Салазара паника была написана крупными буквами, — уверяю Вас, что подробности совершенно не обязательны. Я вижу, что Родовая магия в Вас не ошиблась, и Вы будете достойно нести и приумножать славу нашего Рода!

— Ну почему же, — Годрик смотрел на мстительную улыбку Гарри Поттера, которая цвела буйный цветом на его лице, — мне вот тоже интересно, кем же была твоя жертв… км., — Годрик закашлял, пряча смех, — то есть я хотел сказать, очаровательная, и без сомнения, храбрая и самоотверженная… что? — он посмотрел на пунцовую Ровену Рэйвенкло.

— Годрик! — прошипела ведьма. — Ещё одно слово, и я тебе наглядно продемонстрирую, почему братья боятся своих сестёр.

По гостиной разнёсся хохот Пенелопы Пуффендуй:

— Так вот в чём дело?

— Вы серьёзно? — на лице Годрика вылезла кровожадная улыбка, и он посмотрел на своего названного брата.

— А я всё думала, — сказала сквозь смех Пенелопа, — чего это Вы оба поперхнулись вином, когда я спросила Вас о дне Вашего первого знакомства. И нет, милочка, не надо тянуть свои изящные ручки к моей шее. Она мне дорога как память, — тут Пенелопа взвизгнула и побежала прятаться за широкую спину Годрика.

— Ах ты мелкий, противный, ядовитый плющ, — пока Ровена пыталась выковырять пакостливую названную сестру из-за широкой спины не менее наглого и пакостливого названного брата, Пенелопа продолжила свои изречения:

— Сколько столетий, нет, Вы только подумайте, сколько столетий я пыталась узнать эту тайну! Всё это время Вы оба мучили меня моим любопытством. О-о-о! Оно того стоило. Да здравствует моя месть! И мстя моя будет ужасной!

— С дороги, брат! — рявкнула Ровена и, в очередной раз резко сменив направление бега по кругу, попыталась обежать Годрика с другой стороны.

Пенелопа в очередной раз взвизгнула и продолжила изводить взбешённую волшебницу:

— Но теперь я понимаю, почему Вы хранили эту тайну, сестра! Согласись, эта пикантная подробность достойна быть вписанной золотыми буквами в Историю Хогвартса!

— Ах ты, старая кляча! — кипела от негодования Ровена. — Годрик, да исчезни же ты наконец!

Годрик наивно захлопал ресницами и с широкой улыбкой проговорил:

— Да я бы рад уйти, да только вокруг меня носятся две старые кля…

— Что? — хором произнесли волшебницы с двух сторон.

По спине Годрика пробежался холодок. Спустя мгновение на него обрушился град ударов от четырёх женских кулачков.

— Это ты во всём виноват! — прокричала Ровена.

— Да-да, точно, это ты во всём виноват! — поддержала её Пенелопа.

— ЧТО?! — Изумился очередному выверту женской логики Годрик, за что и поплатился. От растерянности он пропустил удар в глаз.

— Уй! — донеслось от Годрика.

Две озлобленные ведьмы обнаружили своего природного врага. Обиды были тут же забыты или, по крайне мере, отложены на попозже, как-нибудь.

Пока ведьмы самоотверженно и с энтузиазмом дубасили Годрика, раздался ехидный смешок Салазара:

— Брат! Я никогда не перестану тебе этого говорить: «Ты — придурок!» Сколько раз говорить: «Никогда не встревай в бабские разборки. Получишь от обеих». Неужели это так сложно запомнить?

Избиение общего врага в лице Годрика мгновенно прекратилось. Два женских взгляда уставились на ещё одного врага женского рода, о котором они столь неосмотрительно забыли.

— Девочки? — Салазар увидел, как на лицах подруг всплыли улыбки. — Девочки, — Салазар попытался разорвать расстояние и сделал осторожный шаг назад, — девочки, Ваши улыбки голодных волчиц Вас совсем не красят. От них у Вас появляются морщинки.

Это была последней каплей.

— Хватай его! — крикнула Ровена и два женских вихря сорвались с места.

Салазар увернулся от цепких женских ручек и попытался спрятаться за Годриком, но тот не дал ему такой возможности, так как твёрдо решил совершить тактическое отступление.

— Куда? — раздался возмущённый крик Ровены.

— Слева обходи их, сестра! Слева!

Волшебники уже достигли границы картины.

— Трусы! — раздался крик отчаяния от Ровены.

Последнее, что услышали студенты:

— Салазар, ты придурок? Ты зачем ляпнул про морщины?

— Сам придурок! Тебя же, идиота, спасал! Давай в ….

Ошарашенные студенты уставились на пустой пейзаж.

— Что это было? — раздался голос Забини.

Гарри хмыкнул:

— Ничего особенного. Обычные будни Основателей, — и с этими словами отправился к креслу.

Студенты Слизерина непонимающе уставились на Гарри.

— Да ладно вам, тоже мне новость, — Гарри сел в кресло. — Вы бы знали, что тут творилось, пока они были живы. Когда я читал мемуары Салазара Слизерина, я глазам своим не поверил тому, как он с Годриком отрывались. Да, как вы только что видели, и Ровена с Пенелопой от них не очень-то и отставали. Собственно, из-за их развлечений студенты делали основной уклон на защиту и целительство.

— Боялись попасть под раздачу? — Забини сел напротив Гарри.

— А Вы бы не боялись? Пару раз Хогвартс был близок к полному разрушению. Во всяком случае, он был близок к тому, чтобы быть перестроенным. Да они по двадцать раз на дню ссорились и мирились! Вот увидите. Скоро остынут и вновь заявятся к нам. Но не вздумайте оскорбить кого-нибудь из них. Затопчут! Догадайтесь, кто был заводилой этой весёлой гоп-компании?

— Салазар Слизерин? — предположил Забини.

— Ну, а кто же ещё? Рубаха-парень. Душа компании. Одним словом — смутьян. Да. Именно это определение подходит к нему больше всего. Смутьян! Но вовсе не в том смысле, который пыталась нам внушить профессора, в частности профессор МакГонагалл. Яркий пример того, как нам скармливают лишь часть правды, и тем самым делают её хуже лжи. Когда Салазар Слизерин покинул школу, оставшиеся Основатели лишились не просто члена семьи, они лишились… в общем, от них тогда осталась лишь оболочка. Тень их прошлого.