Пришествие Зверя том 2. Антология - Торп Гэв - Страница 112

— Сколько сможешь продержаться на лету?

— Сколько понадобится. У вас будет поддержка с воздуха.

— Еще раз благодарю, брат Преко.

Курланд открыл люк и спрыгнул, за ним — все его отделение.

Последняя Стена рванулась к земле. Воины двух отделений выскочили из «Громовых ястребов», прыжковые ранцы оставляли огненный след. Снижаясь, космодесантники непрерывно палили из болтеров. Они косили орков, неся с собой мщение. Курланд сокрушил хребет зеленокожего воина — удар несущейся на такой скорости массы пробил доспех, и ноги прошлись по орочьей башке, размазывая ее по вулканической породе.

Приземление Последней Стены образовало воронку из размозженной плоти. Отделения стояли в провале по середине орды. Орки делали рывок на север, и на миг между Курландом и движущейся целью еще осталась стена ксеносов. Смятение охватило орков, на которых напали сразу с двух точек, причем из самой середины строя. Некоторые из них обернулись к Последней Стене, другие продолжали бороться с изначальным противником.

Мгновение.

Те несколько секунд, на протяжении которых Курланд знал, пусть и не видя, что нашел цель. Он знал, что сейчас увидит, но что толку от знания, не подтвержденного ощущениями? Он все еще был по другую сторону барьера, отделяющего веру в легенду от сопричастности ей.

Он стрелял в орков, отделяющих его от мифа. Он и его братья бросались в самую гущу.

Курланд преодолевал барьер.

Текли мгновения. Вера встретилась с реальностью, и ударная волна убила десятки орков.

Что-то ударило в боевую фуру. Курланду была видна верхняя часть ее, потом прозвучал единственный удар, и машина встала. Задняя часть дернулась вверх, словно переднюю вдавило в землю. Столкновение чувствовалось даже на приличном расстоянии от грузовика. Тот взорвался. Орков подбросило в воздух. Курланд зашатался, когда волна настигла его стремительным ураганом. Удар выкосил стоявших перед ним противников.

Перед Последней Стеной образовалось пустое пространство. Там и была легенда — подсвеченная огнем горящих танков, окруженная мертвыми телами.

Время словно остановилось. Чувства Курланда захватил восторг. Его существование до момента, когда он стал десантником, словно обнулилось. История того периода стерлась — и сейчас, впервые, сколько сам мог вспомнить, он переживал то, что простой смертный испытывает при виде Адептус Астартес.

Вулкан был исполином, похожим более на колонну, изваяние, высеченное из гранита и ночной тьмы, недвижное, словно гора, и яростное, словно лава. Чешуйчатая броня насыщенного зеленого цвета придавала ему сходство с рептилией, возникшей из сновидений и страхов из далекого прошлого человечества. Выкованные из металла языки пламени уподобили примарха огненному ядру планеты. Наплечник украшал череп одного ящера, плащ был из шкуры другого. Вулкан, убийца мифических тварей, сам воплощенный миф. Его тяжелый молот пульсировал энергией. Курланд предположил, что не сумел бы поднять его, не то что орудовать такой громадиной. Но еще сложнее было представить, как кто и что угодно — орк, корабль или целый мир — могут уцелеть после такого удара.

Курланд едва удержался от того, чтобы не упасть на колени. Он был не один. Его окружили такие же парализованные почтительным оцепенением братья.

Они не позабыли выучку и не подставились противнику, но замерли на протяжении единого вдоха, к тому же уцелевшие поблизости орки были контужены и обездвижены на еще более долгое время. Но время этого вдоха растянулось до бесконечности. Курланд видел, как луна разевает пасть и ревет, но лишь сейчас в полной мере ощутил соприкосновение с возвышенным. Вдох — и вот она, кульминация его жизни. Ранее существование разделилось на две несовместимые части с уничтожением Имперских Кулаков. Теперь оно снова распалось надвое — на этот раз на дальнем краю пропасти было огненное сияние славы.

Вдох — и война.

Ни словом не обменялись Вулкан и Последняя Стена. Слова будут позже. Пока что — бой. Курланд поднял взгляд на шлем — голову огненного змия — и алое сияние линз. Вулкан кивнул. А потом на холмах Кальдеры снова закипел бой.

Орки приблизились — они сражались с бурей. Последняя Стена образовала круг. Они были словно единый кулак в латной рукавице. Орда бросилась на его шипы. Снаряды из болтеров рвали броню и плоть. Огнеметы испепеляли монстров, пытающихся подобраться ближе. Чудища в клепаной броне горели прямо в своих металлических панцирях. Они умирали стоя и становились препятствием на пути у товарищей.

Вулкан размахивал молотом. Каждый удар был словно попадание метеорита. Гнев его оружия озарял ночь. Земля трепетала перед его мощью. Курланд удержался на ногах. Орки пробивались вперед, но их снова и снова отбрасывали назад, и ряды их неотвратимо редели. Сама местность изменилась. Бой обращал горные хребты в пыль. Реки крови текли по сухому камню. Более мягкие очертания изломанных тел скрадывали угловатые скалы. Горелый влажный запах смерти проник сквозь решетку Курланда. Тело его вибрировало от ударов молота. Кровь ликовала, охваченная ритмом праведного всеуничтожения.

— Еще! — ревел Вулкан оркам. — Присылайте еще! Еще больше! Вам что, мало?

Мощь двадцати космодесантников и одного примарха сокрушила натиск орков. Сила, оставшаяся биться с ним, ранее только сдерживала его, но не более. Орки не могли притязать на победу. А теперь им было не избежать поражения. Когда ряды пехоты оказались сильно прорежены, зеленокожие попытались взять скоростью. Образовалось больше места для перемещения машин, и можно было набрать скорость, насколько позволял характер местности.

Но и умирали они быстрее.

Мимо проносились целые отряды мотоциклистов. Курланд и Последняя Стена прицелились пониже, прошивая борта машин снарядами. Те пробивали колеса и подрывали баки с горючим, обращая мотоциклы во вращающиеся смертоносные ловушки. Катящиеся шары из стали и огня сталкивались с другими машинами — разрушение росло, словно снежный ком. Вулкан размахивал молотом — и удар разносил мотоцикл вместе с седоком, ни на миг не замедлившись, словно орочьи машины были сделаны из воздуха.

К изумлению Курланда, в бой пошли и смертные. Их было мало, около пары десятков. Они были в потрепанной шахтерской одежде и вооружены лазерными винтовками. Они прятались в рытвинах, нагибаясь каждый раз, когда опускался молот. Люди словно вцеплялись в землю, пережидая ветер и взрывные волны, потом снова вставали, чтобы стрелять по оркам. Те немногие зеленокожие, которых они уложили, не могли повлиять на исход битвы, но сам факт, что кальдерцы выжили и пришли, уже был чудом. Они бились за свою планету, хотя победа или поражение уже зависели не от них.

Они были чудом.

Курланд смотрел на них, испытывая нечто подобное радости.

Вокруг поля боя кружили четыре боевые фуры. Потом они сошлись и понеслись по хребтам, едва не переворачиваясь. Их орудийные башни щерились на Вулкана. Они находились на линии огня друг друга, и землю перед ними рыли шальные снаряды. Когда они подъехали ближе, две уже горели. Курланд сорвал с пояса гранату. Он отвлекся от орочьей пехоты, чтобы помочь, но танки уже подоспели.

Вулкан исчез в следующей череде взрывов. Когда сияние поблекло, стало видно, как он вскакивает на ближайшую боевую фуру. Словно гора пролетела по воздуху. Он приземлился на передней части транспорта, пробивая сабатонами броню. Машину занесло влево. Примарх поднял молот над головой обеими руками и обрушил его вниз, сминая верхнюю орудийную башню. От ударной волны у Курланда зашумело в голове. Металл болезненно взвыл, а Вулкан уже нападал на второй танк — первый тем временем взорвался.

Курланд сражался. Он сокрушал врага. Его не отвлекали действия ноктюрнца, но он видел, что происходит, и потом, думая о битве, едва помнил, что делал сам. В его воспоминаниях осталось место лишь для гнева примарха.

Вулкан с разбега врезался в следующую боевую фуру. Удар остановил транспорт и смял его переднюю часть. Мифический гигант разнес машину двумя ударами, и грохот стоял такой, что взрыв бака потом прозвучал как эхо.