Ермак. Начало - Валериев Игорь - Страница 74

Я задумался, вспомнив своего восьмидесяти шести летнего прадеда, у которого только один раз в тринадцатилетнем возрасте прожил лето в Старочеркасске. У прадеда с дедом были какие-то трения, в результате которых дед после Великой Отечественной войны и войны против Японии в 1945 году на Дон не вернулся, а остался на Амуре. Поэтому к прадеду меня отправили на лето только один раз и по личной просьбе прадеда за полгода до его смерти.

Прадед Тимофей, в честь которого меня назвали, за расказачивание ненавидел советскую власть люто, хотя в своё время после Первой мировой войны принял Власть Советов всем сердцем и защищал её от врагов до 1922 года, закончив Гражданскую войну командиром эскадрона разведки в первой конной армии Будённого. Прадед, рассказывая мне историю Аленинского рода и донского казачества, не однократно с теплом отзывался о императоре Николае II, вспоминая, как хорошо при нём жили казаки на Дону.

Но один раз прадед с какою-то тоскою в глазах произнёс, что если бы Советы не расказачили казаков, не раскулачили народ, загнав в колхозы с одними трудоднями без хлеба, как каких-то крепостных. Если бы поприжали своих партийных начальников-бюрократов, что дури много несли, дав людям спокойно вздохнуть, то о другой власти можно было бы и не мечтать. После чего, слеповато щурясь на солнце, стал загибать пальцы на левой руке, перечисляя достижения советского государства: образование всем бесплатно дают, только не ленись и учись хоть в институте, хоть в университете; детишек в детских садах, школах и лагерях кормят бесплатно, а студентам стипендии платят и общежитие дают. Рабочему человеку почёт и уважение, премируют и награждают. Петьке Яшину, который в этом году больше всех в станице хлеба на комбайне намолотил мотоцикл «Урал» бесплатно вручили.

Жилье получить в городе можно, отработал какое-то время на заводе, квартиру отдельную дают. У них в колхозе новую линию начали из домов, которые бесплатно дают молодым специалистам, приезжающим в колхоз на работу по распределению. Агроному дали, бухгалтеру дали, счетоводу дали, механику дали, двум учителям молодым дали. А при царе только богатые могли купить дом.

Квартплата небольшая, врачам платить не нужно. Много хорошего Советская власть дала, и если бы коммунисты-начальники крови столько не лили, да дали бы возможность на себя трудиться, как при НЭПе, то жить стало бы намного лучше. И добавил, что ум за разум заходит, как выбрать тут добро и зло, если они вперемешку.

Вот и я смотрел на подходящего к нашему строю будущего императора Всея Руси и не мог выбрать для себя, как мне относиться к этому человеку. И если доведётся пообщаться, какую линию поведения выбрать. Попытаться намекнуть на грядущие события, или промолчать. Рассказать о своей задумке по созданию подразделений спецназа или молчать в тряпочку. Так и не выбрав, решил положиться на русское авось, которое обязательно к счастливому решению вопроса выведет.

Между тем цесаревич Николай со свитой и окруживших их жителей Черняевского округа направились к нашему конному строю. Не дожидаясь их подхода, я дал казачатам команду: «Слезай».

А когда мои орлы застыли с левой стороны своих коников, подал команду: «Смирно-о-о!».

Докладывать к цесаревичу не вышел, так как мне такого указания не было, а всё руководство станицы вертелось рядом с будущим императором.

Николай отделился от свиты и в одиночку пошел вдоль первой шеренги, останавливаясь перед каждым казачком, внимательно его разглядывая. Строй казачат, кажется, перестал дышать. Скосив влево взгляд, я увидел, как старшаки и мальки, перед которыми останавливался цесаревич, как будто вырастали на пару-тройку сантиметров. Начав с левого фланга, через некоторое время цесаревич Николай дошёл до меня. Внимательно осмотрев спокойным взглядом меня с ног до головы, таким же спокойно-скучающим голосом произнёс:

— Так вот ты какой, Тимофей Аленин. И что ты и твои ученики могут мне показать…