Чуть-Чуть не так (СИ) - Кирсанова Любовь - Страница 25

— Кристоф, ты не поверишь, но я всерьез об этом начинаю подумывать.

— Подумай, у тебя есть довольно много времени. Я подожду.

— Много, это сколько?!

— Почти неделя. Хочется в этом деле не спешить, и дать тебе оптимальное время для обдумывания.

— Неделя?!

— Извини, Тамишечка, понимаю это долго, но раньше не получится. Пока встретимся с драконом, пока вернемся, на это тоже понадобится время. Но надеюсь, мы уложимся в эти сроки. Я потерплю, я очень терпеливый, — клялся, и каялся Темный.

— А, вот враки! Твоя терпеливость сейчас крепенько упирается мне в спину. И я совсем не уверена, что ей известны твои планы невмешательства.

— Что поделать, радость моей жизни, именно сейчас я могу тебе доказать, и показать всю глубину и степень моей терпеливости, — нежно проворковал Некромант. А потом спокойно, почти жестко, но только с его присущим шармом, вторгся в неё.

Глава 10

— 1 -

Гредис сидел на лекции по применении магии в быту, и потихоньку приходил в ужас.

Вот это ВСЁ, надо знать?! О, глубинный, неужели быт подразумевает столько разнообразий во всем! Чтобы всё это выучить, сгорит не одно здание. Но больше его беспокоило в этом только одно.

Как, при отработке всех этих заклинаний и пассов, остаться в живых самому?!

Во всем виновата его неугомонная сестренка. Ох, уж эти блины с пылу с жару. Но, именно это заставило Гредиса посмотреть на проблему, с другой стороны. Оказалось, что к бытовой магии верлиды не имеют никакого отношения. У себя дома эта магия им была не нужна, просто за них все делали их родные стихии, либо стихии, совместимые с родственными, но уже по договоренности на услуги.

Здесь же, в этом мире, всё было не так. Причем, довольно ощутимо, не так. И лишь в некоторых случаях, чуть-чуть не так. И эти «некоторые случаи», почему-то оказались самими больно бьющими по самолюбию моменты.

Выход был один. Пришлось записываться на лекции где преподают, как использовать магию в повседневных делах, а также по обслуживаю себя родимых.

Верис, такую новость, приняла сразу отрицательно. Причина была проста. Лекции проходили в крыле здания академии, принадлежащее некромантам во главе с деканом Темным. А там, где Тёмный, всегда рядом находится его тень, начальник безопасности, Демиан. С некоторых пор, Демиан и Верис, это что-то не совместимое и взрывоопасное.

Поэтому, им лучше даже взглядами не встречаться.

Гредис набрался терпения и очень долго, терпеливо, спокойно доказывал Верис необходимость этого обучения, а также, что это ещё и дополнительные баллы при сдаче годовых экзаменов. Что, до отношений с этим Демианом, так их просто напросто нет. А значит и горевать, с вхождением в ступор при виде его, не стоит. Потому как, это ничто иное как блажь обиженного самолюбия. Но, сестренка стояла на своем. Что ж, на грубость она сама напросилась, а ведь все могло быть и по-хорошему.

— Заткнись. Дома будешь отцу доказывать о полезности, «ничего не вижу, и знать ничего не хочу». Кстати, ты папеньку не забудь повеселить рассказом, как умудрилась к холостому мужчине в квартиру забраться, и устроить там замечательные посиделки с уничтожением имущества этого несчастного. Губы поджала, сопелку высморкала, задницу подняла, глазёнки свои бесстыжие на место поставила, и ровным шагом, а не струей из унитаза, пошла на лекции. Попробуй только свернуть не туда и «заблудиться». Обещаю! Потом, саму себя долго будешь искать по вазам, горшкам и стаканам. А если уж совсем сильно достанешь, вообще по рюмкам разолью, и в разных местах их поставлю. Месяц будешь собираться, чтобы в единое слиться. Вон, я сказал! — высказал всё, что думал Гредис, своей сестре.

И та пошла, да так пошла, что девятым валом вылетела из своей комнаты и принеслась в нужную аудиторию почти мгновенно.

Правда по пути притопила, смела, обмыла, смыла всех, кто попадался ей на пути, что не помешало ей сейчас сидеть и спать на лекции, тихонько побулькивая.

Гредис и сам пытался не заснуть. Виною всему, был монотонный голос мага-бытовика, читающий сию лекцию. И уже когда глаза решили сомкнуться, и отправить хозяина в крепкий сон, как хороший тычок в бок вырвал его из этого состояния, заставив зашипеть от боли.

— А, в лоб? — не раздумывая сказал Гредис.

— А, в глаз? — услышал он встречное предложение.

— Совсем обнаглела — диагностировал верлид.

— Ты решительно захотел показать всем, что полный идиот? — тут же сделали вывод его умственным способностям.

Гредис, удивленно взглянул на существо, которое решило так пригвоздить его к месту. Странно, но чем дальше он рассматривал это нечто, тем сильнее оно поражало своими размерами, и своей наглостью. Так вот, наглости в этом существе было в десятки раз больше, чем его размер.

На него смотрели небольшие, среднего размера карие глаза, с очень красивым чуть-чуть миндалевидным разрезом. Волосы темно-русого оттенка длиною до плеч были густыми и немного вились. Губы не тонкие, но и не пухлые, а так, в самый раз, имели красивую четко очерченную форму. И, фигурка-то у этой хамки, ладненькая, и прямые стройные ножки, и маленькие груди. Маленькие, но такие соблазнительные, что ручки его к ним сами потянулись, как к единственным и таким родным, что дух захватило.

Вот на этом вся её симпатюшность, и приятность взору заканчивалась.

Всё! Там больше делать было нечего!

Уши, у этого существа, были конусовидными с бархатными кисточками на концах, сзади имелся довольно большой пушистый темного окраса хвост, который сейчас молотил по полу, и грозился врезать по верлиду при первой возможности. И все это умещалось на девчушке ростом чуть больше полтора метра с шапкой. Да, она ему еле-еле в своей макушке до плеча доставала!

Приглядевшись по пристальнее, Гредис понял, что это не молоденькая девчушка, а взрослая девица с презрительным выражением лица, и зашкаливающим превосходством над ним, таким тупым и недалеким.

Нет, ну это беспредел! И вообще!

— Позвольте спросить, наглость у вас врожденная или приобретенная, в связи с некоторыми недокомплектами в росте?

— Вас смущает МОЙ рост или ваш? Если ваш, то осталось недолго. При ваших нарисованных пасах и вот при этих заклинаниях вам ваши неудобства во внешности скоро мешать не будут. Сами уберете в миг, и даже больно не будет. Да, кстати, вас тоже не будет. Только облачко останется в память. Но, если что, обращайтесь. Желательно, до того, как решите испариться.

Гредис оторопело смотрел на это десятое чудо и промолвил:

— Это, как так?! Почему я должен испариться? Куда?!

— Вот, куда не знаю. Но, вам осталось недолго ждать. При вашей скорости соображать и думать, событие вашего испарения, точно не оставит вас в долгом неведении.

— Да, что я нарисовал не так?!

— Глажку вещей.

— И, что? Прожгу вещь не в том месте?

— Нет, что вы! То, что вы нарисовали, это глажка вас родимого, при очень высокой температуре. А время, которое вы задали на исполнение этого задания, не подразумевает исправление ошибки.

— Ну, да! Хотелось бы, чтобы это побыстрее происходило.

— Но, не в такие же сроки!

— А, какие там сроки?! — уже вскричал верлид.

— Да, нет там сроков! Нету! — в ответ прокричала ушастая.

— И, что?!

— Да, плавай себе на здоровье по небу, облачко безмозглое. Зачем только учиться сюда пришел, если сразу на суицид потянуло — выплюнула она.

А потом добавила, задушевненько так:

— Что, в детстве притесняли? Обижали? Конфетку не давали?

Вот же ж, зараза мелкая!

— Давали, только сестра умудрялась её выхватить из моих рук до того, как она попадала в рот, — на автомате произнёс Гредис.

— И, тебя это так мучает? Что ж это за конфеты такие были, что ты их помнишь до сих пор, — с недоумением спросила хвостатая.

— С медом и орешками, — продолжал выкладывать он всю правду о себе.

— С чем?! Вот и пойди разберись тут, кто ты есть! То ли просто злопамятный, то ли обычный сладкоежка! Из-за конфет так расстраиваться! Что значит голодное и безрадостное детство! — сочувственно поцокала языком незнакомка.