Золотое сияние (СИ) - "Sensey" - Страница 47

- Не понимаю, о чем ты говоришь.

- Вот только не надо строить из себя кроткого ангелочка. Достаточно посмотреть на лицо Кирилла и твои ободранные костяшки, чтобы понять, что вы с ним не чаи гоняли.

- Дык… дык… это мы упали, - с совершенно серьезным видом сказал Женька.

- Упали? Вдвоем? Только он – лицом, а ты – кулаками?

- Ну что-то типа того.

- А если серьезно?

- А если серьезно – пришлось вбить немного уму-разуму в его непутевую головешку. Но ты не беспокойся, я только слегка. Так сказать, любя.

Татьяна подошла к парню, и тот невольно попятился, не зная, чего от нее ожидать. Он был приятно удивлен, когда девушка обняла его.

- Женька, Женька, - прошептала она, уткнувшись лицом в его грудь. – Что бы я без тебя делала…

Друг приподнял ее лицо за подбородок, легонько чмокнул в губы и тут же выпустил ее из объятий, подтолкнув к дивану.

- Ну все, а теперь спать, - сказал он бодро, хотя сам едва сдерживался, чтобы не привлечь ее обратно к себе и не начать покрывать бесчисленными поцелуями ее бледное, осунувшееся личико. – Ей-богу, ребята, я с вами скоро с ума сойду. Такой беспокойной парочки я еще в жизни не встречал. Выдумывают сами себе проблемы.

Татьяна забралась на диван и укуталась одеялом.

- Женечка, спасибо тебе, - сказала она, уже почти засыпая. – И спокойной ночи…

- Спокойной, - ответил тот, выключая свет. Он немного помедлил, а потом спросил: - Тань, а это правда?

- Что? О чем ты?

- Ну, что Кирюха… умирает?

- Правда, - ответила девушка ровным голосом.

- И что ты собираешься делать? Ты простишь его?

- Конечно, прощу. Разве ты в этом сомневался? Ты осуждаешь меня?

- Нет, - сказал Женька. – Вовсе нет. Иначе я не приволок бы этого имбецила сюда. Я думаю, что вы, ребята, просто созданы друг для друга. Но веришь ли ты ему?

- Верю, - без колебаний ответила Татьяна. – Я поверила ему сразу же, как только он рассказал о своей дурацкой затее. Но знаешь, за последние дни я много передумала и решила, что я простила бы его даже и в том случае, если бы он на самом деле изменил мне. Понимаешь, во мне не осталось больше ложной гордости. Я люблю Кирилла и знаю, что скоро потеряю его навсегда. И эти последние дни я хочу провести с ним, что бы он ни сделал, какую бы боль он мне ни причинил. Я не хочу больше терять понапрасну времени, мы и так его слишком много потеряли.

- По-моему, солнышко, ты взрослеешь, - хмыкнул Женька. – Но если ты решила не терять больше времени, зачем же ты сейчас выгнала его?

- Ну, не могла же я оставить его совсем без наказания, - неожиданно улыбнулась до сих пор серьезная девушка.

Парень расхохотался.

- Узнаю свою Танюшу! – воскликнул он. – Ну все, я пошел спать. Чао!

- Чао, - отозвалась Татьяна, погружаясь в сладкий сон.

На следующий день они с Кириллом помирились. Татьяна познакомилась с Еленой, рыжеволосой невестой Руслана, и они долго хихикали над смущенным Змеем, когда последняя рассказывала, как тот, «заикаясь и мучительно краснея», попросил ее подыграть ему. Руслан, обняв свою суженую, подтвердил ее рассказ, добавив, что он всеми силами пытался отговорить племянника от его безумной затеи, но «этот юный балбес был чертовски упрям». Ирина Генриховна и Сергей Алексеевич в голос заявили, что он всегда был таким. Тот день они все провели в мире и согласии, как настоящая семья, хотя Татьяна порой замечала тоскливые взгляды, которые бросала на Кирилла мать, взгляды, которые были так похожи на ее собственные.

- А о чем теперь задумалась ты? – вдруг прервал ее мысли голос Змея. Он поймал ее руку и поднес к своим губам.

- О том, какая же я все-таки дурочка, - повторила его слова Татьяна.

Кирилл вопросительно посмотрел на нее.

- Я была так зациклена на будущем, что едва не испортила настоящее. Только теперь я по-настоящему осознала, что в жизни нужно наслаждаться каждым днем. Боже мой, сколько времени я потеряла даром!

- Ничего, - утешил ее Змей. – Мы все наверстаем.

- О да, - согласилась девушка, потянув его к себе. – Обязательно наверстаем…

Сегодня Татьяна ночевала у Кирилла. В последнее время она частенько оставалась у него, перестав смущаться его родителей. Впрочем, и они, как и родители девушки, давно перестали обращать на это внимание. Таня практически жила у Любимовых, изредка появляясь дома, но каждый день она ходила на учебу, да и то только потому, что парень настоял на этом. Была бы ее воля, она вообще никуда бы не выходила. Близнецы давно уже дразнили влюбленных, вопя при виде них «тили-тили-тесто», да и мать Татьяны уже подумывала о том, что дело движется к свадьбе. Девушка не разочаровывала ее. Главное – что их с Кириллом оставили в покое.

Некоторое время спустя Змей попросил Татьяну принести ему водички.

- В горле пересохло, - объяснил он. – А вставать неохота.

- Лежебока! – заявила девушка и, накинув на себя рубашку Кирилла, ушла на кухню.

Едва она вышла, как парень глубоко и часто задышал. Его лоб покрылся испариной, и он откинулся на подушки, задыхаясь. С каждым днем ему становилось все труднее и труднее скрывать от Татьяны свое состояние. Его силы катастрофически быстро убывали. Первый раз его прихватило три дня назад, когда он возвращался домой после того, как проводил девушку на учебу. Каждый шаг давался ему все тяжелее и тяжелее, как будто к ногам привязали пудовые гири. Уже около самой двери квартиры Кирилл остановился, не в силах больше двигаться. Он весь покрылся холодным потом, его колени тряслись мелкой, противной дрожью, сердце заходилось в груди. Он упал у двери, пытаясь отдышаться. Таким его и обнаружил Руслан: мокрого, дрожащего, обессиленного. Он подхватил племянника на руки и внес в квартиру. Они ни словом не обмолвились об этом ни Татьяне, ни родителям Змея, не желая их тревожить. Но факт оставался фактом – время, отпущенное Кириллу, подходило к концу.

Сегодня он даже не смог встать с кровати. Невероятная слабость и усталость охватили парня, но он отчаянно им сопротивлялся, не подавая виду. Из последних сил он старался сделать так, чтобы никто ничего не заметил. К вечеру стало легче. Сейчас же Кирилл чувствовал себя почти нормально. «Скоро все пройдет, - уговаривал он сам себя. – Я просто устал. Немного отдохну, и все будет в порядке».

Отдышавшись, он действительно почувствовал себя намного лучше. Все, что его теперь тревожило, - это Татьяна. Рано или поздно она заметит, что с ним творится неладное, а Кирилл не хотел больше причинять ей боли. Больше всего на свете он хотел оградить ее от страданий. Но что будет, когда он умрет? Как она переживет это?

Парень сел в кровати и закрыл лицо руками. Раньше смерть казалась ему чем-то нереальным, хотя он и знал, что скоро умрет. Теперь же, когда призрак старухи с косой замаячил перед самыми его глазами, он испугался. Не за себя, нет, сам он смерти почему-то совсем не боялся. Он испугался за Татьяну. Если его предполагаемая измена повергла ее в такой шок, то что с ней будет, когда его не станет?

- Ваша вода, милорд!

Он поднял глаза на улыбающуюся Татьяну, и у той перехватило дыхание – столько любви было в его взгляде.

- Иди сюда, - хрипло сказал Кирилл, беря ее за руку.

Девушка поставила стакан на тумбочку и уселась к нему на колени. Змей взял ее лицо в свои ладони и вгляделся в ее глаза – такие прекрасные, родные, любимые.

- Таня, я люблю тебя, - произнес он. – Люблю тебя больше всего на свете. Я люблю тебя так, что этого просто не выразить словами. Если бы у нас все было по-другому, я был бы счастлив сделать тебе предложение, жениться на тебе, жить всю жизнь с тобой. Мне очень жаль, что я не могу дать тебе всего этого. Прости, что я не могу дать тебе то, чего ты заслуживаешь.