Танос. Титан-разрушитель (СИ) - Лига Барри - Страница 45

Но если судить по военным кораблям, которые мелькали на радарах дальнего действия... то этого, видимо, не случилось.

Новым «Санктуарием» назначили целый и невредимый военный корабль, который не поднимался в воздух при битве на Денегаре. Сидя в командирском кресле, Танос наконец чувствовал: у него есть все, что нужно для исполнения своей воли.

– Внимание, «Санктуарий», – раздался голос на частоте, открытой для связи. – Это корабль службы безопасности военно-морского флота Ее Величества Кат’Ар «Вершительница». Удалитесь, или мы откроем огонь.

Танос вздохнул. Другой сидел слева от него, Ча справа. Танос помахал рукой в воздухе, будто разгоняя неприятный запах.

– Убейте их, – сказал он, – а потом посмотрим, не согласится ли Ее Величество Кат’Ар обсудить кошмары, которые грозят ее народу.

Танос посмотрел на голограмму, которая показывала, как левиафаны выплыли из-за «Санктуария» и врезались в «Вершительницу». По большей части эти огромные существа состояли из живой плоти, а значит, не отражались на большинстве обычных датчиков. В космических битвах они, пожалуй, были самым совершенным невидимым оружием.

Левиафаны быстро лишили королевский корабль возможности действовать и теперь вспарывали его обшивку. В космос летели тела. Другие корабли королевского флота спешили им на помощь, но фотонные пушки «Санктуария» отгоняли их, задерживая до тех пор, пока левиафаны смогут вступить в новый бой.

– Слишком просто, – пробормотал Танос.

– Может быть, легкость нашей победы заставит королеву Кат’Ар нас послушать, – предположил Ча. – Воспринять твои слова всерьез.

– В этой ситуации мне нравится твой оптимизм, но, боюсь, он необоснован. Тот, кто начинает с демонстрации силы, вряд ли собирается слушать нас с открытым сердцем. Подготовь войска к зачистке планеты. – Танос поднялся со стула. – Я буду в своей каюте. Позови, если королева решит попросить меня о пощаде.

Королева вскоре действительно вышла на связь и попросила о пощаде. Танос объяснил, в чем его милосердие: убить половину ее подданных. И ее саму.

– Вы, должно быть, с ума сошли, – ответила голографическая проекция Таносу, который рассматривал правительницу с вялым спокойствием змеи под полуденным солнцем. На планете жил вид двуногих существ с характерным наростом на лбу, который начинался ниже линии волос и спускался почти до глаз. Это зрелище завораживало.

– Надеюсь, математика дается вам лучше, чем военное ремесло, Ваше Величество. Половина населения лучше, чем ничего.

– Мы не слабаки вроде Фенилопа. И не лоботрясы наподобие денегарцев. Всех нас вы не убьете, полководец Танос.

Он наклонился вперед. Этот нарост... Казалось, он живет собственной жизнью.

– Я и не хочу вас всех убивать, Ваше Величество. Но я не могу смириться с мыслью, что ваш мир продолжит страдать от безрассудного идиотизма. Сдайтесь и пожертвуйте половиной своего народа. Посчитать выгоду несложно.

– Не стоит нас недооценивать, – отрезала королева и отключила связь.

Танос вышел из своей каюты и направился по коридору к капитанскому мостику. Его ждали Другой и Ча.

– Вы ее слышали? – спросил Танос.

– Конечно, – ответил Ча.

– Начинайте штурм.

– Как прикажете, – откликнулся Другой.

Из зависшего на парковочной орбите Вишалаи «Санктуария» Танос смотрел, как к его грузовому кораблю, которому он дал новое название, «Милосердие», с поверхности планеты возвращается бесконечный рой шаттлов.

Он больше времени потратил на то, чтобы пополнить ряды армии читаури, чем на нападение и уничтожение обитателей Вишалаи.

В иллюминаторе отразился приближающийся со спины Ча.

– Три планеты, Ча. Три. Сколько времени мы потратили? Когда мы улетели с Титана?

Ча секунду подумал, а затем ответил. Его расчеты совпали с подсчетами Таноса.

– Почти год назад.

– Три планеты в год. С такой скоростью... – Танос покачал головой. – Слишком медленно. Нужно придумать способ быстрее найти все подобные миры и обратиться к ним разом. И подобрать более убедительные слова.

– Да. Постоянное кровопролитие... обессиливает.

– Обессиливает? – спросил Танос.

– Массовые убийства...– Ча пожал плечами. – Даже если они необходимы, они, без сомнения, тяжким грузом ложатся тебе на душу. По крайней мере, со мной так.

Танос искренне рассмеялся.

– Ложатся грузом на душу? Нет, Ча. Когда-то, возможно, я и решил, что убийство – простая необходимость, лучший из двух вариантов. Трезвый, прагматичный расчет. – Он задумался, а потом снова заговорил: – Это и сейчас так. Но знаешь, Ча, теперь я думаю, – Танос наклонился вперед, уперев руки в иллюминатор, – что убийство – это всеобщее благо. Убийство отделяет зерна от плевел. Убийство сокращает то, что, умножившись, создаст опасность. Убийство разрешает кризис. Так или иначе, неправильно сосредотачиваться на убийстве. Наша цель – не уничтожить половину, а спасти половину.

– Если убийство – это всеобщее благо... – медленно проговорил Ча, ожидая, что Танос его перебьет. Когда этого не произошло, он продолжил: – У всего в мире есть цель. Эти смерти не просто так. Просто пока мы этого не видим. – Он похлопал друга по плечу. – Нас ведет сама вселенная и ее всепоглощающее стремление к гармонии. И мы продолжим идти по верной дороге.

Таноса поразило услышанное.

– Спустя столько лет, после всего, что ты сделал и увидел... Ты все еще веришь, что есть путь к всеобщей гармонии. Невероятно.

– В глубине души, Танос... ты тоже в это веришь. Иначе зачем я тебе, как не затем, чтобы напоминать об этом?

Танос хмыкнул, его верхняя губа натянулась. Затем, не говоря больше ни слова, он покинул мостик.

ГЛАВА 33

ТАНОС знал, что у него благая цель, что он идет праведным путем, но при этом осознавал: у большинства не хватает силы ума и просвещенности, чтобы разделить ее. Он смирился с жизнью, полной непонимания, ненужного, грубого и ожесточенного сопротивления очевидным фактам.

И потому был приятно удивлен, что по мере того, как пугающая весть о нем неслась по миру, находились те, кто не только с ним соглашался, но и искал его после разрушения их собственного дома. Да, это были жалкие единицы среди миллиардов погибших, но Танос не ожидал, что хотя бы один из жителей планет прислушается к его словам.

Танос принимал этих одиночек и с помощью генетических разработок, проверенных на читаури, модифицировал их тела, наделял сверхсилами и ставил в авангард своей космической армии.

Они, в свою очередь, полюбили его как отца. Они даже назвались по-новому, чтобы выразить свое почтение. Взяли себе имена, порожденные бездной лихорадочных снов и мрачных знамений: Эбеновый Зоб, Корвус Глейв, Проксима Полночь, Кулл Обсидиан. Танос во имя своей воли отправил их во вселенную нести его страшную весть, искать другие миры и новые просторы, которые можно завоевать.

Они называли себя его детьми. Но все обстояло иначе. Они стали его инструментами, его оружием. Парами или группой, его приверженцы отправлялись в пустоту и возвещали, что грядет Танос, вели войска на планеты, безжалостно навязывали его волю.

А еще вдохновляли.

– Мы слишком старательно зачищали планеты, – сказал Танос однажды, когда они с Ча мчались среди планетных систем. Его приемные дети отправились на планету Зеоберей, которая как раз подходила для глобальных изменений по плану Таноса. – Если на планете найдется хоть один житель, который верит в нашу миссию, его стоит спасти и использовать в своих целях.

– Так что же... на этот раз массовых убийств не будет? – спросил Ча, слишком заметно воодушевившись.

– Наши нападения обеспечили нас ресурсами, которых хватит еще на сотню лет. Возможно, стоит попробовать установить равновесие в мировом масштабе.

Ча приподнял бровь.