Танос. Титан-разрушитель (СИ) - Лига Барри - Страница 42

Безумный титан долго уничтожал все, что осталось от его народа. В какой-то момент синтет, копия А’Ларса, медленно осел на пол и опрокинулся – так выглядела его механическая смерть.

– Вы могли выжить, – прошептал Танос. – Половина из вас могла выжить.

Слезы катились по его лицу и шипели, попадая в лужи жидкого азота.

– У меня с собой не было чудес, Кебби, – произнес Танос. – Зачем я вообще пытался?

ГЛАВА 29

СПУСТЯ несколько часов Танос сел в командный модуль и, пока летел до «Санктуария», успел вновь обрести самообладание. Казалось, события в убежище под Менторплексом случились много лет назад. Будто это была древняя легенда, которую ему рассказал тот, кто ее где-то вычитал.

Они умерли. Все умерли. Безумный титан остался один. Последний выживший сын мертвого мира.

Как только в стыковочном отсеке включилась внутренняя атмосфера, Ча поспешил к командному модулю.

– Шаттлы готовы. Жду отмашки.

Танос почувствовал к Ча некоторую жалость. Он не поймет. Никогда не поймет. Ча верил, что у всего есть цель, даже у страданий. Но Танос знал правду: никакой цели нет. Нет никакого глобального плана. Есть только удача и трагические совпадения.

И глупость. И высокомерие.

– Никто не выжил, – сказал ему Танос.

– Но сигнал...

– Автоматическая система. Выживших нет. – Танос прошел мимо Ча к шлюзу стыковочного блока «Санктуария».

– Но, Танос!.. – крикнул ему вслед Ча. – Что же нам тогда делать? Что теперь? Танос? Танос!

ДУША

Мы – сумма наших решении, не убеждений.

ГЛАВА 30

ДЕПРЕССИЯ часто порождает усталость и подавляет чувство голода.

Но на Таноса она подействовала с точностью до наоборот.

Он вернулся с поверхности Титана и с того самого дня испытывал сильнейшее чувство голода. Ча приносил ему подносы с горами свежей горячей еды из репликаторов корабля, и казалось, столько съесть невозможно, по крайней мере, без последствий для желудка. Но Танос расправлялся со всей этой пищей и просил добавки.

Он переоборудовал один из грузовых отсеков корабля в тренажерный зал и с таким рвением занимался, будто пот и физические упражнения могли воскресить мертвых. Закончив с едой, он нагружал тело до предела и даже больше, а затем снова брался за пищу.

«Санктуарий» плыл по орбите Титана недели и месяцы, а Танос сквозь горе и ярость накачивал мышцы. Ча мало с ним говорил, потому что в этом не было смысла. Танос не отвечал.

Точнее, ответил только раз. Один раз. Ча осмелился сказать ему, что не стоит думать о себе лишь через призму гибели Титана, что его жизнь может наполниться новым смыслом и...

Танос повернулся и посмотрел на Ча тяжелым взглядом.

– Хватит.

Одно слово. Два слога. Этого было достаточно. Ча больше с ним не заговаривал.

Срок аренды судна истек. Ча перехватывал вызовы от хозяина корабля, надеясь, что рано или поздно Танос придет в себя – лучше бы рано. Он подумывал о том, чтобы самому отвести корабль в обитаемый космос. Но зачем? Чтобы их обоих арестовали и бросили в долговую тюрьму на задворках галактики?

Ча верил в Таноса, потому что был убежден: у каждого, как и у него, во вселенной есть собственное место. Что все не случайно, не из-за простого совпадения. И если его место – рядом с Таносом, то миссия титана нужна и верна.

Но что теперь? Когда миссия обратилась в ничто? Может, это конец? Неужели их с Таносом путь уперся в тупик?

Или – Ча подозревал об этом, но не говорил другу, – у вселенной на них более грандиозные планы? И тогда гибель Титана – это несчастье, которое приведет к более значительной победе.

Звонки владельца «Санктуария» раздавались все чаще – его терпение кончалось. Когда он требовал выйти на связь, Ча уже не трудился отвечать. Таносу ничем не поможет шквал ярости от гневного кри, да и самому Ча это было не надо.

Наконец Танос решил выйти из импровизированного тренажерного зала. Он подошел к мостику, откуда Ча бесстрастно смотрел, как под ними вращается Титан, могила целого народа, обернутая в оранжевую дымку. Этот кошмар было сложно представить.

– Ча, – впервые за несколько месяцев обратился Танос к другу.

– Да?

– Выкинь в космос все, что в правом грузовом отсеке. Потом проложим новый маршрут.

Ча моргнул. Последние месяцы Танос провел как раз в правом грузовом отсеке.

– Выкинуть..?

Танос пожал плечами и сел в командирское кресло.

– Мне все там отвратительно. И ничего нужного нет. Сбрось все в космос.

Ча пожал плечами и ввел команду на панели управления. Шлюз по правому борту судна открылся, и все, что там было, –: остатки еды, пропотевшая одежда и тренажеры – исчезло в темном пространстве космоса.

– Куда направимся?.– поинтересовался он.

Заняв место штурмана, Танос тем не менее не собирался вводить координаты, поэтому Ча нажал на кнопку, и перед ним загорелась голографическая звездная карта.

– Обратно к читаури.

– Но владелец корабля...

– Владелец корабля – я, – перебил его Танос. – А если его предыдущий хозяин хочет поспорить, пусть разбирается с армией читаури.

– То есть... теперь мы воры?

Танос посмотрел на Ча без гнева и раздражения. Он смерил друга взглядом, в котором сквозила теплота.

– Мне нужен этот корабль. У меня на него более важные планы, чем перевозка фруктов и запчастей.

– Да? Перевозить армию?

– Нет, Ча. Мы везем на борту две важные для тебя вещи: надежду и спасение.

На планете Читаури они собрали две эскадрильи вооруженных бронированных воинов; то же сделал и Другой. Затем Танос повелел Ча взять курс на планету Фенилоп XI в трех световых часах от ворот при Цети Бета.

– Почему туда? – спросил Ча.

– Я изучил эту планету, – ответил Танос. – Там такая же динамика экологической обстановки и развития демографической ситуации, как на Титане. Мы спасем их от самих себя, Ча. Ты был прав. Гибель Титана – это не конец моей миссии. Но и я не ошибся: чтобы спасти местных жителей, половину придется убить. Теперь у меня все получится. У меня есть доказательства: бедствие на моей планете. На этот раз мы добьемся своего.

Помня о неудаче, которая постигла их на заставе Асгарда, Танос остался на борту «Санктуария» и направил Другого в качестве посланника к королю Фени- лопа XI.

На самом деле называть местного правителя королем было не совсем верно. Престол не наследовался, монарха избирали на срок в тридцать местных лет. Но все это время он или она занимали место верховного правителя, которому помогал, но не подчинялся законодательный орган. В отличие от ни на что не годной демократии Титана, эта форма правления работала просто: убеди одного человека, и твоя воля станет законом.

Другого снабдили микрофоном и передатчиком, чтобы с корабля следить за ходом переговоров.

Жители Фенилопа XI были рослыми почти до неприличия – в среднем около двух с половиной метров. При этом они отличались худощавым телосложением, внешней хрупкостью и серебристой, искрящейся даже под слабым освещением кожей. Другой никогда так сильно не напоминал насекомое, как в тот момент, когда подходил к престолу Его Величества Лоруфа I.

– Ваше Величество, – проговорил Другой, когда его подвели к королю, – для меня честь говорить с вами от имени моего господина Таноса.

– Я о нем никогда не слышал, – ответил король. –- Какой мир он называет своим домом?

– Никакой, Ваше Величество. Он бродяга, лишенный дома. Его народ и планета погибли от тех же несчастий, что поразили и ваш благословенный мир. Вы слышали о Титане?

Советник наклонился, чтобы что-то шепнуть королю на ухо, но Его Величество оттолкнул подданного.