Танос. Титан-разрушитель (СИ) - Лига Барри - Страница 24

– Там. Их. Десять, – сквозь зубы прорычал Танос. – А то и больше.

– Пара. Десять. А на борту сотни. Сам подумай!

Танос проигнорировал команду капитана. Он глубоко вдохнул, разбежался и...

... защитная дверь опустилась, едва не придавив его. Танос еле успел затормозить и повернуться, чтобы врезаться в нее боком, а не лицом.

В тот же момент завопил Ча Райгор. Танос обернулся, ощущая пульсирующую в плече боль, и увидел, что дверь опустилась прямо на голову Ворма. Его череп от переносицы до макушки раздробило на мелкие осколки. По нижней части защитной двери веером расходилось пятно крови и фрагментов мозга.

– Ах! – воскликнул Его Светлость. – Дистанционный выключатель. Чудесно.

Экран снова погас, не дав Таносу времени ничего ни сделать, ни сказать.

Ча трясло. От ярости. От страдания. От шока. Танос не мог понять, от чего именно, он плохо считывал эмоции. Но знал, что Ча нужен жест дружбы, утешение.

Он сделал все, на что был способен: положил ему руку на плечо.

Этого хватило. Слезы хлынули из глаз Ча, он рухнул на Таноса, крепко сжимая его руку, будто спасательный круг.

– Он бы выжил, – всхлипывал бортовой целитель. – Он бы поправился!

Танос без выражения смотрел на защитную дверь. Все эти годы она пряталась внутри корабля, не подвергаясь никакому внешнему воздействию, и хорошо сохранилась – прочная, целая, не тронутая ничем, если не считать узора из крови Ворма.

И вдруг Таноса осенило. Он понял.

Он не мог придумать план и сбежать с корабля. Ради блага всего живого на борту «Золотой каюты» Его Светлость должен был умереть.

ГЛАВА 18

В ТОТ же день Танос решил обязательно найти Кебби. Во время ужина, как ему показалось, она едва терпела Его Светлость, в отличие от подхалима Роббо. Возможно, она расскажет куда больше.

Кебби снова прятала нижнюю половину лица под платком, скрывая под ним и свои эмоции. Но когда Танос попросил ее о разговоре наедине, девушка так значительно подняла брови, что он не мог этого не заметить.

Они зашли в небольшую кабинку для спасательных капсул, которых больше не было на борту. Как узнал Танос, на них сто лет назад от безумия Его Светлости сбежал предыдущий экипаж.

– Так значит, ты презираешь Его Светлость и думаешь устроить мятеж? – спросила Кебби, не дав Таносу заговорить.

Танос хотел начать отпираться. Он хмыкнул и издал короткий смешок.

– Да брось, Танос с Титана, – сказала она. – Ты тут недавно. Все новички хотят свергнуть Его Светлость и скорее убраться подальше от этой смертельной ловушки. Ты пробыл здесь совсем недолго, Роббо не успел сломить твой дух, разум пока еще верно тебе служит. Естественно, ты решил заручиться моей помощью, свергнуть этого старика и направить корабль по разумному маршруту в какое-нибудь спокойное место.

Танос рассчитывал медленно и искусно прощупывать настроения Кебби и раскрыть свои планы только тогда и в том случае, если окажется, что она с ним согласна и ей можно доверять.

И вот чем это закончилось.

– Как можно снять ошейник? – быстро спросил он. – Если мы от них избавимся, сможем одолеть Его Светлость и захватить корабль.

Она моргнула и нервно заозиралась.

– Зачем тебе его снимать?

– Из-за жал психической энергии. Или, может быть, ты знаешь, как заполучить устройство их контроля, которое у Роббо?

Кебби покачала головой.

– Ах, вот что. Ты ведь не понял, да? Ты подумал... Психическая энергия не имеет никакого отношения к ошейникам. Это сам Роббо. Это его особая сила. Он умеет проецировать психическую энергию. Ошейники – это что-то вроде условного обозначения. Вообще это прихоть Его Светлости. Они напоминают ему о доме.

Онемевшими пальцами Танос ощупал металлический обод на шее. Он все время думал, что ошейник – это оружие. А оказывается, всего лишь странный аксессуар.

Значит, вся проблема в Роббо.

– Почему он так предан Его Светлости? – спросил Танос. – Он ведь, как и мы, узник этого корабля.

– Некоторые ведут, – пожала плечами Кебби. – Некоторые хотят, чтобы их вели. Он ощущает себя частью чего-то большего.

– Безумие какое-то.

– Я и не говорила, что это нормально.

Танос сдвинул брови.

– Но Роббо один, а нас много. Он не сможет поражать всплесками энергии всех сразу. Так почему...

– Почему мы не набросились на него, не убили, затем не убили Его Светлость и не захватили контроль над кораблем?

Танос сформулировал бы этот вопрос не так прямо и жестко, но озвученный вариант был самым честным.

– Да.

Она покачала головой.

– Потому что это бессмысленно. Его Светлость нужен нам живым.

– Зачем?

– Слышал когда-нибудь о симпатическом круговращении?

Танос признался:

– Я не знаток космических путешествий.

– Все просто, – начала объяснять Кебби. – Корабль на квантовом уровне связан с сердцем Его Светлости. Остановится сердце – двигатели разгонятся выше своих мощностей, взорвут корабль и убьют всех, кто на борту. – Она на секунду задумалась. – Ну, кто-то, может, и выживет, но их сразу убьет декомпрессией, так что нет особого смысла переживать взрыв, правда ведь? Если ты думаешь, что разлом спицы – серьезная авария... представь, что будет при взрыве.

Танос покачнулся на пятках. Здоровье Его Светлости оставляло желать лучшего – ежедневно он кашлял, и выходящей мокроты набиралось на целую кружку. Те же, кого он захватил в рабство, казалось, очень заботились о том, чтобы их похититель был жив и здоров. Танос вспомнил, как все бегают на каждый кашель и чих, который вырывается из ноздрей Его Светлости. О существах, которые собирали его мокроту. Наверняка для медицинских тестов.

Теперь он узнал, зачем все это. Смерть Его Светлости означала гибель тех, кто находился на борту «Золотой каюты».

– У нас нет выхода, – сказала Кебби. – Этот корабль – самая совершенная тюрьма во вселенной, договор о самоубийстве, воплощенный в металле и блуждающий по галактике, пока не умрет капитан, а с ним и все мы, или пока не развалится сам корабль.

– После чего мы все тоже умрем, – добавил Танос.

– Да. Все, что мы можем, это растягивать наши дни и надеяться на чудо.

Кебби впервые сняла платок, и Танос увидел нижнюю часть ее лица – массивную низко опущенную пасть рептилии с двойным рядом из сотни острых зубов, а между челюстей – раздвоенный язык.

– У тебя в запасе есть какие-нибудь чудеса, Танос с Титана? – спросила она. – Если нет, то не о чем и думать.

Всю ночь Танос не мог уснуть. Отчасти потому, что нужно было обдумать новую информацию, которой снабдила его Кебби, но главное – он боялся, что повторится тот же сон.

Вертясь с боку на бок, он то так, то сяк поворачивал в уме все, что выяснил. Здоровье Его Светлости. Симпатическое круговращение. Психическая энергия, ошейники и мертвая планета Килиан. Она напомнила ему о Титане и его неизбежной судьбе, ради изменения которой он сделает все что угодно...

И сила. Она, таинственная сила, чем бы она ни была. Казалось, Его Светлость в нее верит, но Его Светлость Давно слетел с катушек.

И все-таки даже безумец иногда оказывается прав. Иногда.

Танос закрыл глаза. Он помнил и время от времени, закрывая глаза, видел, как его мать в лечебнице кричит: «Ты – сама смерть! Смерть! Смерть!»

Во сне ему снова явилась женщина, но на этот раз она гнила у него на глазах. Щеки впали и пожелтели, плоть высыхала.

«Гвинт! – позвал он во сне. – Гвинт!»

Но Гвинт только повторяла одни и те же слова, а потом осыпалась к его ногам грудой костей и иссохшей плоти.

ГЛАВА 19

ТАНОС проснулся с новым планом.

Он приятно удивился, поняв, что составленная схема вселяет в него надежду. Лежа в постели, он и так, и этак вертел план в голове, оценивая вероятности, меняя переменные. Это сработает, радостно заключил Танос.