Сорок апрельских дней (СИ) - Савенков Сергей - Страница 82

Хх-р-р, Хх-р-р…

Снег. Холод.

Всюду… Снаружи. Внутри.

Лёд.

Идёт шестая неделя.

Без девчонок.

И будет седьмая… Из-за грабежа в «Aeon» полиция на ушах. Им не сказали, что похитили реверс-процессор — корпоративные боссы сами себя не подставят. Иначе, планета была бы в кольце карантина. Пропажу бы непременно нашли.

Хх-р-р, Хх-р-р…

Дурацкие улицы кончились… Кончились дурацкие люди.

Тут дышится легче…

Купить бы планету… Без них, без людей…

Планету Девчонок.

Хх-р-р, Хх-р-р…

Мимо климатической станции. Буран и молнии за силовыми полями.

Хх-р-р, Хх-р-р…

Кто?! Это кто?! Девчонка?!

Девчонка и здоровенный пёс, ей по пояс! Разумеется, геноморф.

Ни шапки на голове, ни мерцания защищающего от мороза переменного поля — только лёгкое красное платье.

Наваждение? Я не в себе от жажды?

Нет! Я никогда не сомневался в своём душевном здоровье.

Но, что это за холодоустойчивая девчонка? Что делает здесь? Идёт, как ни в чём ни бывало! Думает, псина её защитит?

Хотя, защитит от кого? Диэлли безопасна.

И всё же, что делать девчонке за городом? Одной! Поздним вечером, практически ночью!

Я не смогу жить, если этого не узнаю.

К счастью, нам по пути. Разумеется, с такими девчонками мне всегда по пути, но сегодня я ограничен во времени.

Нет! Зараза! Она сворачивает на дорогу к резервному астропорту.

Что теперь? Из-за странной девчонки сорвать операцию? Допустить, чтобы контейнер доставили на Негалис? Из сверхзащищённого ЦХЛ его не достать! Идиоты искренне верят, что их никчёмные личности представляют великую ценность!

А если контейнеры вскроют и найдут вместо нейросканера кучу аппаратуры для взлома сетей — появится масса вопросов. Выйдут на Гадеса.

Такой вариант неприемлем.

С другой стороны, есть почти полчаса. Успею. Но, нужно контролировать время…

Ненавистное время! Единственный настоящий враг. Но нет, я не отдам ему эту девчонку! Она останется такой как сейчас навсегда!

Мы вдвоём, как случалось не раз. С Любовью наедине, на пустой планете.

Всегда… Она всегда ускользает! Быть может, сейчас…

Плыву сквозь метель за пятнами — красным и чёрным…

Заброшенная линия маглева. Осталась ещё с тех времён, когда здесь был научный центр. Ветер поёт свою песнь, зацепившись за ржавые фермы.

Щурю глаза… Конструкции оплавленные и покорёженные.

Душу переполняет гордость за качественно сделанную работу…

Да, я — писатель! Но не из тех мудаков, что пишут романы.

Нет, я пишу саму жизнь!

Снег блестит в свете лун, будто разлили платину.

Но слишком темно, а Магия Встречи требует Свет.

Любовь совсем рядом. Слышно дыхание пса и как снег хрустит под красными туфельками. Она тоже ломает снежинки. Тоже! Как я!

И всё-таки, как же она далека! Словно в параллельной вселенной. Между нами невидимая стена, и её нужно срочно разбить! Прикоснуться, вкусить, ощутить и понять!

Понять, что такое Любовь…

Но, нужен Свет — тьма мне не союзник…

Кажется, девочка вовсе меня не боится. Не оглядываясь, идёт сквозь метель.

Я, глядя на пар, вырывающийся из пасти чёрного зверя, изо всех сил стараюсь стать ей — проникнуть в тело, голову, душу. А нейросхемы в моей голове подбирают пароль к собачьему чипу.

Мы движемся дальше, шаг в шаг, в полумраке.

В поиске Света. В поиске Единения.

Я отрываю взгляд от хрупкой фигурки. Смотрю вниз, на свои ноги.

По белому снегу шагают красные туфельки…

Снег взрывается искрами, будто тысячи звёзд. И мягкое, обволакивающее тело сияние. Свет течёт по лицу и рукам, а после — тает в пространстве.

Свет!

Прожектор, закреплённый на одной из опор.

Значит, сейчас!

«Активировать схемы контроля собаки».

Пёс дёргается, падает в снег и скулит.

Вспоминается Мэйби…

Любовь замирает… Удивлённо таращится на собаку… Потом, на меня…

Не торопясь, подхожу. Кладу руку ей на плечо. Заглядываю в синие, как небо, глаза.

Запах. Он заполняет всё.

Нет больше Вселенной, нет меня, и нет никого… Есть только запах этой девчонки… Приторно-сладкий запах подростка…

Ударяю ножом в живот. Неодолимая сила тянет меня в небеса, на земле держит только рука, сжавшая рукоятку.

Конечно, я разжимаю пальцы…

Падаю… Падаю вверх, растворяясь в пустом и чистом пространстве…

Она прижимает обе руки к животу, из которого торчит нож. Хлопает густыми ресницами. Медленно опускается на колени. Губы шевелятся, точно она хочет мне что-то сказать. По красному платью стекает густая белая жидкость.

Эмульсия!

Сука! Мёртвая сука! Андроид!

Не-любовь, только лишь вещь. Вещь для развлечений.

Вещь, в которой смоделирован каждый нюанс — страсть, боль, трепет и запах…

Проклятая Диэлли! Забавы элиты!

Вытаскиваю нож из её живота и пинаю ногой в лицо. Она падает навзничь, я вспарываю одежду.

Да, так и есть! Всё при ней!

Кукла! Кукла для развлечений!

От мутной эмульсии идёт пар, тает снег. Девочка бьётся в конвульсиях, слюна течёт изо рта.

Как же я не заметил в сети её чип? Неужто, я всё-таки сбрендил, на этой стерильной планете?

Захлёстывает отчаяние, мгновенно переходящее в ярость.

Рычу и падаю на корчащуюся от боли собаку. Нож входит ей в шею. Кровь брызжет в глаза — и все застилает красная пелена…

Ошмётки, которые были недавно собакой, раскиданы по дороге. Я с ног до головы перемазан в крови.

В голове звучит голос Мэйби:

— Фиест! Что случилось?.. Они проехали! Где ты?

Всё! Мы упустили контейнеры.

Снежинки опускаются с чёрного небосвода и тают в багровых лужах.

Время… Признаю, победа в этом раунде — за тобой.

Глава 25. Слияние

Кир открыл глаза. Часов у него не было. Но почему-то, он точно знал: наступил новый день.

Фонарь работал, и это радовало. Но, что-то было не так…

Олень!

Кир похлопал себя по груди… Амулет пропал, вместе со странной цепочкой.

Шея затекла, и болело всё тело. Кир попробовал встать. Не смог — нога так затекла, что он её больше не чувствовал. Он лёг на живот и стал ждать, пока онемение пройдёт.

«Но толку с того! Всё равно я не представляю, куда мне идти».

Как только Кир это подумал, он понял, что ошибается. Теперь он знал дорогу назад — знание пришло ночью, во сне. От радости он заорал и захлопал по полу ладонями — и тут же умолк, испугавшись, что от эмоций и шума, что-то забудет.

Осторожно поднявшись, он двинулся по коридору — неспешно и осмотрительно…

Но не удержался и пустился бегом.

Змей обследовал степь, полетал среди калек-ветряков и побарражировал над городскими кварталами. Зверей нигде не было.

«Всё из-за взрывов на Станции!»

Ситуация становилась критической, ведь для полёта нужны были силы. И очень хотелось пить.

Издав короткий отчаянный рык, он взял курс на покрытые снежными шапками восточные горы — там, по крайней мере, найдётся вода.

Едва проснувшись, Эйприл решила: она больше трусить не будет.

С неё достаточно! Хватит!

Если боятся, мир всегда будет принадлежать таким, как Фиест. Безмозглым одноклассникам, бессовестным политикам, безжалостным военным и беспринципным жадным учёным.

Она встала и сразу направилась к столь напугавшему её нейросканеру. Открыв дверь, без колебаний зашла внутрь. Подошла к телу на ложементе, наклонилась и стала внимательно его изучать…

Такая же прозрачная от времени ткань. Ввалившиеся в глазницы задубевшая тёмно-коричневая кожа. Остатки волос.