Стальной Аид (СИ) - Соболев Сергей - Страница 33

— Ура! Добрый месье меня понимает! Я так скучал один! Так давно не говорил ни с кем по душам!

— Тише, — с некоторым сомнением я все же опустил винтовку. Расслабляться не стоило, но этот робот невольно вызывал симпатию, — Мне некогда разговаривать по душам. Ты можешь мне помочь?

— Конечно, месье, конечно! Что только пожелаете!

В спешке мы вытащили Тоби из кузова и погрузили на какую-то небольшую изящную каталку, которую услужливо притащил робот. Он был, очевидно, гораздо легче и слабее, чем Тоби, так что я счел за лучшее помочь ему, чтобы ускорить процесс. Золотистые изгибы орнамента на белом фоне поблескивали в свете моего фонарика — на стенах и на мебели и на теле робота, который без остановки болтал:

— Ах, месье, если бы вы знали, как я рад вас видеть! О, а что случилось с механическим месье? Надеюсь, он поправится! Я так скучал один, если бы вы знали!

Я почти не слушал его — все мои мысли были только о том, успел ли я? Сможет ли Тоби включиться таким же, каким был?

— А теперь покажи мне, где ты заряжаешься.

— Но…

— Быстрее!

— Хорошо, месье, хорошо, конечно! — засуетился робот.

Всего пара сотен метров по роскошно украшенным коридорам — и мы оказались в темной комнате, по которой, словно продолжение орнамента, вились провода. Мы усадили безжизненного Тоби в золотистое кресло. Я почувствовал внезапную легкость. Успели! Мы успели! Все получилось сделать даже быстрее, чем за три часа! Однако секунда за секундой, время проходило, но я не видел, чтобы хоть что-то изменилось.

— Все так и должно быть? — я вопросительно глянул на робота. — В смысле, так и должно быть — никаких лампочек, никаких звуков — просто кресло — и все?

— В каком смысле, месье? — робот наклонил голову на бок.

— Он же заряжается?

— Нет, месье, что вы! Мое место зарядки не работает. Источник энергии отключен.

Я почувствовал, как сердце ухнуло куда-то вниз.

— Болван! Что же ты молчал?!

— Я пытался сказать, месье…

— Хоть где-то здесь он может зарядиться?

— Увы, нет, месье, — робот печально покачал головой.

Мои колени вдруг стали ватными.

— Покажи мне источник, — проговорил я, чувствуя, как горло стало в один миг сухим.

Робот услужливо открыл люк в противоположной стене и я заглянул внутрь. Источник этой станции — куда меньше, чем на родной станции Тоби — был полностью уничтожен. Кто-то разбил главный стержень вдребезги. Здесь же лежали истлевшие кости, и рядом — обломок металлической трубы, как нечто инородное на этой изукрашенной станции.

— Мой покойный хозяин — как я скучаю по нему! — разбил источник. — робот грустно покачал головой, — Он боялся совсем утратить человеческий облик, и я ничего не мог сделать… И вот, в одно из просветлений… — робот тяжело вздохнул.

Я обессиленно прислонился к стене. Вот оно. Все потеряно. Я все потерял. Тоби не восстановится. Я растранжирил все, и жертва Тоби оказалась бессмысленной. Из-за меня. Я повернулся к роботу, цепляясь за последнюю, угасающую надежду:

— Может быть, есть какая-то батарея, накопитель?

Робот покачал головой.

— Но ты же как-то заряжаешься?

— Нет, месье. Я был выключен все это время, с тех пор, как мой хозяин… — робот печально вздохнул. — Но не беспокойтесь, я полностью заряжен. Моей батареи надолго хватит, и я могу служить вам, месье! Мне нужно только чуть-чуть общения, — робот остановился, прижав руки к груди.

Я пристально посмотрел на него. Потом оглянулся на сидящего в кресле безжизненного Тоби.

— Ты можешь мне послужить. Заряди моего друга.

— Это невозможно, месье, — он снова печально покачал головой.

— Возможно. Заряди его от себя.

Робот на секунду замер, а потом сделал шаг назад.

— Мне не хотелось бы этого делать, месье. Ведь тогда я сам перестану существовать.

Я сглотнул. Передвинул винтовку вперед и перевел регулятор огня на минимум.

— Это не просьба.

Робот поднял руки ладонями вперед, будто пытаясь остановить меня.

— Вы же добрый месье, вы же не будете обижать бедного робота? — он еще отступил.

Я молча поднял винтовку. Робот издал короткий вскрик, повернулся, и бросился бежать.

Я нажал на спуск, и коридор, в который бросился робот, озарился яркой вспышкой. Его нога подломилась и он упал на пол. Словно во сне, я направился к упавшему роботу, который возился на полу, что-то лопоча.

Глава 26

С того момента, как робот, наконец, затих, прошла, как мне показалось, целая вечность, когда, наконец, Тоби шевельнулся и открыл глаза. Я встрепенулся.

— Ты что-нибудь помнишь? Как меня зовут?

— Саймон? Как… — он поднял голову и начал удивленно оглядываться.

Я закрыл лицо руками. Тоби жив! Настоящий Тоби, Тоби-личность. Я провел руками по лицу и посмотрел на друга. Однако, ощущение, будто мое сердце сжато, словно бы тисками, никуда не делось. Я посмотрел на затихшего робота, лежащего рядом, на полу, и отвернулся.

— С тобой все в порядке? Выглядишь, как будто… — Тоби проследил взглядом, куда тянутся провода от его шеи и груди и осекся.

Я поднялся на ноги и побрел к разбитому источнику. Предыдущие полтора часа были, наверное, самыми долгими в моей жизни. Робот все просил его пощадить, отпустить, называл меня добрым месье, пока не затих окончательно, оставив в воздухе только тягучую тишину.

Я подошел к истлевшему трупу в углу и присел рядом. На нем даже сохранились ветхие остатки одежды, похоже, это было что-то роскошное, вроде бархатного камзола с кружевами. От одного лишь дуновения одежда рассыпалась в пыль на ветхих костях. Сколько лет назад умер хозяин этого места? Был ли он таким же добрым месье, как я? Да нет, куда уж добрее…

— Может быть, я смогу починить его.

Я обернулся. Тоби стоял на входе в источник.

— Возьмем его с собой, я немного поработаю над ним, возможно, удастся зарядить его на Персефоне… — Тоби сделал неопределенный жест.

Я поднялся на ноги и кивнул.

Молча мы погрузили покалеченного робота в лодку, и отправились наскоро обыскать станцию в поисках чего-либо полезного.

Теперь, когда все уже закончилось, я мог более внимательно осмотреть это странное жилище. Станция была совсем небольшая, крошечная, если сравнивать с родной станцией Тоби или, тем более, с Аидом. И все же в каком-то смысле Аид рядом с ней выглядел бедно. В свете фонарика поблескивала позолота, сиял полированный белоснежный мрамор, перламутр, шелк, какое-то необычное темное дерево… Такую прихотливую отделку я мог увидеть разве что в игре. Однако, среди всей этой роскоши мы не нашли практически ничего полезного: системы хранения и выдачи были обесточены, так что все, чем можно было бы пополнить припасы, давно истлело. В свете дня, пробивавшемся сквозь припорошенные пылью выпуклые стекла, убранство купола выглядело особенно величественно. Но под высоким стеклянным сводом, у подножия белых мраморных колонн, царил невообразимый беспорядок. Казалось, будто среди всей этой роскоши жило какое-то животное, или, по крайней мере, вконец опустившийся человек.

— Здесь ничего нет, — сказал Тоби, наскоро осмотрев просторную залу под куполом.

Напоследок я прихватил планшет с небольшого столика у входа — мой собственный уже дышал на ладан, и ему не помешала бы замена.

В молчании вы выехали из этого странного дворца и поплыли вперед, в сторону Персефоны. За моей спиной безжизненно покачивал головой причудливый робот. Я отвел глаза и уткнулся в планшет. На удивление, на нем было совсем немного информации, а в списке последних открывавшихся файлов значилась только одна папка «Наблюдение». Это было единственное, что открывал хозяин станции последние несколько месяцев своей жизни. Я открыл папку, и передо мной поплыли ряды однотипных фотографий — с каждой на меня смотрело лицо — несколько надменное, с правильными чертами. Определенно, это и был хозяин станции. Хозяин станции фотографировался раз в год. Фотографий было очень много. Я бы даже сказал, слишком много — почти под двести. И везде — почти не стареющее лицо. Я прокрутил иконки-превью вниз и вернулся к началу списка.