Восстание (ЛП) - Нильсон (Нельсон) Микки - Страница 25

Он посмотрел на монитор, где показывалась картинка из одной из комнат управления в тренировочной зоне. Он увидел мужчину в форме Конфедерации, стоявшего у компьютерного терминала. Человек смотрел на монитор и говорил. Сомо начал нажимать разные кнопки под монитором, пытаясь поменять картинку. Монитор показывал то грузовой шлюз, то внутренние коридоры, а затем… пустую комнату цилиндрической формы, где, к своему удивлению, Сомо увидел Сару. Она была прижата к полу. Он увидел, как её рука медленно движется, значит, Сара жива, понял он.

Перед Сомо встал очень непростой выбор: помочь Саре или помочь остальным. Подпись на мониторе гласила, что сейчас Сара находится в секторе G-7. Он в отчаянии посмотрел туда, где показывалась зона отдыха. Экран внизу показывал карту всего помещения. На мониторе повстанцы сбились в кучу у двери, которую, по всей видимости, не могли открыть. Сомо посмотрел на экран компьютера и начал нажимать на клавиши, пока дверь в конце комнаты не осветилась и продолжил нажимать, пока цвет не сменился с белого на зеленый. Он увидел, как дверь открылась и повстанцы исчезли за ней. Удовлетворенный тем, что сделал всё возможное, он отбросил мысль прилечь и уснуть и отправился на поиски Сары.

Чудесным образом, дверь позади Фореста и оставшихся повстанцев открылась сама по себе. Не рассуждая о причинах этого явления, старик крикнул остальным и вывалился в коридор.

«По крайней мере, теперь они смогут пройти не больше, чем по двое — думал он. — И только в одном направлении».

Двое повстанцев, стоявших у двери, упали. Люди, что шли впереди Фореста, начали отступать. Группа дошла до поворота коридора, ведущего в другой длинный тоннель. Ещё двое упали, прежде чем они повернули.

Рядом с Форестом остались только двое. Коридор оканчивался тупиком с закрытой дверью. Дверь была помечена знаком опасности, но это значило, что её, в конце концов, не требовалось открывать картой. Они подошли к ней, дверь автоматически открылась. Послышался выстрел и один из бойцов упал.

Форест укрылся за огромной канистрой. Оглядевшись, он понял, что находится в реакторном отсеке Академии. Последний боец дернулся и завалился на бок, едва войдя в дверь. Форест вжался в канистру, понимая, что Призрак не станет в него стрелять, рискуя взорвать всех.

Старик приготовился к обороне в одиночку, Призраки вокруг него сняли маскировку.

Сара почувствовала, что сила притяжения слегка ослабла, позволив ей дышать.

Голос майора, полный ярости, продолжил:

— Я знаю только одну пропавшую без вести женщину-Призрака, которая обладает возможностями провернуть трюк, подобный этому. Я знаю, что это ты, Сара. Я ослабил немного тягу, повернись и покажи себя.

Сара понимала, что находится в отчаянном положении, но последнее, чего бы она хотела, так это доставить этому человеческому отбросу видеть её лицо.

— Я помню тебя ещё маленькой девочкой. Помню, сколько хлопот ты мне доставила. В то время нейронная ресоциализация не была введена повсеместно и я с нетерпением ждал, когда это произойдёт. Но ты, в конце концов, не оставила мне выбора. Помню твоего отца…

Сара искренне захотела, чтобы майор оказался с ней в одной комнате. Даже если бы она не могла нанести ему физический вред, она смогла бы проникнуть в его разум и…

— Но это случилось не по моей вине. Твой отец умер сам, Конфедерации не понадобилось в этом участвовать. Я делал для тебя всё, что мог, и я делал, но, в конце концов, ты получила то, что заслужила. Итак, покажи же мне своё лицо, пока не пришли мои люди не взяли тебя в оборот.

Сара отчаянно пыталась ползти, но не получалось. Она была обездвижена. Ей оставалось только ждать.

Сомо продолжал двигаться с той целеустремленностью, на которую был способен только умирающий. Даже с почти недвижимой правой ногой он добрался до лифта и отправился на уровень G.

Оказавшись на уровне G-7, он увидел прозрачную дверь, за которой виднелась комната управления с маленьким круглым окном. В этом окне появилась голова конфедератского офицера. Сомо поднял оружие. Офицер торопливо нажал несколько кнопок и скрылся из виду, когда Сомо начал стрелять.

Стекло дверей рассыпалось. Сомо двинулся вперед. Он вошёл в помещение, в котором в полу был виден какой-то люк. Он прошёл дальше, направил оружие на рубку и выпустил длинную очередь.

Он посмотрел на противоположную сторону комнаты и увидел какие-то поручни, которые вели в пропасть. Он подошёл к краю, где заметил приставленную лестницу и по ней направился вниз.

Форест смотрел, как пятеро Призраков снимают маскировку. Его окружили, встав полукругом и направив штурмовые винтовки ему в грудь. Они начали приближаться.

Старик сорвал с разгрузки две осколочные гранаты. Призраки замерли, затем медленно начали пятиться.

Форест злорадно улыбнулся, глядя на солдат, затем кивнул. Он увидел в них осознание того, что он собирается с ними сделать. Осознание и страх. Этого было достаточно.

— Моя матушка, да примет она меня с распростёртыми объятиями, любила повторять: «Незачем жить, если не за что умереть».

Форест выдернул из гранат предохранительные скобы и, прежде чем Призраки смогли его остановить, выпустил гранаты из рук.

Сара почувствовала, как тяжесть, давившая на неё, просто испарилась. Она слышала беглый автоматный огонь. Медленно поднимаясь на колени, она посмотрела вперед. Двери на верху камеры были закрыты. Она встряхнула головой, пытаясь восстановить силы. Подъём на ноги дался ей с трудом.

Какое-то время она ждала. Затем страшный грохот сотряс всё здание. Ей казалось, он шёл откуда-то сверху. Дверь на краю камеры открылась. Сара посмотрела туда и увидела стоявшего в проходе Сомо. Он был тяжело ранен и с трудом опирался на левую ногу, но он улыбался, радуясь, что видел её живой.

— Надо отсюда выбираться, — сказал он.

— Дверь… — Сара закашлялась. Даже речь давалась ей с трудом. Она изо всех сил пыталась встать и, наконец, выпрямилась на трясущихся ногах. — Отойди от…

Сара услышала звуки выстрелов небольшого оружия из комнаты снаружи. Улыбка сошла с лица Сомо, когда он посмотрел на свою грудь, где большими пятнами на рубашке растекалась кровь. Сомо упал вперёд.

Сара подошла к его телу и взяла оружие. Майор Рамм появился в поле её зрения, оценил её превосходство в огневой мощи и скрылся. Сара всё равно дала очередь ему вслед и наклонилась к Сомо, осторожно перевернула тело и подложила под голову свою руку.

Сомо попробовал улыбнуться.

— Я облажался. Прости. Решение было тяжелым, но, в конце концов, выбора никакого не было…

Сара не понимала, о чем он говорил, она не знала о его выборе между помощью ей и остальным.

— Знаешь, а ведь я тебя лю… — Сомо выдохнул, и Сара почувствовала, что его тело обмякло. Не нужно быть телепатом, чтобы понять, что он хотел сказать. Сара знала. Конечно, она знала, что Сомо был влюблён в неё и очень хотела сказать ему об этом. Что она тоже испытывала к нему очень глубокие чувства. Что то, что она испытывала к нему, было больше, чем любовью. Но было слишком поздно. Сущность, которая делала Сомо Хана тем, кто он есть, исчезла.

Вся её жалость, весь ужас, всё отчаяние заменили ярость и чистая первобытная ненависть. В этот миг Сара отринула всё человеческое и превратилась в безжалостного хищного зверя. Единственное, что ей сейчас было нужно — это убивать.

Сара Керриган подхватила оружие Сомо и выскочила из камеры.

В камере был парапет, который шёл по дальней стене и вёл к открытой платформе, та, в свою очередь, крепилась к тросу, шедшему вдоль стены. Сейчас эта платформа двигалась вверх. Сара знала, что майор Рамм был там. Также она знала о приближающемся по парапету Призраке. Сейчас она была сконцентрирована на этой задаче, поэтому определить его точное местонахождение не составило никакого труда.