Наперекор судьбе. Озарение (СИ) - Лебединский Вячеслав - Страница 54

   – Ты требуешь слишком многого, а сам-то ты кто? Кто вы такие?

   – Мы никому не желаем зла. Перемирие между двумя враждующими сторонами возможны благодаря той, которая не лезет в этот омут неразберихи. Я думаю, вы, Солацина, отлично понимаете, чего хочу и желаю... далеко не один я. Этот камень – задаток за первоначальные услуги. Вижу, что вам этого мало, и потому... – он подошёл к ней чуть поближе, её воины тут насторожились, положив руки на рукояти мечей и топоров. Но видя то, что в его руках один только мешок, лишь выдохнули, усмехнувшись.

   Вельмол знал, что завёрнутое нечто неизвестное было как минимум интересно женщине. Их притягивало таинственное, ценное и красивое.

   Она думала:

   «Что же это такое ценное, и при этом маленькое?»

   Солацина с интересом щупала отборные многочисленные драгоценные камни разной величины. Она, обратившись к помощнику, который взирал на сие чудо как на излюбленное лакомство, но, сделав над собой усилие, ему пришлось правдиво и быстро описать содержимое мешочка.

   – Да, вот теперь-то задаток хороший, и слова твои заманчивы моим ушам. Откуда у тебя такое добро? – спросила она, глядя в сторону Вельмола, но не на него.

   – От покойного дедушки. – соврал Вельмол, скорбно понизив голос. – Вы сможете обменять это на действующую валюту, и использовать как угодно, допустим, расширить территорию...

   – Я знаю как распоряжаться деньгами! Смерть близкого человека, это, конечно же, всегда плохо. Но не думай, что такая как я – стану тебя жалеть. Чего ты хочешь добиться через эти письма? На кого ты хочешь повлиять, кого хочешь задеть?

   – В конечном итоге я желаю повлиять на простолюдинов, которые страдают из-за войны.

   – Твой задаток дорогого стоит, но скажи-ка мне, что мне помешает прямо сейчас отдать приказ всех вас перебить? – она подняла кулак вверх и Вельмол понял, что это означает готовность к нападению.

   Он подумал:

   «Нет, только не это. Необходимо понести как можно меньше потерь за сегодня и тем более тут».

   – Как же ты не понимаешь, что даже против твоего нового метода по достижению мира найдётся другой, который переломит его, а после него будет ещё более продуманный. Это бесконечная война интересов и умов. Как бы ты не силился сгладить мировой настрой, всё равно найдётся тот, кто более хитёр, чем ты. У нас принято доказать верность своим словам через поединок. Ты готов?

   – Я всем рискну, и в конце концов добьюсь своего. – отозвался Вельмол. – Готов принять любой вызов, но желательно один на один – чтобы было по-честному.

   «Кто бы там не было, я выиграю этот бой. Не для себя, а для других, для их благого будущего». – быстро заключил мысль Вельмол, но внутри чувствовал, что сейчас всё может провалиться. В его голове звучали нотки пианино, от самых громких и звучных, до нежных – настолько он нервничал, но не подавал виду, сжимая зубы.

   – Хорошо ещё-то, что у меня как раз есть хороший кандидат для этого. Лучший из лучших среди нас, тренирующий остальных. Уже поздно отказываться, кто-то один из вас сразится с ним. – Солацина опустила кулак на колено.

   «Вот если бы раскрыла ладонь, всё, ветераны мгновенно бы сорвались с места напали. Ладно, пока всё идёт хорошо для нас». – улыбнулся он своим мыслям.

   – Вельмол, подожди, давай я вместо тебя встану против этого… лучшего? – предложил Ивралий.

   – Я справлюсь, вот увидишь. Нужно лишь пойти на уступки этим упрямцам, и дело в шляпе. – добро ответил он ему. – Но я ценю предложение.

   Он слышал особенную звенящую тишину, вздохи с выдохами ветераном нейтралитета, и ветер за шатром. Все молчали, пока королева Солацина что-то шептала одному из бывалых воинов.

   – Любой вызов значит? Хорошо, если ты победишь, то всё что было тобой предложено – будет выполнено. В пределах разумного, конечно. Вызовите его. – приказала она слуге по левую руку, который поспешно выбежал из шатра. – И верните этому человеку снаряжение.

   «Бой значит. С лучшим. Да, везёт же. От этого зависит всё, буквально всё». – подумал Вельмол, когда в шатёр вошёл повыше его воин, облачённый в латы на сиреневую ткань. Лица его видно не было, но оно взирало на Вельмола сверху вниз. Он был шире, могучее и ростом почти что с Ронэмила.

   – Ну, я думаю, здесь нет смысла драться, верно? – спросил Вельмол.

   – Есть специальная площадка для этого. Не хватало ещё, чтобы вы оба что-нибудь задели из здешней мебели и порвали ткань шатра! – её нервы не выдержали такого глупого вопроса.

   – Идём же, лучший. А вы не отставайте. – Вельмол первым вышел из шатра, за ним сразу же направилась вся команда, которая спорила и не очень-то доверялась своему лидеру.

   Он сам нашёл поле битвы, побежал бегом к нему и дожился остальных у квадратной песчаной площади, окружённой огромными валунами, поросшими мхом.

   «Нельзя выдавить вид того, что мне не по себе. Команда этого не оценит, а противник сочтёт за слабость».

   – Надеюсь, ты мастер не только языком потрепать. – пробормотал лидеру Ивралий.

   – Правила у вас какие-то есть? – серьёзно произнёс Вельмол, но снаружи улыбался противнику.

   – Да. Одно. Всё что принёс с собой – с тем и бейся! – рявкнул нейтрал.

   – Значит у тебя молот, может быть что-то ещё, а у меня меч и маленький сюрприз. Когда начнём? Может, слегка разомнёмся? – Вельмола совсем не заботило то, чем он вооружён, как одет, и его грубая манера речи. Самое главное для него проявится в первые мгновения сражения.

   – Во время боя разомнёмся!

   «Агрессивный. Будет торопиться, не обдумывая тактику. Оружие просто смешно, такой молот даже Ронэмил с трудом подымит. Как он вообще, этот лучший воин, собирается драться?» – в недопонимании был Вельмол, пока на него не обрушился с боку молот, едва не задев.

   – Ого, хорошая скорость! Каждый день упражняешься? – скорость была даже более чем хорошая, его спасло чистое везение. Зато теперь чернобородый знал, чего можно ожидать и сам напал на него, но три удара мечом по латам никакого вреда тому не причинили.

   Воин замахнулся, Вельмол раскрыл глаза от ужаса того, что может случиться. Ему не было плевать на свою жизнь, а так же на дело, которое вершилось, которое нельзя оставить на самотёк.

   Последовал яростный удар молотом в землю, Вельмол успел сделать кувырок в бок, но враг тут же, как будто бы его оружие ничего не весило, продолжил атаковать. Пнув Вельмола под ребро, тот захотел ударить в руку, но не успел. Только отскоки в стороны спасали, сам же «лучший» успевал с хрипом отбивать его контратаки так, что каждый парированный удар чернобородым отзывался мощной тряской и болью в костях.

   Прошла минута, лидеру уже стало тяжело держать Кусаку из-за постоянных защитных манёвров.

   «Нет, это что-то ненормальное. Нужно срочно менять настрой, попробовать хоть открытую часть ноги задеть в намеренном падении». – подумал Вельмол и атаковал сверху вниз.

   Он сделал вид что запнулся, приземлился возле него, но взглянул вверх и увидел, как на него обрушился молниеносный молот. Злясь на свою ошибку, ему пришлось подставить меч боком для защиты лица – и вышло ужасно.

   Одноручный меч сломался пополам, Вельмол вовремя успел закрыть глаза, так как осколки полетели в лицо. Воин нейтралитета засмеялся, схватил его и откинул от себя подальше.

   – Ну и как ты будешь драться без меча? – засмеялся противник, покрутив в руках молот.

   Половина из гравировок осталась, остальное бесследно раскололось навсегда. Вельмол смотрел на половину меча с заострённым концом и почувствовал, что подвёл весь род. Он пристальнее посмотрел на противника, на каждую деталь снаряжения и увидел уязвимые места, которые до этого были не видны.

    – Меч моих предков... Кусака... – каждую часть его тела кололо и трясло от такой потери. Для Вельмола это было равносильно потерять кого-то из близкого себе человека. Но сейчас он испытал чувство, как будто бы его маленькую Сэндри при нём медленно душили, а он был не в силах воспрепятствовать этому.