Наперекор судьбе. Озарение (СИ) - Лебединский Вячеслав - Страница 28

   – Это подождёт, он сыт и я недавно принёс ему игрушек. Как-то же он прожил без тебя всё это время.

   – Ну ладно. – нахмурив брови ответила она.

Вельмол встал во весь рост, Сури же перепрыгнула через него, поблагодарила сестёр и хозяйку дома и вышла на улицу. Чернобородый так и не понял, что сейчас произошло.

   «Я знаю, что акробаты гибкие и ловкие, но что это такое сейчас было? Как она оказалась позади меня буквально за мгновение?»

   Впечатлённый Вельмол быстро позабыл это и направился за ней, прощаясь и одновременно прикрываясь новой ложью перед прибывшими сёстрами и Филити на счёт того, куда и зачем идёт. Он сказал полуправду:

  – Доведу её до дома, чтобы всё было благополучно, заодно быть может задержусь и познакомлю с Ронэмилом. – но он умолчал про остальных, логово, речь для всех и план, который стойко держался в голове.

   – Что так долго? – спросила Сури на улице, – Я уже успела надышаться свежим и слегка разработать руку. – она махала ей так, будто бы она была цела; он с улыбкой помнил времена, когда сёстры действительно хорошо исцеляли и его в моменты юношества.

   – Житейские мелочи.

   – Ну, веди. Посмотрим на твоих друзей, и то, что ты приготовил.

   Они шли молча по бедняцким переулкам. Сури была совсем здорова – так заключил Вельмол, потому что она шла быстрее его, как будто бы специально.

   – К чему такая прыть? – по-доброму спросил он. – Если я остановлюсь, ты также будешь идти впереди меня?

   – Нет, я также остановлюсь и буду смотреть туда, куда и ты смотришь. Как ты кличешь свой меч?

   – Кусака. – улыбнулся Вельмол во весь рот.

   – Почему? Я думала имя будет более... мудрёным.

   – Он иногда больно кусается.

   – Это не смешно.

   – Он кусает только плохих. Между тем, здесь я в крайней юности бегал с юнцами-сверстниками, мы ребячились в догонялки и прятки. Иногда просто играли, изображали что дерёмся, но иногда и до крови доходило... – его слегка понесло не туда, он поддался приятным воспоминаниям, а она, наигранно зевнув, прервала его.

   – Да, извини, задумался. – оправдался он, поглаживая бороду. – Так вот, сразу к делу: я планирую прекращение войны как таковой. Прямо сейчас подумай с закрытыми глазами о том, скольким людям станет лучше, если войны не будет.

   – Зачем тебе это? Это же... непостижимый замысел. Что тобой движет?

   – А это, что, имеет значение, особенно тогда, когда цель верна? Меня направляет внутренний голос, твердящий: только вперёд, напролом судьбе.  – Вельмол почувствовал что она может дать отказ, и плотно сжав зубы нащупал рукоять меча с мыслью:

   «Я не хотел бы к этому прибегать, но если надо – сделаю. Может ты и проворная, даже более чем голодная кошка, но я опытнее и знаю куда ударять. Никто не проболтается и не остановит меня».

   – Идея-то у тебя благородная, народ Горбри заслужил более сносной жизни, чем сейчас, но осуществление данного процесса слишком тонкое дело и одновременно трудное. – она глубоко вздохнула и задала вопрос. – Почему именно я?

   «Как бы тебя задеть и заманить? Что-нибудь суеверное? А попробуем». – подумал он с хитрецой.

   – Предрекающий сон убедил меня в том, что из тебя выйдет надёжный помощник. Я помог тебе, теперь ты обязана мне – разве нет? Но я также могу и предложить лучшие условия для твоего Эрия. Я гарантирую тебе безопасность, деньги, дом и даже участок земли. Я прошу только о доверии, понимании и помощи. – теперь его правая ладонь крепко охватывала меч, закреплённый на поясе. Они как раз стояли рядом посреди мрачного переулка – удар был бы молниеносной скорости, ей никак не избежать его.

   – Ты действительно это гарантируешь, или же просто узнав о моём положении – решил подкинуть такую красивую ложь? – она и сама была вооружена, внутри кожаной куртки был узкий, но очень острый кортик.

   – Слов на ветер я не бросаю. Вряд ли ты поверишь, но я очень богат и готов заплатить за твою помощь в моей борьбе за справедливость. Парламент в этой стране съел и опустошил карманы чуть ли не каждого. Люди сбились с толку, их разумом правит бездумная жестокость. Они ненавидят тех, кто ни в чём не виноват – и так с обеих враждующих сторон. Смешно? Нет, ужасно неправильно. Разве тебе самой это не стало понятно тогда, когда ты подросла и обрела разум? Подобные мысли когда-нибудь приходили на ум?

   Последовал глубокий вздох с выдохом. Её задели слова этого зрелого человека – он явно не лгал и был готов идти до конца.

 «Вновь и снова я лезу в неприятности. И опять это как-то скажется на мне и моём сыне». - подумала она.

   – Знаешь, ты довольно таки красноречив, тебя приятно слушать, и, похоже, ты знаешь толк в том, что сейчас творится в мире. Думаю, у тебя тогда, когда ты меня спас – был выбор, спасти меня, или обойти переулок. И... ты сделал благое дело рискуя собой. Чувствую, что отказ ты вряд ли примешь. Я согласна, но ровно до тех пор, пока твой уговор будет соблюдаться! – она протянула ему руку для пожатия.

   – Очень рад, честно. – улыбнулся он, убрав руку с меча. – Добро пожаловать в команду. Но, как бы тебя не задели некоторые из моих приспешников. А что если там будет что-то нестандартное для тебя? Один... нет, даже двое ребят не совсем нормальны, их характер нужно просто терпеть. Но в их преданности я уверен, хоть она и сочетается с упрямством, и слегка жёстким нравом. – Вельмол выдохнул глубоко и долго. – А так, всё нормально, в особенности со мной.

   – Многое я повидала за свои годы, вряд ли меня что-то удивит. Посмотрим на твоих друзей, глядишь да вытерплю.

   Лебединский Вячеслав Игоревич.1992. 21.03.2019. Если вам понравилось произведение, то поддержите меня и вступите мою уютную группу: https://vk.com/club179557491 – тем самым вы мне здорово поможете. Будет нескучно)

Глава десятая. По поручению Вельмола.

   Приятного чтения)

   На данный момент этого же дня, Экстэр, находясь на центральной улице Горбри в самый разгар празднества Дня Урожая, выискивал способы, чтобы раскидать нужные листовки людям.

Коренасто-мордастый мужчина проверил внутренний карман кожаной куртки и с улыбкой нащупал призывающие к протесту и объединению литовки, написанные чернобородым посреди прошлой ночи. Текст был отточен, бумага была твёрдая, чернила не мокнущие, каждое слово было пропитано истиной с целью приоткрыть глаза народу на творящуюся неразбериху не только в Горбри, но и за его пределами.

   Солнце плавно показалось из-за высокого дома в Жемчужном квартале, освещая тёплым светом лица ликующих людей. Экстэру трудно было пробиться через огромную толпу, а тем более думать при обильном гуле о том, как бы сделать так, чтобы сверху на них все эти листки посыпались, словно капли дождя. Хоть он и был навеселе, но голова его на удивление работала оживлённо и почти что трезво.

   Вокруг центра Жемчужного квартала находилось несколько высоких смотровых башней, больше чем на половине из них дежурили стражники с арбалетами. В такой праздник могло всё что угодно начаться. Фанатики разных культов или же члены банд могли с лёгкостью посеять смуту в умы людей. Верноподданные императора никак не желали суматохи, плохих настроений с такими же последствиями, паники, давки и кровопролития среди толпы.

   Наёмник осмотрел шесть башен, облизнул целый указательный палец и понял, откуда дует ветер:

   «Вот туда-то мне и нужно проникнуть. Но, зараза, как на зло именно она охраняется двумя стражниками». – огорчился Экстэр, но ненадолго.

   Он стоял, топал ногой по каменной плитке и думал: что же делать? Нервно покусывал грязные ногти, он через минуту нашёл ответ в их кожаных шапках.

   Экстэр криво улыбнулся и понял:

   «Лицо у каждого пробить как нечего делать, железные шлемы отсутствуют, главное прикинуться недотёпой и приблизиться максимально близко с добрыми и одновременно тупыми вопросами».

   Так он и поступил, начал приближаться к нужной цели, обходя радостную толпу, смотрящую на выступления циркачей, фигуристов и комедиантов. Ещё до того, как дойти до башни, возле которой стоял первый возрастной стражник, он изменил походку на хромую. Экстэр захотел попробовать надавить жалостью, вдруг служащий короне растрогается и отвлечётся.