Наперекор судьбе. Озарение (СИ) - Лебединский Вячеслав - Страница 18

   Не сложно было заметить то, как из-за мрачного переулка появился Вельмол, так как он держал факел в руке и шёл к ним ускоренным шагом. Как и было обговорено, все они обратно оделись по такому случаю в тёмную кожаную одежду для наёмников и для безопасности от испарений прикрыли нижнюю часть лица тканью.

   Вельмол присел, глубоко вздохнул и выдохнул, оглядел каждого из пришедших и сказал:

   – Я, даже не смотря на то, что знаю этот город с детства – ничего подходящего не нашёл. – в его голосе чувствовалось, что он ждал от себя большего. – А ты?– устало, с зевком добавил он, глядя в светло-сапфировый глаз Ронэмила, от которого отсвечивался его факел.

   – Что ж, – ответил тот, – А я облазил все места что знал, и нашёл в конце концов только обширную комнату в таверне на углу Пэнтло Моро в Медном квартале, и двухэтажную хижину в том же районе. Оба хозяина готовы сдавать их и не задавать лишних вопросов. Было ещё третье поганенькое местечко – мой заброшенный дом. Я давно там не был, и он оказался ещё в более плачевном состоянии. Но его основательно разворовали, и теперь там обосновалась чужая семья из пяти человек. Можно было бы их вышвырнуть, но это как-то…

   – Нет. – прошептал Вельмол поникнув, схватившись обеими руками за голову. – Нет и нет, эти места явно вызовут подозрение, слишком людные. Нам нужно скрытное место, где никого не бывает.

   Повисла тягучая тишина, только факел потрескивал, и ночные птицы тихо напевали.

   – На самом деле я кое-что отыскал. – выдержав паузу неудачи обоих, выпалил самодовольно Экстэр и рассмеялся.

   – Прекрати смеяться и говори по делу! – не сдержавшись, выкрикнул Вельмол.

   – Ладно, ладно, но вам вряд ли понравится это место, но так будет лишь поначалу. – хорошенько продышавшись от смеха, ответил тот. – Оно находится почти что в конце города и это собор культа Мазларов.

   – Это плохая затея. – тут же сказал с трепетом отозвался Ронэмил. – Старых богов позабыли. То есть подменили новыми, и если нас засекут хоть близко возле этого заброшенного собора с идолами, то посчитают за язычников. Там уже давно никто не обитает и не приближается к этому месту. Эта округа совершенно нам не подходит – как по мне, так лучше дальше продолжить поиски.

   – Ты суеверный что ли? – ответил Экстэр со смешком, – Наше так называемая "обитель" будет располагаться не в самом соборе, а в катакомбах. Я ещё в детстве там лазил с одним другом по этим развалинам и случайно нашёл потайной лаз с задней части собора, а именно люк, который сейчас хорошенько скрыт травой и валуном. Мы даже можем ни разу не зайти в сам собор, если тебе от этого будет легче. Одна только проблема...

   – Говори уже, хватит утаивать суть! – озлобленно прорычал Ронэмил на невинного Экстэра, который слегка испугался и завис в положении поднесённой к губам бутылки.

   – Ну... Люк завален огромным валуном, втроём-то мы, наверное, справимся, и отодвинем его, а проблема как раз в замке. Кто его прикрепил и для чего я не знаю.

   – С любой проблемой разберусь я и моё копьё. – уверенно отозвался Ронэмил.

   – Это уже что-то. – Вельмол был доволен, зацепившись на малейшую надежду. – Стоит сходить и проверить твой тайный лаз, и лучше всего это сделать сейчас – ночью. Подъём и вперёд пока ещё не засветлело.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

   Около часа ушло на то, чтобы они в ночной тьме нашли собор. Вельмол видел его лишь в детстве, тогда приёмная мать категорически запрещала ему подступать хоть на шаг к этому месту, но сейчас другие времена и теперь-то, наплевать он хотел на все императорские запреты.

   Раньше это сооружение выглядело издалека более целым, не то, что сейчас, и всё же оно сохранило свою еле уловимую величественность.

   Половина крыши проломилась внутрь, большинство на редкость живописных витражных стекол разбито, одна из трёх башен наверху собора накренилась, только каким-то чудом не обрушилась. Высоченная двойная входная дверь вовсе отсутствовала и лежала на высокой лестнице. Некоторые части стены обвалились так, как будто бы по ним палили с катапульт.

   Экстэру было всё равно на суеверия, и он решил зайти внутрь, чтобы найти парочку факелов для своих друзей.

   Пока они ждали коренастого выпивоху, а прошло около четверти часа, Ронэмил постепенно стал чувствовать нечто манящее и пугающее, таинственное и затягивающее его войти в собор. Он пытался перетерпеть это, с опаской глядя на высокое мрачное здание. Одноглазый вытирал вспотевшие ладони о куртку, в надежде что это пройдёт, но нет, чувство только окрепло. В его горле совсем пересохло от нетерпения, он больше не мог стоять.

   – Я... Мне надо пойти проверить как там наш друг. Может помощь пригодится. – пробормотал он запинаясь, подступая к собору.

   – О, просто замечательно, а я вас тут, один буду ждать, да? Нет уж, тогда я тоже иду.

   Поднявшись по крутым ступеням, они вошли внутрь. Экстэра нигде не было видно, попытки докричаться до него не увенчались успехом и оба друга разошлись по развалинам собора в поисках его. Вельмол почти ничего не видел, скупой свет изливался от луны через переломанную крышу, но и этого было мало, и он шёл почти вслепую. Зато свет хорошо падал на один широкий настенный барельеф. На нём был изображён прекрасного вида сад в летнею пору, дети, бегающие по траве и родители, взирающие на них с довольством, были переданы лепкой изумительно.

   Вельмол всматривался в изваяние с лёгкой улыбкой, думая:

   «Невероятно то, что запретное можно до сих пор разглядеть».

   Но настроение его крайне сошло на нет, когда он обратил внимание на старых богов, взирающих с высоких неприступных гор на старый Горбри. Некоторые из них грозили пальцем, другие же властно глядели на людей на поляне. Они явно были чем-то недовольны.

   Скульптор так живо передал своё творение, что Вельмолу стало слегка жутко. Все божества были разными, женщин было больше чем мужчин, разодеты они были в красивые платья, через которые были видны на редкость приятные тела. Мужчины же, по-разному; кто-то в доспехах с разрисованными животными, другие с длинными причёсками, держащие стопки книг или пергаментов в руках, облачённые в тёмные мантии ниже колен. Именно те, кто был облачён в мантию, взирали с мудрым и спокойным взглядом, даже слегка успокаивающим. Но среди всех их грозно возвышался один единственный, он стоял у самого обрыва горы. Мать в малые годы наставляла его: «Никогда не произноси его худого имени» Но сейчас же Вельмол не видел в нём ничего плохого. По старинным преданиям, то был Крофаз, бог бездумной, неоправданной жестокости. Он был в полном облачении; в серебряном доспехе, поверх которого накинут багровый плащ, в левой руке располагался весомый щит, на котором был изображён расколотый топором трёхглазый череп. В правой руке находился широкий золотой меч, которым он указывал на людей. Решительная поза и сам его вид подействовали на Вельмола ободряюще.

   Сзади подошёл Ронэмил и тоже принялся рассматривать изображение на стене. Экстэрвыскочил из-за угла, весь радостный, и, передав незажжённый факел Вельмолу, прохрипел:

   – Держи, для тебя тоже нашёл среди всей этой разрухи. Я в темени услышал чей-то шёпот, нагнулся и увидел отблеск металла в грунте. И представляете себе, чуть порывшись, я отыскал останки мужчины, закованные в невероятные доспехи! – про говорил он с перегарным выхлопом изо рта.

   – Веди, надо глянуть этот твой невероятный доспех. – сказал Ронэмил, не веря в то, что в подобном месте может сохраниться нечто редкостно хорошее.

   Спускаясь за Экстэром в тесные проходы катакомб, заваленные отсыревшими книгами и прогнившими досками, они направлялись глубже внутрь подземелья, где в заваленном камнями тупике их ожидал скелет возле скромного алтаря, облачённый в доспехи невиданной красоты со старым гербом Горбри на груди.