Наперекор судьбе. Озарение (СИ) - Лебединский Вячеслав - Страница 101

   – Нет, я не против того чтобы выбраться, но твой неуверенный взгляд мне подсказывает, что ты нерешителен и для этого совсем негоден. Я вижу в тебе слабую личность. Ты-то хоть раз убивал? Ясное дело, что нет.

   «Средний рост, почти что худой, стойка чудаковатая, неуверенный голос, умные глаза боятся посмотреть на моё лицо. Слаб, слишком слаб. Но, возможно, неглуп». – оценивающе оглядел его Башил.

   – Ты прав, не убивал, но для этого крайнего случая есть ты. Тебя же Башилом зовут, так? – одиночка промолчал, пожёвывая горькую серу. Однорукий из стёкол на полу подобрал самый острый осколок.

   – Я не вижу выхода отсюда, и раз уж ты за эти... два года не смог выбраться, соответственно – как же быть?

   – Понимаешь ли, для того чтобы выйти отсюда, нам нужно изменить наше мышление, и попытаться подумать иначе, чем все они. – чуть громче сказал он, думая, что взаимоотношение наладилось. – Теперь, когда и ты рядом со мной, я знаю, как именно совершить побег. Мне вчера явился яркий, запоминающийся сон о побеге. Судьба ли это?.. – прошептал он. – Вход к главе этого места расположен на пятом этаже и охраняется двумя братьями. Один я не справлюсь, но с тобой – вполне возможно.

 – Почему мы должны идти именно туда, а не пытаться вместе выломать эти решётки? – Башил смерил его холодной и злобной улыбкой.

   – Я пытался с тремя собратьями, двоих убили, а я... как трус успел сбежать, и тем самым спасся. – Мифус не мог на данный момент смотреть ему в лицо. – И как по мне, так именно у главы должен быть чертёж этого здания. Быть может где-то есть тайный запасной выход, который скорее всего, как мне думается, подземный, ибо Горбри славится обширной сетью тоннелей. Должно быть хоть что-то, что нам поможет. Но ответ на наш вопрос точно в покоях владыки, в этом я уверен. Такого яркого сна мне жизни не доводилось видеть...

   – Надеяться на твой сон? – усмехнулся тот. – Достойно, очень. Но так как вариантов нет, то, придётся рискнуть. – Башил подошёл к нему впритык. – И почему это ты вздумал отсюда бежать? А вдруг ты меня проверяешь?

   – Я не такой как они, но, по мне, наверное, того и не скажешь. Мне видится во всём этом нелепость, ведущая в бессмысленный тупик. Хочу как раньше стать обычным гражданином нашей страны, и не проводить каждый день как прошлый – то есть одинаково.

   – Ну ладно, выкладывай свой план, будущий гражданин, или мертвец. Всё равно именно тут никого сейчас нет, и ты не успеешь никого позвать. – Башил пригрозил ему куском стекла у оголённой шеи.

   – Да у меня и друзей-то не нашлось за все эти годы, никого я не собираюсь звать. Я никогда не был на пятом этаже и, если честно, не знаю точно сколько человек охраняет покои владыки. Если ты за побег, то придётся действовать чуть ли не вслепую. Честно сказать, я давно хочу навестить свою престарелую мать, она настоятельница в приюте св. Скария.

   – Хе-хе, молодец, крепко держишься, хоть и видно что из последних сил.

   «Ничего, день наступит и найду одноглазого мерзавца. Что будет дальше – меня не волнует». – злостно подумал он и спросил:

   – А, да, пятый этаж значит? Но скорее всего где именно покои ты не знаешь, так?

   – Врать не стану, я ничего не знаю о последнем этаже, так как там ни разу не был за все эти годы, ранг не тот. Но я думаю такого воина, пусть даже покалеченного, это вряд ли остановит. Или я ошибаюсь?

   – Разве что смерть, но от таких неумех и смехотворных личностей – нет уж. Где, когда, во сколько собираемся? – сейчас Башил чуть больше верил в этого безымянного одиночку, чем пятью минутами ранее. – Они отобрали моё снаряжение, найти бы его, а то чувствую себя голым. У тебя имя-то хоть есть? Назовись.

   – Я Мифус. Твоё снаряжение я как-нибудь постараюсь раздобыть. Я думаю чем раньше мы это сделаем – тем лучше.

   – Знаешь, я считаю что случайностей не бывает – и ты тому доказательство. Решено: завтрашним вечером, пока меня не заперли, собираемся тут же, и потихоньку выдвигаемся наверх.

--------------------------------------------------------

   И так уж сложилось, что никто иной как потерянный муж Сури и руководил культом Сумеречной звезды. Он и раньше втайне правил культом, но он хотя бы возвращался к ней домой. Слишком мозговитый, хитрый, но понимающий теперь, что вера приспешников в Адишола – просто так созданной статуи, как-то оживила его по-настоящему, вдохнув в него жизнь и могущество. Владыка стал страшится бога, принимать все посланные слова через сновидения и покорно выполнять их. Остальные члены культа были чем-то низшим для обоих. Самому Адишолу они даровали уверенность с сильной гордыней, а для главы – просто чрезвычайную прибыль.

   У мужа Сури было уже столько денег, что он мог бы с лихвой купить всю эту страну два с половиной раза – но ему не это было нужно. Надо было как-то аккуратно возложить ответственность за всё на другого, и при этом стать инкогнито навсегда. Как-то убрать с себя жадный взгляд божества, перестать быть главой культа, потому как он думал, что дело может принять печальные обороты, когда Адишол станет запрашивать больше жертвоприношений. Он желал вернуться к семье, ему надоело обманывать этих бедных людей, и пытаться оправдываться перед Адишолом. Но он понимал, что это как минимум трудноосуществимо – но всё-таки возможно.

   Спустя пять лет отсутствия, зайдя домой, он увидел последствия пожара и разруху – никого в помещении четырёх комнат не было. Всё было пусто, Сури же была на предпоследнем задании Вельмола.

   Чуть ли не вся в крови она вошла в дом также, как и он, тихой поступью.

   Они обменялись долгими взглядами, разными и противоречивыми эмоция с мыслями. Никто не начал диалог первым. Сури от шока не смогла и слова вымолвить, но по его выделяющейся мантии поняла многое. Она просто ушла, забрав нужное из тайника за печкой. Владыке стало холодно от такого безучастного приёма.

   «Хотя, чего ещё ожидать спустя так много лет. Ладно, подожду её в этом доме ещё парочку дней – пусть подумает. И всё равно потеплеет, раздобреет ко мне и моему приходу – пусть и запоздалому. Хитрушка на её счёт уже есть, терять нечего».

   Вернувшись обратно с сгоревший дом спустя пару часов, она начала на него словесно давить. Он всё терпел и когда надо оправдывался, но толку не было, Сури хорошо его знала. Наконец он смог вставить главные слова, что заставили её замолчать и принять совершенно другой вид. Этими словами были:

   – Где Эрий?

   Ей было тяжко ответить о самой главной потере. Но как только она набрала в грудь воздуха для правдивого ответа – впервые заревела по настоящему:

   – Его больше нет, они как-то переменили его... Эти проклятые наблюдатели положили на него глаз! ...И обучили за несколько дней так, что он изменился совсем. Он стал иным, чужим... Мне более нечего тебе, Мэризиль, сказать. Я ничего толком не знаю.

   Прошла пауза между ними – даже слишком длительная для нормальных людей. Сури ожидала ответа, а муж готовил его.

   Перед тем как окончательно перестать быть владыкой, он решил в последний раз направить усилия братьев и сестёр на, вроде бы как, спасение избранного Адишолом малыша, в чьё тело он переселится – это бы гарантировало самоотверженное участие братьев и сестёр в помощи по освобождению сына.

   Мэризель угрюмо понимал:

   «Крови не миновать».

   Лебединский Вячеслав Игоревич.1992. 21.03.2019. Если вам понравилось произведение, то поддержите меня и вступите мою уютную группу: https://vk.com/club179557491 – тем самым вы мне здорово поможете. Будет нескучно)

Глава тридцать третья. И пробил час.

   Приятного чтения)

   Миновал месяц. Вельмол вернулся в Горбри без настроения, так как потаённо ему желалось подольше побывать с семьёй, но, долг перед двумя враждующими державами стоял у него на первом плане. Встретившие его в катакомбах Ивралий и Ронэмил устроили расспросы, но конкретики не добились.

   – Я выполнил указ через старика, повар обещался подмешать в партию вина мышьяка. – высказался Ивралий за прошедшее время чернобородому. – Конечное собрание этим вечером. Ты и в правду думаешь, что убрав с постов нынешних парламентёров, можно надеяться на вероятные перемены от новоизбранных?