Экзамен первокурсницы (СИ) - Сокол Аня - Страница 5

Едва замечая, что делаю, я согласно кивнула.

Дворец был не просто большой, он был огромный, занимающий территорию двух-трех городских парков, но при этом каким-то легким, будто вырезанным изо льда, казалось, дыхни и он растает.

– Как глазурь на торте, – прошептала Гэли.

Темные, словно отлитые из стекла стены отражали солнечные лучи, купол похожий на тот, что установили в храме богинь в Эрнестале, венчал направленный прямо в небо серебряный меч. Оружие Небесного война, первого князя. И его первый дворец. И последний. Дворец, в котором по слухам он никогда не жил, предпочитая первый форт любым хоромам. И все же эти «хоромы» были подавляюще красивы. Как и соседние.

– Никогда не думала, что увижу Жемчужину Альвонов, – пробормотала герцогиня, глядя на соседствующее с дворцом здание. Белоснежное и воздушное, как безе поданное к чаю. Оно тоже было украшено куполом, но гораздо меньшим, чем на княжеском дворце. На шпиле резиденции герцогов, задрав голов к небу, сидела белоснежная лисица, знак рода Альвонов Тридов.

– Дом памяти Хоторнов, – хрипло проговорил Мэрдок указывая вправо. Внешне он оставался спокоен, даже почти равнодушен, я в жизни не видела его столь взволнованным, как в тот день, когда он смотрел на шпиль серого здания, на котором восседал раскинув крылья орел. Казалось, птица вот-вот увидит добычу и сорвется в полет. – Это стоит того, чтобы спуститься сюда.

– Я тоже так подумал, – тихо ответил магистр.

– Смотрите это же… – указала Мерьем на серый замок, похожий на те, которые лет пятьсот назад брали штурмом рыцари. Ни купола, ни позолоты. Высокие гранитные стены, узкие, как бойницы, окна, кованная подъемная решетка. По обе стороны от арочного входа замерли каменные звери, его вечные охранники. Звери, которым кто-то походя снес головы.

– Серый чертог Муньера, – закончил за нее Милорд Виттерн, – Род истреблен, а замок до сих пор стоит.

– Они что, там осаду держали? – спросил, разглядывая обвалившуюся южную стену замка Оли.

– Есть легенда, что последний из полуночных волков…

– Кто? – спросила Рут, позволив себе перебить учителя.

А меня кольнуло странное чувство повторения или даже узнавания, словно я уже когда-то стояла так, смотрела на эти серые стены.

– Полуночные волки – так называли Муньеров. Волк – зверь их рода, – ответил вместо учителя Отес. – Очень старый род, когда-то бывший очень сильным.

– Именно так, мистер Гиро, – согласился Йен Виттерн. – А вам, мисс Ильсеннинг, нужно подтянуть генеалогию и геральдику. Надеюсь, новый преподаватель по этикету этим займется.

– А что за легенда? – спросила Гэли.

– Легенда не очень красивая, – продолжил рассказ учитель. – Спасаясь от убийц последний из рода Муньер с частью рыцарей успел добраться до Серого чертога и дорого продал свою жизнь. Об этом даже песню сложили, но она тоже давно забыта.

– Это же глупо, – фыркнула Дженнет, – Чтобы взять штурмом такую глыбу понадобится целое войско. И как минимум три дня. Сами же сказали, одна ночь здесь делала людей другими, поутру им просто стал бы неинтересен ни замок, ни его хозяин, который, наверняка, вышел бы сам. И они одной дружной компанией отправились бы на осмотр достопримечательностей.

– Может так, а может и нет. Мы видим то, что видим. Замок штурмовали после исхода людей. Подробности история не сохранила, только песню, – подвел итог магистр.

Мы молчали, разглядывая дворцы знати, что окружали замок князя, слово воины-телохранители. На каждом красовался знак рода. Рысь Стентонов, сова Оуэнов, кабан Виттернов, змея Астеров и еще с десяток животных. И все с головами. Кроме волков.

– Когда-то это место называли золотым кварталом, – продолжил Йен Виттерн. – Но если подойти ближе, то увидишь, что позолота давно облетела, а мрамор стен растрескался и порос вьюном.

– А мы подойдем? – все так же напряженно спросил Мэрдок.

– Нет, мистер Хоторн, не подойдем. Наш путь лежит на восток, вон к той мачте. – Магистр указал на теряющуюся вдалеке вышку для дирижаблей, – Заденем город всего лишь краем. Илу, теряем время. – Учитель кивнул жрице, и та пошла вперед.

– Говорят, где-то там зал стихий, куда запрещено заходить магам без сопровождения князя, – завистливо проговорил Оли и, бросив взгляд на золотой квартал, начал спускаться по улице следом за жрицей.

– А почему запрещено? – спросила Мэри.

– Потому что магия, что течет в нашей крови, там оживает. И никому не под силу сдержать ее кроме затворника, – ответила герцогиня.

– Его еще называют залом камней, говорят, он выложен им от пола до потолка, – серьезно добавил Коррин и тоже двинулся за сокурсниками.

– Это уж точно сказки, – натянуто рассмеялась Рут.

– Что это? – шепотом спросила Мерьем оборачиваясь.

Я тоже повернула голову, и на минуту холод нехорошего предчувствия ужом скользнул под кожу, заставляя поежиться. От западной вышки стартовал дирижабль, его очертания уже терялись среди облаков, но в самое первое мгновение мне показалось, что этот тот самый, на котором мы спустились из Академикума. Но этого не могло быть. Наш будет дожидаться рыцарей, как их судно будет дожидаться нас.

– Это наверняка, грузовой «Пути Лантье», – ответил магистр. – Хватит пугаться собственной тени. Идемте, леди Вири и вы леди Астер, времени осталось не так много.

Улицы становились все оживленнее, появились мелкие лавки и стеклянные витрины. Булочник в белом переднике подмигнул Мэри и приглашающе указал на дверь пекарни. В сыроварне напротив дородная матрона выставляла на прилавок головки сыра, а маленькая девочка с большим бантом на макушке, пыталась вытащить из-под них кружевную салфетку и запихать в рот. Мужчина вез полную тачку камней, несмазанные колеса скрипели. Нас обогнал мальчишка в расстегнутом пальто, с вихрастой головы слетела кепка. Пацан нагнулся, подбирая головной убор, бросил краткий взгляд на жрицу и побежал дальше, явно не собираясь кусаться, как наверняка думала вздрагивающая Мерьем.

Люди улыбались и склоняли головы, иногда что-то кричали вслед. И никаких черных медведей. Пока, во всяком случае.

Первым расслабился идущий сразу за жрицей Оли, походка которого перестала напоминать иноходь деревянного пони. Потом Мэри начала что-то вполголоса рассказывать Таре. Я взяла Гэли под руку, в шутку указав на мастерскую, на вывеске которой были нарисованы катушка ниток и игла. Только похода по швейным мастерским Запретного города нам и не хватало. Даже Рут перестала вертеть головой, как флюгер на доме садовника. Мэрдок разжал ладонь, что неосознанно все время держал на рукояти рапиры. Последней перестала всхлипывать Мерьем и даже герцогиня брезгливо отбросила с мостовой на обочину высохшую капустную кочерыжку.

– А почему нигде нет собак? – спросил Оли проследивший, как капустный огрызок подкатывается и исчезает в сточной канаве. – И кошек?

– Рад, что вы перестали вспоминать небылицы и начали думать, мистер Ревьен, – ответил милорд Йен, за локоть которого все еще цеплялась Мерьем.

– Нет не только собак и кошек, – задумчиво добавил Коррин. – Нет ни крыс, ни свиней, кур, лошадей. Ни одной скотины, кроме человека.

– Сколько мы уже идем? – спросила я у Гэли, но та только пожала плечами. – А до сих пор не видели ни одной повозки, лишь тот мужик с тачкой? А мобили? – Я обернулась к учителю, – Почему нет мобилей?

– Местные не умеют управлять мобилями, – кивнул магистр. – И не проявляют ни малейшего интереса к учебе или к покупке оных. Они также не ездят на телегах и каретах, даже князь вынужден передвигаться по городу сам.

– Но почему? – удивился Оли.

– Потому что, мистер Ревьен, – магистр Виттерн поравнялся с Мэрдоком, снял со своего локтя ладонь Мерьем и «передал» девушку графу. – Здесь нет лошадей, которых можно запрячь. Даже коз и тех нет. Не приживаются в Запретном городе никакие животные, кроме серых наек. – Мужчина проследил взглядом за грузной птицей взлетевшей с обочины.

– Как так? – снова спросила Рут. – Крысы, тараканы и люди живут везде, так наша кухарка говорит.