Экзамен первокурсницы (СИ) - Сокол Аня - Страница 20

Мы все выглядели жалко и, наверное, смешно.

– Мне нет дела до ваших магистров, мне даже до вас нет дела.

– Тогда почему, вы пришли за нами? – спросил Крис, на этот раз опустив даже насмешливое «государь», – Кто вас умолял нас вывести?

– Тихо! – скомандовал затворник, подняв руку, а вторую положил на рукоять меча, продолжая вглядываться в темные окна домов, словно в пустые глазницы, за которыми давно не было глаз. – Быстрее! – И почти вбежал в переулок.

Парни тяжело дыша потащили Хоторна следом, я путалась в мокрой и тяжелой юбке, герцогиня бежала за Князем почти по пятам, словно боясь отстать. Мы быстро миновали высокий дом из серого камня, затем, обогнули флигель для прислуги, выскочили, на очередную круглую площадь. И тут я услышала, отдаленный металлический лязг и в панике оглянулась. Звери были близко, я не видела их. Пока не видела, но этот звук… Крис выругался, Мэрдок застонал и открыл глаза.

– Сюда, – произнес затворник, пересек улочку и вывел нас…

Я много ожидала от жилища князя, не в тот миг, а вообще. Среди уходящих в небо шпилей замков и резиденций знати, среди пустынных, шепчущих ветром улиц, на которых вполне могли разойтись две конницы, я ожидала увидеть…

Ну не знаю, как минимум дворец, как тот, что разглядывали, стоя на холме. А увидела…

Деревянный дом, показавшийся мне смутно знакомым. Потемневший от времени сруб, покатая крыша, распахнутые двери, рядом с которыми замерли вытянувшиеся лакеи. Двухэтажный бревенчатый котедж рядом с дворцами знати дом смотрелся, как телега рядом с мобилем.

Но эта телега, казалась на удивление знакомой… Что же сегодня за день такой? Почему я узнаю эти места, дома, улицы, на которых никогда не бывала? И, кажется, не я одна, потому что очнувшийся Мэрдок поднял ладонь, собирая на кончиках пальцев зерна познания.

– Не сметь! – рявкнул князь, и нас окружила его сила.

Она выплеснулась словно волна Зимнего моря, что неожиданно накатывает на берег раз за разом. Она оглушала, давила со всех сторон. Дженнет зажала уши руками, Крис пошатнулся и едва не уронил Мэрдока, а вот Этьен упал на одно колено, отпустив плечо раненого. Я пыталась вдохнуть, но это казалось невозможным, боль снова вгрызлась в руку, словно спущенный с цепи злой пес. И даже далекий железный лязг, словно нас преследовали старые рыцарские доспехи, захлебнулся.

«По праву сильного» – было выгравировано на мече Небесного война, что основал династию правителей Аэры. И это было правдой, князь всегда был сильнейшим. И даже если бы мы сомневались, кто перед нами, в этот миг сомнения рассеялись, смытые волной его магии, пока еще не оформленной в зерна, пока еще только готовой изменяться и изменять.

– Не стоит! – тихо повторил затворник, и сила схлынула, осела на землю, просочилась между камнями мостовой и исчезла. Мы смотрели на князя, я в ошеломлении, Крис с недоверием, Дженнет восхищенно, Этьен с завистью и лишь Хоторн едва не задыхался от боли. – Не в этом доме, леди и джентльмены. Здесь вам ничего не грозит, поэтому прошу придержать магию. И добро пожаловать, в Первый форт.

Он приглашающе взмахнул рукой. И оказавшись внутри, я поняла, что мне напоминает этот бревенчатый дом, почему кажется знакомым. Он очень походил на Илистую нору – первый дом Змея. Те же бревна, то же потемневшее дерево, тот же запах смолы и трав, те же массивные двери захлопнулись за спиной.

– Запереть, – отдал приказ князь и два лакея с готовностью подняли деревянный брус и вложили в скобки затвора. – Приготовить гостевые покои, к раненому позвать Цисси. Ужин подать в комнаты…

– Милорд, неужели вы лишите нас радости видеть вас за ужином? – Дженнет страдальчески улыбнулась, я почти поверила, что она и вправду расстроена.

– Если это все, что вы хотели узнать, то да, лишу, – затворник развернулся, намереваясь уйти.

– Государь, – Этьен выпрямился, когда двое лакеев подхватили бессознательного Мэрдока. – Что с нами будет? Вдруг поутру мы не захотим покидать этот гостеприимный дом или город?

– Очень не хотелось бы. – Князь смерил взглядом южанина, так мой папенька на рынке скакунов осматривает на предмет приобретения. – Если вы про магию города, то в моем доме она бессильна, во всяком случае, слуги не жалуются, когда гуляют по Эрнесталю, обычно назад недозовешься. – Один из лакеев позволил себе усмешку, впрочем, князь ее не видел, – Я очень рассчитываю, что поутру вы уберетесь отсюда. И мне больше никогда не придется никого спасать.

– Вы так и не ответили, милорд, – Крис оперся рукой о запирающий двери брус, провел пальцем по светлой, оставленной скобой на темном дереве, царапине и выпрямился. – Кто просил нас спасти?

Они смотрели друг другу в глаза. Черные сквозь прорези маски в синие. Оуэн был единственным, кому не нужно было задирать голову при разговоре с князем, единственным, кто был так же высок и мог смотреть глаза в глаза. И смотрел. В любом другом месте это сочли бы за вызов или тем паче оскорбление, за которым следовала опала. Здесь же…

– Хочу знать кому, кроме вас, обязан.

– Не любите быть в должниках, барон?

Лакеи потащили Мэрдока по лестнице на второй этаж, кто-то наверху принялся отдавать приказания.

– Ненавижу, – искренне ответил Крис и снова не добавил обязательное по этикету «государь» или на крайний случай «милорд».

– Считайте, что мне прислал весть один из ваших учителей.

– Один? – Оуэн поднял брови.

– Магистры заняты тем, – затворник усмехнулся, – Что орут друг на друга с тех пор, как две группы вернулись в Академикум в неполном составе. Виттерн устроил разнос, какая-то серая жрица его поддержала. Итог, они готовы за два часа до заката спуститься в Запретный город и попробовать найти пятерых учеников. Как говорил Йен, вы вряд ли уйдете далеко от вышки. Совет Академикума наложил на это вето, как и глава Магиуса, рисковать своей жизнью – одно дело, а рисковать пилотами дирижабля – другое. Кажется, Виттерн, как никогда пожалел, что не имеет крыльев. – На лице князя появилась улыбка, которая не затронула глаз. А может, так казалось из-за черной тканевой маски. – На этом бы все и закончилось. Но вмешался Миэр. Опять Миэр. – Улыбка стала злой. – Он готов срочно перегнать судно из Трейди и даже пилота нашел. Тот, как поговаривают, болен коростой, – затворник брезгливо отвернулся, – Но готов вести судно хоть в Разлом, если взамен ваши роды обеспечат его семью.

Фиолетово-алое закатное солнце легло на все еще укрытое тенью капюшона лицо затворника, уродуя его черты еще больше, чем это сделала авария, чем это делала маска. Солнце! Я резко повернулась к окну. Короткий день в горах заканчивался. Сердце хаотично забилось, что если вот прямо сейчас… Что именно должно случиться прямо сейчас, я представить не смогла, оттого испугалась еще больше.

– В этом месте вмешался я. Считайте это прихотью, или хитрым ходом с дальним расчетом, ведь когда-нибудь именно вы унаследуете немалые земли. А может, мне просто надоел балаган, что я видел. Считайте, как хотите…

– Где видели, милорд? – услышала я со стороны свой голос, но страх перед закатом вытеснил все, даже боль в руке, даже остатки воспитания, даже осознание того, что я хочу подловить своего сюзерена на лжи.

– В Оке Девы, – отрывисто бросил он.

И тут я отвела взгляд от окна и посмотрела на него. На черный плащ, на капюшон, на тень, в которой угадывались глаза. Две мысли, пронзили меня одновременно. Первая – артефакт! Он использовал для связи артефакт.

Я вспомнила об… артефакте. О своем артефакте, про который начисто забыла в этот день. Забыла именно тогда, когда он был так нужен.

А вторая мысль… Для нее не осталась места, она отступила полностью вытесненная первой и досадой. Она, конечно, вернется позже, а сейчас я потянулась к мешочку на поясе, где лежал камень рода Астеров. Камень, врученный мне отцом, как раз для таких вот случаев.

Дернула шнуровку мешочка, и почти коснулась его. В последний миг меня остановил ледяной голос, совсем, как несколько минут назад Мэрдока.