Люди Икс. Дни минувшего будущего - Ирвин Алекс - Страница 19

Рот Пузыря непроизвольно открылся, а потом закрылся. Пиро засмеялся.

– Ты ничего не знаешь о Фреде Дж. Дюксе, – начал было Пузырь.

– Проверь, если хочешь, – сказала Дестини с прежней легкой улыбкой.

– Кто эта переменная? Один из нас? – прервала их беседу Мистик.

– Я так не думаю, – промолвила Дестини. – Во времени мы остались прежними. Есть кто-то, кого раньше не было. Это нарушает уверенность.

«Сегодня утром, – подумала Мистик. – Неужели внезапная неуверенность Дестини как-то связана с появлением Людей Икс в тюрьме «Макс Икс», или это обычное совпадение?»

«Произошло ли что-то во время засады наемников Клуба Адского Пламени на Людей Икс? – продолжала размышлять Мистик. – Может, что-то дошло до Ксавьера? Нет, это невозможно: о плане Братства знали только пятеро находившихся в этом номере. Может, кто-то из Людей Икс погиб? Но это не имеет никакого значения для слушания, просто сенатор Келли назвал бы имя погибшего, чтобы лишний раз высказать мысль о необходимости повышения бдительности и усилении контроля. Мог ли Пузырь был той самой неопределенностью?»

Она не могла в это поверить. Пузырь был именно тем, кем казался: оплывшей человеческой массой с речью такой же примитивной, как и его внешность. Тупость Пузыря была настолько очевидна, что любые его действия можно было бы предугадать без какого-либо участия Дестини.

Кто же тогда? Она не знала, кого отправили Люди Икс в Нью-Мексико, но кто из них мог дестабилизировать вероятности, чтобы помешать дару предвиденья Дестини? Алая Ведьма была единственным мутантом с таким же даром, но она не состояла в команде Людей Икс. Пока...

Мистик набрала номер своего осведомителя в охране тюрьмы «Макс Икс» и узнала, что Алую Ведьму в Нью-Мексико не видели. Источник жаловался, что Люди Икс основательно потрепали Клуб Адского Пламени, но это не было ее проблемой, и она была рада это услышать. Ведь чем больше Клуб Адского Пламени был завязан на разборках с Людьми Икс, тем проще было Братству реализовать свои планы.

Смерть сенатора Келли была только началом. Магнето когда-то предположил, что Братство будет управлять миром, когда мутанты займут свое законное место и возьмут под контроль обычных людей – тех несчастных, чьи гены не оказались способными ни на что большее, чем передача по наследству сердечно-сосудистых заболеваний или рыжих волос. И Мистик намеревалась добиться успеха там, где Магнето потерпел Неудачу.

Для начала Братство должно заявить о себе, заставив Навсегда замолчать самый непримиримый к мутантам голос Соединенных Штатов. Она понимала, что в результате такого акта одна часть мутантов объединится вокруг Братства, а другая бросится искать защиты у профессора Ксавьера. Мистик была готова к столкновению с Людьми Икс и была уверена, что уничтожит их. Вслед за этим наступит эра мутантов, которые прервут порочный круг тысячелетней несправедливости и вернут себе законное место во главе этого мира, а ей – место во главе мутантов.

Это и есть та цель, движение к которой они начали сегодня, независимо от того, что там увидела Дестини

– Это ничего не меняет, – произнесла Мистик. – Сегодня Роберт Келли умрет. Как умрет любой, кто посмеет выступить против нас. Возможно, чтобы устранить еще большую неопределенность, мы должны будем устранить также Ксавьера и Мактаггерт.

– Я предвосхитила это предположение, – ответила Дестини. – На него не распространяется новая переменная.

– Отвратительно, что приходится соглашаться с Фредом Дж. Дюксом, – сказал Пиро, – но теперь я тоже пытаюсь осмыслить то, о чем она говорит.

– Да, – подал голос Оползень, – так мы знаем, что произойдет, или нет?

– Мы нападем на Сенат, – ответила Дестини, – хотя многое мне все еще неясно.

– Это все, что нам нужно, – сказала Мистик.

– При всем уважении, Рэйвен, ситуация совершенно изменится, если наша предсказательница перестанет выполнять свою сомнительную роль, – возмутился Пиро. – Одно дело атаковать Сенат и совершать покушение, когда мы знаем результат. Совсем другое – это организовывать такое нападение, не зная наверняка, как все пойдет, то есть не имея никаких преимуществ.

– Нет, это не имеет значения, – произнес Пузырь. – Мы просто ворвемся внутрь, перестреляем охрану и замочим Келли. Все остальное не имеет значения!

– Его буйство заслуживает особой оценки, – насмехался Пиро. – Пузырь так предсказуем, я прав, Дестини? О, прости меня. Ты ведь уже ничего не знаешь, не так ли?

– А вот что я знаю, – отрезала Мистик. – В назначенное время мы выходим в эту дверь и пробираемся к заднему фасаду здания Харта. При этом каждый делает только то, что должен. Иначе ответит передо мной... после того, как сенатор Келли будет мертв и мир снова начнет бояться Братства.

Ее форма снова изменилась, и перед собравшимися предстала главный советник министра обороны Рэйвен Даркхолм.

– Кто-нибудь желает поделиться своими опасениями? – спросила она тоном, в котором явно читалось, что в ответ она ожидает молчания.

– Отлично. Тогда вперед!

КОГДА они поравнялись с проходной, сержант Кабрера отдал честь и сказал:

– Хорошего дня, госпожа Даркхолм.

– И вам, сержант. – Она улыбнулась и вернула ему пропуск Дьюка Фредериксона.

Однако сейчас ее сопровождало еще три человека, и Кабрера сказал:

– Одну минуту, мэм. Все посетители должны сдать временные пропуска, пожалуйста.

Один из пропусков, которые ему подали, был оплавлен. Сержант посмотрел на белокурого англичанина

– Что вы тут делали? – пошутил сержант. – допросы происходят в другой части здания.

– О, – ответно улыбнулся тот, – у нас была немного жаркая дискуссия!

Согласно пропуску англичанина звали... Сент-Джон Эллердайс. Кабрера хотел отпустить еще одну шутку, но что-то в облике мужчины его удержало. Пропуск другого посетителя, Джона Блума, был покрыт какой-то мелкой пылью, и краем глаза он заметил, что Даркхолм внимательно наблюдает за всеми его действиями.

– Какие-нибудь проблемы, сержант? – спросила она, и в ее тоне звучали и дружелюбие, и угроза.

Этот тон задел сержанта, который слишком часто слышал его от гражданских. Он готов был терпеть такое, но только после того, как они побывали бы в Афганистане и в течение пары лет побегали бы от РПГ. Не раньше.

– Процедуры, мэм, – сказал он и положил пропуск в химически чувствительный сканер на рабочей станции контрольно-пропускного пункта.

Сканирование дало отрицательный результат, и он открыл турникет перед очередным сопровождающим Даркхолм. В следующий раз она не станет подмигивать ему, но Кабрере было все равно. Это была его работа.

– Хорошего дня, господа, – пожелал он, наблюдая, как они выходят за пределы КПП.

Ирэн Адлер, сопровождавшая госпожу Даркхолм, в темных очках выглядела слепой, но передвигалась так, словно была зрячей. «Странная компания, – подумал Кабрера? – совершенно непохожая на полицейских л офицеров, с которыми обычно ходит Даркхолм».

Он представил, в каком проекте могла участвовать Даркхолм. Доступная информация свидетельствовала, что она работала в Управлении перспективных исследовательских проектов и занималась вопросами разработки новых типов оружия – занятием, объяснявшим пестрый состав группы гражданских. По наблюдениям сержанта, «оборонка» вообще имела строгую экипировку, но это не распространялось на контрактников, особенно имеющих дело с высокими технологиями – публика в сандалиях, футболках, вечно витающая в облаках. «За исключением Тони Старка!» – подумал Кабрера. Да, это был стильный парень! Однажды он даже получил автограф Старка, когда тот приехал в Пентагон на какую-то встречу. Автограф хранился у Кабреры дома, в одном из альбомов. Когда его дети подросли и научились читать, он показал им его и сказал: «Я видел его. Этот парень – тот, кем вы должны хотеть стать, когда вырастете!»

«Это не какие-то там Джон Блум, Ирэн Адлер, святой Джон Аллердайс или, тем более, Дьюк Фредерик- сон! Я все понимаю, но надо быть осторожнее при выборе того, на кого хочешь быть похожим!» – думал Кабрера.