Некромант для рыжей шельмы (СИ) - Гринберг Александра - Страница 45

— Эти уже много чего повидали. В том числе и бестелесных духов. Пора Мюррея уму-разуму поучить.

А тот и рад, собственно. Чуть из штанов не выпрыгнул, заслышав такую распрекрасную новость, да понёсся в морг со скоростью пушечного ядра. И плевать же неслуху, что призыв духа — дело сложное и до Бездны опасное. Ему, видишь ли, та-ак интересно!

Максу вот тоже было интересно — кто та сволочь, которая оборотней режет?

Два дня назад Зверобой порешил молоденькую подавальщицу, симпатичную рослую девчонку. Лицо почти не тронул, тело не расчленял. Лишь выпотрошил, кое-где снял кожу… и удалил рога. По словам друзей и соседей, Дарси Уэллс была добрейшим… нелюдем, при жизни оборачивалась пятнистой оленихой и обижала только ягодки да грибочки в Зачарованном лесу.

А в предрассветных сумерках она была похожа на Билли. Так кошмарно похожа, что у Макса, когда он труп увидел, сбилось дыхание и потемнело перед глазами — на долгие-долгие десять секунд, прежде чем он вспомнил наконец: его Билли никак не могла быть в той кровавой ванне, мёртвая и истерзанная. Нет, нет конечно… Билли спала в его постели, злодейски зацапав всё одеяло и всех котиков, и даже не подозревала, какой трындец у Макса на душе творился.

На смену испугу пришла такая ярость, какую Макс, должно быть, испытывал лишь пару-тройку раз за всю жизнь.

А ещё смутное чувство вины. Сколько раз он сам твердил своему курятнику: нельзя, нельзя во всю эту херню эмоционально вовлекаться! Однако теперь просто не мог не думать: каково это — круглые сутки испытывать то, что испытал он за каких-то десять секунд? Каково Эноле, потерявшей Дору? А престарелому отцу Айдис Макги? А родителям и двум сёстрам Дарси Уэллс?..

Макс свернул в тёмный узкий коридорчик, ведущий к массивным двустворчатым дверям морга, и раздражённо мотнул головой, отгоняя навязчивые мысли о родне погибших. Он с этой клятой шельмой совсем размяк, нет бы о работе столько думать…

Думать о работе не хотелось. Основная его работа нынче — Зверобоя ловить.

А Зверобой, как очень мудро (нет) заметила в своей графоманской простыне сучка Сара, с большой долей вероятности может оказаться кем-то из его ребят. Макс давно держал эту мысль где-то на задворках сознания, однако лишь теперь позволил ей укорениться в его голове.

И понял, что из всего офицерского состава — из всех своих друзей и знакомых, Бездна! — худо-бедно доверяет лишь недоумку Френсису. Тот проводит на виду слишком много времени, чтобы ещё и потрошить меховых симпатяжек в свободное от работы время. И вечно вертится в Зачарованном лесу, рядом с девчонкой-подменышем Мэйр Макинтайр. Кто другой мог не узреть логики, однако Макс здраво рассудил, что ни Неметон, ни мелкий засранец Лейернхарт не подпустили бы кровожадного маньяка к своему ушастому сокровищу.

— Макс, ну у меня уже всё готово! — выпалил Френсис, едва они со Стальфоде переступили порог морга. — А! Карим, друг, сто лет не виделись! Как поживает капитан Фейергольт? Покуда не решила посвятить себя семье и хозяйству?

— Ни за что и никогда, — Карим едва заметно улыбнулся уголками рта. У него мало что могло вызвать хоть какие-то эмоции; его буйная жёнушка, очевидно, входит в этот не особо длинный список. — Она бы за одно такое предположение угостила тебя хорошей затрещиной.

— И правильно бы сделала!..

Осаживать дорвавшихся до общения сопляков Макс не стал. Пусть себе трещат, а он пока поглядит, что тут Френсис наготовил.

37

При всём своём разгильдяйстве, Френсис парень умный и старательный. Макс придирчиво оглядел защитный круг возле секционного стола и остался доволен. Белобрысый трепач без единой ошибки проделал довольно большую и трудоемкую работу; при этом завершать защиту не стал, понимая, что Макс захочет доделать сам.

Этим он и занялся.

Завершив круг, Макс залечил рану на запястье и невольно поморщился — предстояло пролить ещё немало крови, даром что от жертвоприношений их избавит присутствие Стальфоде. Взгляд невольно метнулся к безжизненно-серому лицу покойной Дарси Уэллс, но в холодном освещении морга то пугающее сходство с его шельмой несколько притупилось. И слава Хладной.

Дарси была самым свежим трупом из всех имеющихся. И самым целым — мозг ей, как и Айдис, удалили через ноздри, зато язык остался на месте. Нет, дух — это не зомби, может болтать и без мозгов, и без языка… но так всё же попроще. И за возможность использовать Дарси в воззвании к духу тоже пришлось благодарить Мюррея. Самому Максу родители несчастной девчонки отказали наотрез, особенно когда услышали честное предупреждение — тело дочери они после этого не получат. Когда он попытался настоять на своём (и едва не выхватил по физиономии от папаши Уэллса, явно тронувшегося умом с горя), Френсис просто схватил своего начальника под локоть и вытолкал на крыльцо с напутствием: «Макс, ты проветрись давай, я лучше сам!» А двадцать минут спустя вышел из дома уже с письменным отказом от тела.

Ну что поделать, общение с роднёй погибших никогда не было сильной стороной Макса. Тут Френсис уже сейчас был на голову выше.

— Что, Мюррей, ты ещё здесь? — проворчал он, отступив к сержанту и давая Кариму нанести дополнительный внешний круг. В таком деле никакая страховка лишней не будет.

— Шутишь, шеф? — выпалил Френсис, почему-то заговорщицки понизив голос. — Когда я ещё такое увижу? Ну, разве что когда сам коммандером буду!

Макс скептически хмыкнул.

— А ты в себе уверен, я погляжу.

— А как же!

Покончив с возведением защиты, Карим переступил границу внешнего круга и приглашающе кивнул. Деловито бросив Мюррею: «Стой и пиши на кристалл. Сунешься к нам — я тебе башку оторву», Макс тоже миновал первый кровавый рубеж. А затем и второй. Он хотел задать вопросы и получить ответы — значит, его место у стола, рядом с телом.

И он знал, чего это ему будет стоить.

— Дух Дарси Уэллс, Избранник Госпожи требует от тебя ответов, — голос Стальфоде, неожиданно звучный и властный, разнёсся по помещению. — Дарси Уэллс, восстань! Восстань и служи Избраннику!

По крайней мере дюжину раз Карим повторил свои требования. И с каждым разом морг всё больше наполняла его сила — ленивая, тягучая и вроде не злая, но всё равно такая же смертоносная, как и у прочих некросов.

Явление духа Макс ощутил нутром — и уже затем увидел, как лицо трупа легонько подёрнулось тленом, как холмы туманом. Дух не сразу дал о себе знать: первым делом эти твари, очутившись в клетке из чужой крови и мёртвой плоти, лихорадочно ищут лазейки.

Лазеек не было. Дух понимал: мёртвая плоть — лучше, чем совсем никакая. Чтобы задержаться здесь подольше, духу пришлось снизойти до воззвавших к нему.

— Дай мне напиться.

Язык Дарси Уэллс оказался без надобности — жуткий низкий голос, лишённый малейшего тепла и человечности, будто шёл из опустевшей, залатанной некромантами грудины зомби. Хотя зомби это можно назвать с большой натяжкой. Зомби тупы и послушны; дух своеволен, коварен и ненавидит всё живое — просто потому что оно живое, а он нет.

— Дай напиться.

Макс чуть скривился, однако тут же достал нож, закатал рукав и резанул — глубоко и больно, открывая вену. Кровь полилась в открытый рот, замедлила разложение; ледяные губы жадно присосались к ране, вызывая легкую дрожь отвращения. Наконец, словно вечность спустя, он не выдержал и отнял руку.

— Говори.

— Повелевай.

— Расскажи мне о том, кто убил тебя.

— Охотник. На зверей о двух ногах. Завлекал меня. Истязал меня. Пожирал меня, — зло зашипел дух, всё так же не шевеля мёртвыми губами — хотя тело Дарси то и дело прошивали судороги. — Охотник. Таков же, как ты. За твоей спиной.

За его спиной были Карим и Френсис, однако Макс понимал — дух не то имеет в виду. Тупые зомби-то любят тумана нагнать, а уж добиться внятного ответа от духа — проще самому сдохнуть.

— Что это значит — таков же, как я?

— Вы избранники. И охотники, — зомби оскалила окровавленные зубы; кожа вокруг бесцветного рта уже начала ссыхаться и трескаться. Пусть труп и усилен кровью некроманта, это не сильно помогало — голодный до плоти и крови дух осушал его шустро и алчно, как пьяница бутылку. — Звери растерзали вас, и вы решили растерзать зверей. Ты остановился после той охоты. Он не может. Он не хочет.