Некромант для рыжей шельмы (СИ) - Гринберг Александра - Страница 21

— За что это? — вытаращился Макс, не веря своим ушам.

Хотя нет, веря — уличная шарлатанка, вытягивающая из прохожих деньги за гадание по руке, в Эве так и не умерла.

— За новую сумочку. Моральная компенсация, Эгертон! Ты заставил меня вспомнить рожу Лоуренса, симпатяжку Билли и грёбаную беременность. Я нравственно страдаю!

— Ты нравственно разлагаешься, Гордон, — закатил глаза Макс.

Но деньги протянул. Пять золотых всё равно сэкономил.

15

Сразу к Билли Макс не пошёл. Во-первых, невместно коммандерам лететь ко всякой шпане сломя голову; во-вторых, в это время суток не всякий тёмный маг согласится поднять свою задницу с постели. Макс бы и сам не поднял, не будь он взрослым, самостоятельным и немножечко ответственным магом со штатом подчиненных. А ещё нормальные люди в разгар дня обычно работают, а не шляются где попало, потому что нога, видите ли, заныла при одном воспоминании о бедовой девице.

По возвращении в участок о сомнительной в своей гениальности идее было как-то позабыто. Нашлись дела поважнее — например, нужно было срочно послать нахер юридический отдел, который взялся ныть о состоянии аффекта судейского сынка — того самого, который грохнул целую семью на почве ревности. Макс честно и от души пообещал устроить аффект всем бумагомаракам и самому судье в частности, если те вздумают поехавшего ублюдка отпустить. Хоть даже и под строгий надзор добрых докторов с батареей успокаивающих зелий. Про «до дома он всё равно живым не доберётся» говорить, может, и не стоило, но у него был один очень ценный аргумент — собственно господин судья, который лишаться своего места из-за сынульки не собирался. А это наверняка случилось бы. Оправдания для маньяков и насильников в Эрмегаре не существует, пусть даже они три раза золотые детки важных родителей.

В общем, денёк выдался тот ещё, интересный и долбанутый одновременно. И заканчивался так же — в морге, в компании безвременно почившей семейки, по локоть в их кишках. Потому как грёбаному юридическому недостаточно доказательств насильственной смерти, а отчеты Лерой, видите ли, вызывают сомнения.

Макс силён. Настолько, насколько вообще может быть силён коммандер некроотдела. Но заново вскрывать, сканировать и приводить тела в потребное состояние на исходе дня — то ещё развлечение. Он был зол, чуть не развеял в прах одно из тел, умудрился испортить рубашку (опытный некромант, мать твою Хладную!) и до мокрых штанов напугал своей зверской мордой рядового Фокса. А вот нечего заходить в отсек, когда он работает — Макс ещё в молодости не любил чужого нытья над ухом, а с тех пор, как набрался опыта, и вовсе терпеть не мог, когда его отвлекали.

— Ну, козлы, только попробуйте вякнуть про сомнительные отчеты, — Макс с шумом захлопнул папку с делом, пообещал себе на первой же совместной пьянке устроить юристам несварение и недержание. Можно по отдельности, а можно и сразу — заслужили.

Когда он выходил из морга, дежурный Аккер глянул на него с жалостью и опаской — а вдруг и ему достанется? И досталось бы, не желай Макс прямо сейчас сменить заляпанную кровью рубашку на свежую и с чистой совестью напиться у себя в кабинете. Имеет право.

Он пересёк двор, закуривая на ходу, коротко кивнул двум капралам из третьего отряда. Собирался уже свернуть к массивной двери, ведущей в некроотдел, когда внимание привлекла знакомая пышная копна волос, в свете фонарей отливающая рыжиной.

«Ну и что здесь забыла эта нахалка?» — меланхолично подумал Макс. Не то чтобы он был так уж недоволен явлением Фоули — доволен и даже очень. При всей неугомонности и трепливости, на неё хоть поглядеть приятно…

Но рядом — предсказуемо! — вертелся Бёрк. Сиял тошнотворно-радостной улыбкой, преданно пырился на свою шельму и вообще выглядел как полный придурок. И знай себе трепался, что для дружелюбного, но молчаливого Найджела вообще редкость. Билли же помалкивала — что тоже странность почище снегопадов в Аэльбране. И слушала с самым внимательным видом. Изредка благосклонно кивала. Или отрицательно мотала лохматой головой. Или смеялась, эдак кокетливо прикрывшись ладошкой. А уж когда придвигалась чуть не к самому уху собеседника, чтобы ответить, на беднягу Найджела вовсе было тошно смотреть — того гляди, растечется розово-сопливой лужицей у непристойно длинных ног клятой девицы.

— Вот ведь… шельма, — чуть слышно проворчал Макс, качая головой.

Два милующихся сопляка вызывали неуместное чувство раздражения и уже знакомое — ревности. Пробирающей до костей, такой, что впору хватать свою неугомонную шельму и волочь в пещеру поприличнее. К себе домой, например: сначала есть, потом отсыпаться, а затем и заняться чем поинтереснее. Ну, в любом другом порядке тоже можно.

А сопляки тем временем неспешно побрели в его сторону, всё ещё увлеченные беседой и в упор не замечающие целого коммандера. Расхрабрившийся Бёрк даже приобнял Билли за талию как бы невзначай. Та ответила косым взглядом, но в итоге сделала вид, будто так и надо. Даже разулыбалась пуще прежнего. Негодяйка мелкая.

Нет, надо пропесочить Бёрка как следует. Чтобы научился уже сваливать с работы в положенное время, а не торчал в отделе, когда не просят.

Макс вот точно не просил.

— Найджел, тебя выгнали из дома? — вкрадчиво поинтересовался он, обращая на себя внимание. На Фоули только покосился и коротко кивнул в знак приветствия.

— Никак нет, шеф, — явно пребывающий в самом благостном расположении духа, Найджел сверкнул улыбочкой.

И морду при этом состряпал такую, что захотелось крупными буквами написать на его лбу «идиот». Впрочем, глуповатое выражение убрал тут же, стоило только Максу раздраженно скрипнуть зубами.

— Макс, что-то новое по делу? — серьёзно поинтересовался он, неохотно, но всё же убирая руки от Билли.

— По какому из? У меня их что-то много в последнее время.

Найдж открыл было рот, намереваясь уточнить, но Макс жестом остановил его. Не хватало ещё трепаться о расчлененке при посторонних. Отправил окурок в урну, выпрямился, морщась от того, как неприятно липнет к телу грязная рубашка.

— Ничего нового, Бёрк. Но я, так и быть, поищу, раз уж ты занят. Кстати о занятости, — наконец соизволил он повернуться к новоявленной второй половине Найджела. — Вильгельмина, снова кого-то убила?

— Сегодня ещё нет, ваше некромантство, — протянула Билли, стрельнув в него лукавым взглядом из-под ресниц. — Присматриваю жертву, составляю списочек.

— Весь юротдел твой, даже трупы помогу спрятать, — Макс припомнил сегодняшние разборки и поморщился. — Зайди потом за списочком, а то я так сразу всех мудаков и не упомню.

— Чего это потом? Мне-то надо вот прямо сейчас! — тут неугомонная засранка скроила страдальческую физиономию. — Ночей не спала! Истосковалась в разлуке! По твоему столу, в смысле, ага.

«Я рад», — хотелось ляпнуть Максу, но он сдержался. С трудом, стараясь не пялиться на Фоули уж слишком откровенно. Мысли в голове бродили разные — и ни одна из них не подразумевала осмотр его мебельного ассортимента в прямом смысле.

Макс знал себя слишком хорошо. О любви с первого взгляда говорить не приходилось, но всё же за те несчастные две встречи он привязался так сильно, как не стоило бы привязываться к девчонке младше его сына. Вон как Бёрк бесит одним своим присутствием, а ведь главный любимчик и вообще хороший парень, друг и собутыльник. Как и Бэйли, которому до сих пор хотелось оторвать шибко цепкие ручонки.

— Я не в настроении, — честно признался Макс. — И как бы ни хотел поболтать о мебели, нажраться в одиночестве я хочу больше. Так что прошу меня простить.

Он коротко кивнул на прощание, развернулся на каблуках и направился к родному отделу и в свой кабинет в частности. К виски и тишине, без всяких малолеток, решивших, что площадка перед корпусом некромантов — самое то для романтических свиданий. По счастью (ну, почти), мелкая Фоули за ним не увязалась, не раздражая и без того попорченные нервы своим присутствием. Желанным, что уж там, но жутко несвоевременным. Как-никак, зазнобу нужно встречать при полном параде, в начищенных туфлях и благостном настроении.