Поющие во Тьме (СИ) - Воронич Александр - Страница 77

Но мастер не собирался биться честно. Его совесть не претила воткнуть меч в спину спящего Зерата. Хотя в целом, на это он не надеялся, понимая, что уровень, как и возраст, главного мастера, позволят тому отреагировать вовремя. Вот почему Агно прибегнул к крайнему средству Покинутых — силе существа, живущему в каждом из них. Это могло и должно было перевесить чашу весов.

Поднявшись по винтовой лестнице Чёрного Шпиля, Агно оказался на первом уровне башни. Дальше идти не пришлось. Здесь, посреди шкафов, бочек и многочисленных стоек с оружием, он обнаружил того, кто был его наставником много лет назад.

— Осирис, — произнёс он, с ненавистью глядя на своего соперника.

Тот растянул губы в широкой ухмылке, от которой мастера затрясло. Сейчас он не чувствовал страха или сомнений. Абсолютная ярость нахлынула на него, заставляя челюсти трещать, а волокна мышц наливаться кровью.

— Ба, малыш Агно, — голос Осириса был ядовит, как жало вертишейки. — Так и знал, что ты что-то задумал. Пришёл потолковать с Зератом? Могу я узнать, о чём?

— Иди к Ситасу, — едва сдерживаясь, процедил мастер.

— Это было весьма грубо. Придется вспомнить былое и научить тебя правилам вежливости. Всё равно Безликий сегодня покинул долину, по делам тебя не касающимся.

Разочарование проникло острой иглой в мозг мастера, и Осирис это заметил.

— Да ладно тебе, Свирепый, я же здесь! Давай пообщаемся, как подобает ученику и наставнику.

Агно больше не мог сдерживаться. Охотник в нём жаждал крови. Короткий взмах, и паладор разорвал воздух, ломая бочки позади чернокожего мастера. Сам Осирис прыжком ушёл в сторону, смеясь во весь голос от счастья. Его как и прежде радовали сражения и чувство опасности, звенящее в сознании.

— Ещё, мой мальчик, — смеялся денатос, — давай ещё. Покажи, что тебя не зря считают лучшим сыном Дома Шандикор.

Яростным рывком Агно отправил в сторону противника два кровавых сгустка, которые в секунду поглотили его тело целиком, отчего он будто превратился к кровавую статую. Агно решительно нанёс удар паладором, стремясь добить врага, пока тот не вырвался из Кровавого Захвата. Багровая фигура Осириса покрылась множеством трещин, но всё еще стояла на месте, подобно скрюченной скульптуре, вышедшей из рук безумного ваятеля. Агно хищно улыбнулся, обнажая острые клыки. Время возмездия пришло. Последний удар поставит точку в этом поединке.

Отбросив меч и нащупав в тау-центре поток «рю» мастер построил Каскад[2], изученный им много лет назад в Айбэш-Зу, во время прохождения там стажировки варлорда. Линии двеомера ярко горели перед внутренним взором Токра карминовым светом. Глубоко вдохнув воздух, Агно сделал на выдохе выпад кулаком, и вся смертоносная сила заклинания обрушилась на статую Осириса. Оглушительно хлопнув, она рассыпалась миллионом осколков. Последние разлетелись по воздуху, отчего помещение наполнилось странным туманом цвета крови.

— Очень хорошо, Свирепый, — по комнате, будто шепоток листьев, пронёсся голос Осириса. — Ты почти сумел это. Моё тело было честно уничтожено. Как жаль, что я знаю о Крови много больше, чем ты!

— Что? — даже сквозь безумие Охотника в сознание мастера проникло удивление. — Неужели Осирис мог выжить? Это невозможно.

В чем-то Агно был прав. Даже для Токра принять прямой Удар Рогула и уцелеть после него считалось чем-то фантастическим. Но Свирепый не знал кое-чего о своём старом наставнике, и это стало причиной его неудачи. Осирис был не самым приятным противником для любого, кто намеревался использовать технику Этратиус. Ведь он был буквально наполнен «рю», будучи Малкори Крови. Даже не сущность Токра, само Призвание денатоса давало ему власть над Кровью, отчего гораздо эффективнее его было просто заморозить, чем пытаться сокрушить Призвание порцией силы, которую он просто поглотил. Увы, Агно этого не знал.

Когда в сыром тумане начало формироваться голое тело Осириса, мастер вздрогнул от ужаса.

— Мальчик мой, твои удары были хороши, но ведь я сам не нанёс ещё ни один. Ты не находишь это несправедливым?

Осирис поднял руку, и она вдруг оказалась мерзкой пузырчатой плетью. Взмахнув ею, денатос захлестнул шею Покинутого и швырнул того через всю комнату в противоположную стену. Агно своим телом протаранил пару оружейных стоек и с размаху впечатался в каменную кладку.

— Уфф, — воздух с шумом вырвался из лёгких.

— А теперь пора заканчивать нашу игру. Ты, конечно, старался, но на любого бойца найдётся тот, кто обломает его зубы.

Агно не вполне был с этим согласен. Два стилета воткнулись в грудь Осириса, которая снова начала пузыриться кровавыми сгустками. Ещё один клинок — острая дага — пронеслась и застряла посреди глаз денатоса.

— А это уже действительно весело, — захохотал Осирис. — Ладно, друг мой, ты убедил меня, что достоин моего восхищения. Поэтому я сражусь с тобой на клинках, как и прежде, в тех сотнях и тысячах поединков, которые мы вели в прошлом.

Вырвав из тела окровавленные стилеты, Осирис поднял с пола пару мечей. Агно сделал то же самое. Его больше не пугали невероятные способности наставника. От ран, брызжущих фонтаном секундой ранее, не осталось и следа. Осирис казался монстром даже на фоне своих домочадцев.

Клинки обоих Покинутых скрестились в чудовищном фехтовальном танце, который мог бы показаться настоящим искусством. Собственно, это оно и было — подлинное искусство, мазками в котором были глубокие раны, а венцом — смерть одного и жизнь другого.

— КАКОГО СИТАСА ВЫ ЗДЕСЬ УСТРОИЛИ!

Голос Зерата Ахариса заставил обоих выронить оружие и вжаться в пол. Каждый звук, каждая буква, впечаталась в мозг раскалённой подковой. Впервые в жизни Агно почувствовал себя маленькой песчинкой, живущей по воле всемогущего божества. И сейчас это божество было им крайне недовольно. От этого он впал в отчаяние.

[1] Шакра, Гаяда, Варум — три ныне известных континента Саул Тай, образовавшихся после раскола Первоземли, в результате катаклизма, называемого Вуларго. Также в заметках Садоя Бородатого можно найти упоминания о неком мифическом континенте Нагама. Однако достоверность его существования не подтверждена.

[2] «В Саул Тай существует, по меньшей мере, сотня магических учений, предлагающих неофитам свой собственный, уникальный путь Познания шаализма. Единственное, что их объединяет, — конечная цель, то есть сотворение двеомеров, таких разных по сути и замыслу. Иначе называемые заклинаниями, двеомеры могут быть пассивными и активными; простыми и сложными (мультимеры); моностихиальными и полистихиальными. Каждый двеомер отличается от других своей конструкцией, в зависимости от которой он может быть Полиформой, Каскадом или Кастом, Арканом, Сетью или Кольцом» (параграф из Записок Садоя Дидро)

Глава 23. Агно Свирепый уходит

Глава 23

Агно Свирепый уходит

«В своих трудах, пафосно обозванных "Огнём и Хаосом", я уже обращался к личности, чей образ пугает столь многих в Голубом Рубиконе. Я имею в виду, конечно же, Чудовище Хаоса[1], именуемого также Губителем. Моё пророчество, полученное под влиянием листа Коруса[2], наделало много шума в кругах магов и служителей всех культов. Некоторые даже выступили с критикой в мой адрес, обвинив меня в нагнетании ситуации с целью достижения личных интересов. Впрочем, это не столь важно. Интереснее другое, эти ничтожные критиканы и помыслить не могли, что Губитель уже не раз являлся в наш мир, причём после того как Сферы Защиты отсекли Рубикон от Туманных Измерений. Так, например, мною доподлинно установлено, что некто Гриффис Сет-Хар, более известный как Ситас Демоноборец, являлся ранним воплощением Губителя. Подобное предположение недавно высказал и Мракорис Теодорский, после чего некоторые профаны от Искусства подняли его на смех»

Тёмный Менестрель, неизвестное

дополнение к «Огню и Хаосу»

— Я повторю, какого Ситаса вы здесь устроили, идиоты?