Поющие во Тьме (СИ) - Воронич Александр - Страница 48

Но Смилодон по-прежнему глядел в глаза Саймона, и рука у того дрогнула. Паг с криком облегчения вырвался из круга обидчиков и подбежал к Артуру, к которому вдруг почувствовал безотчётное доверие. Спрятавшись за его спиной, он со страхом ожидал развязки. И Артур понял, что ни за что не выдаст этого недотёпу своим зверски настроенным однокурсникам.

— Отошли к стене, — прорычал он, но те и не подумали подчиниться.

Вытащив недавно полученные мечи, они наступали на Артура, и на их лицах читалась явная угроза. Устало вздохнув, Смилодон достал из ножен свои клинкеры и приготовился к обороне. Он никому не хотел причинить вред, но события вынуждали его сразиться со всеми шестью учениками одновременно. Дик, наконец-то, заинтересовался происходящим и со своей кровати стал наблюдать за развитием событий. По его лицу проскользнула лёгкая тень ностальгии по тем временам, когда он вместе с Артуром вот так, спина к спине, стояли против Келноза и его дружков. Но спустя мгновение на лицо Азаруса вновь вернулось безразличие, а глаза потухли.

— Отдай его нам, Смилодон, — проскрежетал Келноз и тут же нанёс удар мечом.

Смертоносный клинкер просвистел в сантиметре от лица Артура и встретился со своим двойником, зажатым в руке Смилодона. Лязг металла заложил уши. Вдохновлённые примером вожака, мальчишки атаковали Артура, заставив его отступить. Паг за его спиной издал щенячий визг, когда защитник отдавил ему ногу.

«Бесполезно, — подумал ученик, — их слишком много. И каждый из них неплохо владеет мечом».

Но, вопреки этой мысли, Артур разразился шквалом ударов и заставил противников отшатнуться. Мечи порхали в руках Смилодона, который одинаково хорошо владел как правой, так и левой конечностью. Одним ударом он отбил выпады сразу трёх учеников, вторым нанёс царапину на лицо Граникуса. Келноз побледнел от бешенства. На его щеке заалела небольшая полоска крови, и ученик яростно бросился в бой. Но Смилодон не зря изучал технику Схрона, когда остальные возились с позициями Дэкера. Кручёный удар правым мечом вышиб из рук Граникуса оба клинкера, и они отлетели к стене. Не теряя ни секунды драгоценного времени Артур плашмя ударил Келноза по голове левым мечом, и главарь нападавших провалился в тёмную бездну. Веки отяжелели, мускулы расслабились, и Келноз свалился на пол без сознания. Остальные, видя участь своего вожака, застыли как вкопанные, не решаясь больше нападать на Смилодона.

— Ну что, собаки, — прорычал Артур, внезапно почувствовав кровожадный азарт, — подходите. Отбейте человека, если сможете.

Ученики испуганно попятились. От напряжённой фигуры Смилодона веяло необыкновенной мощью и силой. Подойти к нему казалось самоубийством.

— Эй, что это здесь происходит? — грозный крик разорвал напряжённую тишину, и ученики с облегчением вздохнули, узнав голос учителя Тарчета.

— Учитель, — закричал Саймон, — смотрите, что Смилодон сделал с Келнозом. Он теперь несколько часов проваляется без сознания.

— Распри между учениками — дело самих учеников, — флегматично заметил Тарчет.

— Но Смилодон защищает это человеческое отродье!

— Вот как, — удивился учитель и только сейчас увидел, что Паг прячется за спиной ученика.

Артур попытался объяснить сложившуюся ситуацию:

— Они хотели избить этого беднягу…

— Беднягу? — изумился Тарчет, а затем расхохотался, да так, что на глаза навернулись слёзы, а нос раскраснелся от прилива крови. — Это раб, низшее существо, расходный материал. Называй, как угодно, но только не беднягой. Он должен был послужить вам в качестве демонстрации слабости людского рода по сравнению с нами, воинами Токра. Твои сокурсники, Смилодон, заслужили эту потеху за год напряжённой учёбы, а ты украл её у них.

— Но?… — Артур открыл рот, собираясь возразить.

— Никаких НО, — рявкнул Тарчет. — Что ж, своё предназначение этот человек выполнил. Вы убедились в ничтожности людишек. Теперь же я заберу мальчишку, чтобы отвести его в бараки для фераши. Благодарите Смилодона за упущенное развлечение.

Тарчет схватил Пага за шею, приподнял его над полом, пару раз хорошенько встряхнул, а затем унёс из казарм. Артур стоял обессиленный и удручённый. Перед глазами застыла картина: ребёнок, вырывающийся из рук учителя. Сердце больно заныло.

— Мы припомним тебе это, Смилодон, — прошипел Саймон, сверкая глазами.

— Всегда к вашим услугам, — устало кивнул Артур, и направился к своей кровати, чтобы немного вздремнуть. Схватка оказалась утомительной.

Он не боялся, что во время сна его попробуют убить. Устав Ордена был весьма жесток по отношению к Покинутым, применяющим «грязные методы» против своих же собратьев. К таковым относилось и убийство спящего.

***

— Тебе не надо было вмешиваться, Артур, — сказал Агно, когда воспитанник пришёл к нему на очередное занятие. — Теперь слухи вышли за пределы Шандикора, и о твоём поступке болтают в каждом Доме Кион-Тократ.

— Но ведь они убили бы Пага. Я слишком хорошо знаю Келноза и его шайку, — возразил Смилодон, опустив голову.

— Может быть, — согласился наставник, — но, кто знает, возможно это было бы лучшим концом для этого паренька.

— Наставник, что ты говоришь? — ужаснулся Артур. — Ты же ненавидишь любую несправедливость. Я знаю это.

— Уверяю тебя, Артур, я не изменился, — печально улыбнулся воин. — Только, к сожалению, Паг не просто раб. Ты же должен понимать, Артур, рабами становятся сильные мужчины и женщины, чтобы они могли выполнять тяжёлую работу. Кому нужен слабый ребёнок?

Артур задумался. Он и раньше недоумевал, каким образом Паг оказался среди фераши. Десятки, и даже сотни, рабов сновали по замку Ордена, но среди них не было ни одного ребёнка.

— Что ты хочешь сказать, наставник? Этот мальчик не был рабом?

— Не был, — кивнул мастер, пристально глядя на воспитанника.

— И кто же он тогда? — с замиранием сердца спросил ученик.

— Увы, я не могу ответить на этот вопрос, по крайней мере, сейчас.

Артур перестал что-либо понимать.

— Почему?

— Всему своё время, — покачал головой Агно. — Когда ты узнаешь ответ, ты поймёшь и нечто другое. А именно, что это значит — быть Токра.

Артур окончательно запутался.

— А что значит быть Токра? — тихо спросил он, понимая, что наставник не ответит.

***

С того злосчастного дня, когда Смилодон нанёс царапину на лицо Келноза и отбил человеческого мальчишку у своих сокурсников, отношения между ними серьёзно обострились. Келноз при каждом случае оскорблял Смилодона, обзывая его мягкотелым выскочкой и тому подобными обидными прозвищами. Дружки Граникуса следовали примеру своего вожака. Однако никто из них так и не решился больше напасть на Артура, мастерство которого росло день ото дня. Дик Азарус со временем влился в компанию Келноза и теперь вместе с новыми друзьями насмехался над Смилодоном. Артур в свою очередь старался не обращать внимания на злобствующих учеников. Ему было больно, но он запирал свою боль в самом тёмном уголке души, и целиком посвящал себя изучению новых фехтовальных приёмов.

Чародей Френэ по-прежнему преподавал «монстрологию», порой выходя за рамки учебного курса. Как-то раз он вошёл в класс и с порога объявил:

— Сегодня мы поговорим о главных религиозных культах Саул Тай.

Не дождавшись от учеников реакции, маг раздражённо прихлопнул комара у себя на руке и приступил к уроку.

— Значит так, в настоящее время большинство религиозных культов принадлежит к двум большим группам, которые сформировались непосредственно в Смутные Времена Гарата. Первая группа поклоняется Элинаде, а вторая соответственно Терфиаде. Имеется также ряд других религий, которые мы будем называть «искусственными». Дело в том, что порой среди смертных появляются личности с больным воображением. Они изобретают себе идолов, поклоняются им, а иногда даже им удаётся заразить своими нелепостями и остальных. В результате мы можем наблюдать то же, что и на Ламутских Островах. Там проживают чёрные аборигены, по слухам падкие на человеческое мясо. Так вот, за какие-то жалкие двести лет на этих островах пышно расцвели нелепые учения и верования в Многорукого Жантулку. Этот божок каждый год требует от аборигенов так называемый Дар Милости — десять самых красивых девственниц от каждого племени. Я же подозреваю, что девицы на самом деле идут на потеху верховным жрецам Жантулку, которые распространяют подобные легенды, дабы упрочить свою собственную власть.