Поющие во Тьме (СИ) - Воронич Александр - Страница 23

Зерат первым взял слово:

— Прежде чем Совет начнёт заседание, я хочу воспользоваться своим правом Внезапности, которое получил на турнире Белой Цапли шесть лет назад.

Осирис мысленно улыбнулся. Он знал, о чём говорит его старший собрат. Каждые семь лет в Ордене проводился турнир, в котором принимали участие студенты трёх Военных Домов в возрасте от шестнадцати до двадцати трёх лет. Дома, воспитанники которого одерживал победу в турнире, приобретали некоторые интересные бонусы. Например, особую привилегию, названную правом Внезапности. Дом, обладающий таким правом, мог потребовать от Верховного Совета нечто, запрещённое Уставом Ордена, за исключением нескольких пунктов. Последний турнир Белой Цапли, прошедший шесть лет назад, определил два права Внезапности. Первое досталось лорду Сальвосу, второе — Безликому.

— И чего же ты хочешь, Зерат? — поморщился, словно от зубной боли, магистр Кицум.

— Все просто, хочу заменить одного из представителей Шандикора в Совете.

Слова главного мастера произвели среди Покинутых эффект разорвавшейся бомбы. Коринфий и Торус встревожено уставились на Зерата. Сахиб переглянулся с Сальвосом, в глазах которого зажегся злой огонь. Осирис с удовольствием наблюдал за всеобщим смятением, про себя вовсю аплодируя своему собрату.

— Но зачем тебе для этого понадобилось право Внезапности, Зерат? — Кицум удивлённо вскинул бровь.

— Не для этого. Шандикору нужен ещё один мастер, а таковых больше не осталось в моем Доме.

— А! Ты хочешь сказать, что собираешься просить нас о присвоении статуса одному из твоих учителей? Но ведь Устав Ордена гласит, что присвоение статуса должно производиться только накануне турнира Белой Цапли, а следующий только через год.

— Да, — невозмутимо кивнул Зерат. — Именно поэтому я и хочу воспользоваться своим правом. Мне нужен мастер сегодня же.

Сальвос посмотрел на Кицума, у которого не нашлось возражений, а затем криво усмехнулся:

— Неужели, Зерат, ты кушаешь своих мастеров? Вместо обеда. На прошлом турнире получил двоих, и на тебе, подавай ещё одного.

— Почти смешно, Сальвос, — спокойно парировал Зерат. — Однако я бы посоветовал тебе приберечь свои остроты для более удобного случая.

— Ладно, — Кицум устало откинулся в кресле, — кто твой кандидат? С периода Становления прошёл десятилетний срок?

Зерат махнул рукой Осирису, предлагая ответить вместо него.

— Его зовут Агно, брат Кицум. И уже прошло пятнадцать лет, как он завершил свой период Становления.

— Агно, — оживился глава Дома Вентар, — это тот наглый учитель, который отказался подчиниться осмотру, когда юный Спелум остановил его у границ Клыков?

Мастера начали улыбаться. Все они знали о близкой связи, существующей между Диртанисом и молодым учителем по имени Спелум Щерготус. Ходили слухи, что те ведут тайную интимную жизнь в личных покоях главы Вентар.

— Что смешного? — рявкнул Диртанис и гневным взглядом заставил Покинутых успокоиться. В конце концов, он был главным мастером — главой Дома, и при случае мог приструнить любого нахала.

— Хорошо, — сказал Кицум, — пусть твой учитель, Зерат, придёт сюда. Мы подождём.

— Сахиб, — едко произнёс Осирис, — сходи за Агно и проводи его в Комнату Смеха.

— Что? — мастер подскочил в кресле и с ненавистью посмотрел на Осириса. — Мне идти за учителем?

— Конечно тебе. И давай быстренько, нигде не задерживайся.

Сахиб покраснел от стыда, но приказ Осириса был приказом самого Зерата, а ослушаться главу собственного Дома считалось преступлением.

— Хорошо, я схожу, — на лицо Сахиба вновь вернулось выражение надменного равнодушия.

Когда предатель вышел из комнаты, Садомиус окинул взглядом членов Совета и внёс предложение:

— Почему бы нам не пропустить по глоточку? Недавно в Магикор доставили партию отличного мускатного вина из Тарака. Нет возражений?

Таковых не оказалось. Магистр хлопнул в ладоши, и в комнату вошли две полуобнажённые девушки, держа в руках бокалы и несколько запечатанных бутылок с белым вином. Осирис улыбнулся. В конце концов, этот Садомиус не такой уж плохой парень. Да и девочки оказались не просто рабынями фераши. Полные чувственные губы, изящные руки, красивые груди, покачивающиеся в такт ходьбе. Все физические данные девушек очевидно явствовали, что те происходят из особой касты фераши, в просторечии именуемые рабынями наслаждения

***

Агно любил побыть в одиночестве. Он слишком сильно отличался от своих собратьев по Ордену, чтобы наслаждаться их обществом. Вот и сейчас Покинутый спрятался от учеников, студентов и учителей в маленьком тренировочном зале, который принадлежал ему, как собственность преподающего учителя. Оружие на стенах тоже. Более десяти лет понадобилось Агно, чтобы собрать такую обширную коллекцию орудий убийства. Все клинки из лучшей закалённой стали, изделия знаменитых кузнецов и оружейников. Однако в коллекции учителя были два меча, достойные даже богов. Оба из чистейшего драгонита, самого редкого металла в мире, с рукоятями из чёрного адаманта. Мечи, очевидно, были выкованы гениальным оружейником, либо из расы дварфов, либо из драугов. И те, и другие считались лучшими кузнецами в Саул Тай.

Агно любил тренироваться с этими клинками, но в реальном бою никогда их не применял. Мечи были столь удивительны, что сама мысль о том, чтобы использовать их в кровавой мясорубке, казалась кощунственной.

Прямо сейчас Агно застыл перед деревянным манекеном, сжимая в руках своё излюбленное оружие. Вес клинков идеально сбалансирован. Изящные гарды украшены темными изумрудами. Слегка изогнутые лезвия остры, словно бритва маньяка. Таким оружием одно удовольствие кромсать тело врага, разрубать его мягкую плоть, кости, сухожилия.

Агно принял боевую стойку Арланда, широко распространённую в Аркании. Кровь помчалась по венам, пульс участился. В следующую секунду воин разразился вихрем стремительных ударов. Мечи порхали в его руках, словно бабочки с жалом. Лезвие первого меча взбороздило каучуковое покрытие столба-манекена в том самом месте, где у человека располагалось сердце. Будь это живой соперник, и в следующий миг он свалился бы на пол с аккуратно разрезанной грудиной. Второй меч, не уступая первому, со свистом разорвал пространство и подрубил столб у основания. Дерево под каучуком хрустнуло, и манекен неуклюже завалился набок. Агно остановился и с любовью вытер оба клинка мягкой промасленной тканью. Всякое оружие любит уход и ласку, точно живое существо.

— Великолепно! — мерный звук хлопков заставил воина обернуться.

В дверях стоял Покинутый, облачённый в ладно скроенный зелёный костюм. Выглядел он весьма импозантно, однако впечатление портили ярко красные, почти алые, перчатки, натянутые по самые локти. Сразу было понятно, что он пытается подражать образу Ледонского Волка[1], каким его принято было изображать в ярмарочных представлениях, дававшихся повсеместно в Золотом Эрегионе. На груди незваного гостя, на толстой золотой цепи, покачивался медальон со стилизованным символом Дома Шандикор. Лицо же было чересчур худым и острым, что, впрочем, придавало гостю особый надменный вид, которым он, почти наверняка, втайне гордился. Глаза чуть удлиненные, как у представителей жёлтой расы, хотя кожа бледная, словно не познавшая прикосновения солнечных лучей.

— Мастер Сахиб, — Агно отвесил небольшой поклон. — Чем обязан вашему визиту?

В глазах Сахиба сверкнуло пламя ненависти. Оно было столь явственным, что Агно отступил на шаг назад и сжал рукоятки мечей. Он никогда не враждовал с Ишеямусом, но пасовать перед кем-либо было не в привычках учителя. Даже к лорду Зерату Агно испытывал только уважение, смешанное с осторожностью. Никакого страха. В следующий момент Сахиб совладал со своим лицом и снова расплылся в широкой улыбке.

— Ьратец, тебя вызывают в Комнату Смеха. Лорд Ахарис велел проводить тебя.

На лице Агно отразилось недоверие. Что могло случиться? Почему его вызывают на совет?