Кион-Тократ (СИ) - Воронич Александр - Страница 41

Артур остро почувствовал грусть Валентина и, кажется, наконец понял её причину. Проведя большую часть своей жизни в лабораториях Айбэш-Зу, он так и не нашел ответа на вопрос — для чего ему честолюбие и стремление к знаниям, если в конце пути он останется один и никто не оплачет его у смертного одра.

Каждый смертный, будь то человек или эльф-долгожитель, мог обрести семью и друзей. Каждый из диких племён тарлов или исполинов. Но не Токра. Будучи молодым, Валентин не задумывался об этом. Весь мир был полон загадок, которые он стремился разгадать. Но время неумолимо, и теперь он с изумлением понял, что жаждет того, что презирал всю жизнь — чуточку чужого сопереживания. Будь он воином, то никогда не постиг бы этого, ведь так легко уйти из жизни в неистовой схватке, в которой нет места одиночеству, лишь яростный угар, заставляющий кровь бурлить и толкающий на весёлые безумства. Но жизнь распорядилась иначе, и Валентин узнал цену человеческих эмоций.

Старик тяжело вздохнул, и этим вывел Артура из оцепенения.

— Так и быть, Смилодон. Я расскажу тебе всё, что помню. Не знаю, правда, зачем. В первую очередь об этом должны были узнать магистры.

Артур навострил уши.

— Я поступил глупо и поспешно, словно неопытный мальчишка. Видимо, старость всё-таки сказывается на наших действиях. Валинор, конечно, не упустил этот шанс. Подчинив меня психическим двеомером, он начал извлекать мою душу из тела. Это было омерзительное ощущение, уверяю тебя, и он уже почти завершил процесс, когда ты вмешался. Это было сродни вспышке. Я увидел твоё лицо в тумане Валинора, а затем архидемон опутал арканом и тебя. Но случилось нечто, что изменило его планы.

Артур взволнованно замер:

— Что же?

Маг недоверчиво улыбнулся:

— Неужели ты не помнишь?

Воин раздражённо свёл брови.

— Хорошо, перестань хмуриться. Я всё расскажу. Ты начал бороться с арканом Валинора, а потом перевоплотился, и этим поразил нас обоих!

— Что значит «перевоплотился»? — не понял юноша.

— Что тебе не понятно в этом слове? То и значит. Твой астральный образ, или двойник, как говорят маги, внезапно принял другую форму. И эта форма была столь чудовищна, что даже демон опешил от неожиданности.

— Я не понимаю. Какая форма?

— Ты видел когда-нибудь гравюры из Долины Костей? Так вот, точно такой же саблезубый зверь, размером с дом. Такие твари ныне уже и не водятся. Вымерли задолго до Смутных Времён.

— Саблезубая зверюга? — задумчиво произнёс Артур.

— Именно, — кивнул Валентин, исподлобья глядя на Артура, — К твоему сведению, их называли также, как и тебя. Ты знаешь об этом?

— Да, — прошептал юноша, почувствовав внутри себя тысячу сомнений.

Этот образ был знаком ему с детства. Порой он приходил к нему во снах, иногда появлялся и наяву, как в тот раз, когда наставник обучал его технике Тау. Смилодон, древняя бестия из легенд, саблезубый символ Смилодона Завоевателя, ставшего героем легенд и мифов Долины Костей.

— Хорошо, тогда я продолжу. После того, как ты изменился, Валинор прекратил душить тебя арканом, и вы стали общаться на древнем эльфийском наречии, относящемся к забытым языкам. Я ничего не понял, а жаль. Затем заклинание Призыва исчерпало установленный предел тау, и астральная воронка засосала демона обратно. Это спасло нас обоих, но случилось кое-что, за что магистр Садомиус уже отчитал меня — я не сумел проконтролировать процесс Отката, и свиток Призыва сгорел дотла. Этим всё и закончилось. Я удовлетворил твоё любопытство, юноша?

Артур кивнул, не зная, что и думать. Его собственные воспоминания вкупе с рассказом Валентина вызывали вопросы, на которые он не мог ответить.

— А теперь позволь и мне узнать кое-что, — глухо произнёс Валентин.

Артур оторвал взгляд от пола и увидел на лице мага улыбку, за которой скрывался страх.

— Что ты думаешь обо всём произошедшем? Почему твой астральный двойник сменил облик?

Артур ожидал этот вопрос. Но мог предложить умирающему только слабую гипотезу.

— У меня есть кое-какие догадки. Но, возможно, вы решите, что это бред.

— Говори уже.

— Я думаю, что между мной и полководцем варваров Хотху существует связь. Возможно, я — его инкарнация. Знаю, это звучит глупо, но другого объяснения мне не найти.

Валентин слабо улыбнулся:

— Не так уж и глупо, мой мальчик. Всеобщая теория реинкарнации ещё не доказана, но в Саул Тай уже случались истории возрождения после смерти. Например, в братстве денатосов.

Внезапно Валентин замолчал, обдумывая очередную невероятную мысль.

— Кстати, про Завоевателя тоже ходили такие слухи. Некоторые летописцы прямо намекали на это.

Старик выглядел ошеломлённым. Изумление вернуло его лицу свежесть и блеск.

«О, Ситас, — лихорадочно подумал маг, — неужели я прав».

Валентин так обрадовался, что даже приподнялся в постели. В глубине души он подозревал кое-что гораздо худшее, о чём решил не сообщать Садоумису, по причине необычного для варлока чувства благодарности. Дело не в том, что Артур, не задумываясь, ринулся ему на помощь. Всё могло бы быть куда трагичнее, чем обычная смерть от потери жизненных сил. Осуществи Валинор свой замысел, и ещё несколько веков душа Валентина питала бы архидемона, чтобы в конце концов превратится в ничто. После того, как архидемон пожирал душу, она не имела и шанса на возрождение. Фактически, Смилодон спас его от участи, которой не заслуживает никто, даже самый отпетый негодяй. Вот почему, даже преданность Магикору не перевесила его благодарность мальчишке, и варлок не поведал магистру, что считает студента Чудовищем Хаоса.

Но теперь, когда он нашёл более простое и логичное объяснение, старик почувствовал облегчение. «Какой к Ситасу Губитель, конечно, всё гораздо проще. Чадо Малкори, вот ответ на мой вопрос».

Артур с удивлением смотрел на перемены, произошедшие в облике чародея. Страх, который таился в нём с начала разговора, исчез, сменившись спокойствием, разлившемся по лицу.

— Мальчик мой, если ты действительно денатос, лучше молчи и не рассказывай об этом никому. Знаешь ли, уже бывали случаи, когда денатосов ловили сильные мира сего, чтобы подвергнуть изучению. Иногда это заканчивалось их смертью.

Смилодон кивнул. Теория, которую он сам и выдал, в какой-то момент показалась ему недостоверной. Но он видел, что Валентин успокоился, и юноша решил не поднимать эту тему, чтобы не волновать старика.

Валентин начал снова впадать в апатию, и Смилодон понял, что пришло время прощаться.

— Спасибо вам, учитель. Могу сказать, что мне понравились ваши уроки. И мне очень жаль, что всё так обернулось.

Валентин рассеянно посмотрел на него:

— Я очень рад, дитя. Надеюсь, ты не станешь творить глупости, и будешь тщательно взвешивать свои поступки перед тем, как их осуществить. Будь осторожен, и остерегайся магистров. Особенно Садомиуса. А теперь оставь меня. Кажется, я начинаю засыпать.

Артур шмыгнул носом. Одного взгляда на варлока ему хватило, чтобы понять — старуха с косой, или Безликая Матушка, не заставит себя долго ждать. Лицо старика обрело бледный землистый оттенок.

С комом в горле Артур вышел из комнаты и прислонился к стене. Его обуревало множество чувств: грусть и сожаление, вина и злость. Раздосадовано ударив кулаком в стену, Артур поплёлся к себе. Сейчас он не желал никого видеть. Даже Ларса.

***

Поздней ночью варлок Валентин скончался в своей кровати, до последней секунды оставаясь в одиночестве. Утром его тело было доставлено рабами в подземную гробницу Дома Магикор, и соответствующая запись была внесена в книгу учёта. Чуть позже, на совете магистров Садомиус Жестокий объявил минуту траура в память о почившем сыне Ордена.

Глава 17. Садомиус

Глава 17

Садомиус

«И чёрный властелин Харата,