Тата и медведь (СИ) - Маш Диана - Страница 17

На пол пути к дому, я больно ущипнула Загородского за плечо, чтобы привлечь внимание, и когда он вопросительно вскинул брови, обняла его за шею и яростно зашептала на ухо.

— Ничего не рассказывай, умоляю! Я не хочу их тревожить.

Мир нахмурился, а я напустила на себя такой жалостливый вид, что даже каменное сердце этого медведя не выдержало.

— Хорошо, — устало выдохнул он и прижал меня к себе еще крепче, — но ты мне теперь должна два желания, а не одно.

Мне давно пора запатентовать свое умение, с помощью жалостливого взгляда, манипулировать людьми. Жаль, что времени пока на это нет, а то бы разбогатела на семинарах и вебинарах на данную тему. Началось все с тетушки, из которой я уже с младых ногтей вила веревки, затем пришла очередь ковена, теперь уже и такие зверюги, как Загородский ведутся. Талант не проешь!

Радмила со Стефой открыли дверь, давая Миру войти в дом со мной на руках.

— Таточка, с тобой все хорошо? — с беспокойством в голосе поинтересовалась сестра, нарезая круги вокруг медведя.

— Все с ней в порядке. Просто уснула в машине, — пришел на помощь оборотень, укладывая меня на диван.

— А ты кто такой? — не сдавалась сестренка, но увидев, что я в сознании и даже мило ей улыбаюсь, заметно расслабилась.

— Это Мирослав. Мы учимся в одном университете, и он подвез меня до дома, так как Аленка с Лешкой решили задержаться на вечеринке.

— А еще он вербер, которого ты давеча заклятием наградила, — встряла, нахмурившись Стефочка, — что происходит и почему вы вместе?

Я еле сдержала смех, заметив, как после слов Стефы, вытянулось личико Радмилы. Обычно такая сдержанная, моя сестренка сейчас мало напоминала себя прежнюю.

— Да ваша ведьмочка так зевала на этой вечеринке, что я думал челюсть свернет. Вот пожалел и привез домой, мне все равно по пути было, — а этот медведь, оказывается, похлеще меня умел сказки рассказывать. И чтобы не выдавать его, я постаралась засунуть подальше свое удивление и бодро закивала головой. Рада, может, и повелась, а вот тетушка окинула нас скептическим взглядом и зашагала ко входной двери, молча намекая оборотню, что пора бы и честь знать.

Мир усмехнулся, все правильно поняв, и игнорируя всех присутствующих, присел передо мной на корточки:

— Кстати, для информации, у меня давно уже нет никакой блондиночки, — пробасил он мне на ушко, затем поднялся и направился к выходу. А я осталась лежать на диване, краснее помидора, что не укрылось от сестренки, окинувшей меня удивленным взглядом, обещавшим основательный допрос, когда останемся наедине.

Тут до меня дошло, что за все это время я не задала ему самый главный вопрос, как он узнал, что мне нужна помощь?

***

Стефа уже закрывала дверь за вербером, когда он остановился на пороге, повернулся к ней и окинул серьезным взглядом.

— Я знаю, что вы истинная моего отца, — стараясь как можно тише, произнес Мир, все еще не понимая, как эта ведьма, в смешной шелковой пижаме, состоящей из рубашки и штанов черного цвета с желтыми цыплятами, смогла привлечь внимание его сурового родителя. Наверное, правду говорят — противоположности притягиваются. Достаточно взглянуть на себя самого.

— Все в прошлом, сейчас мы друг другу никто, — поспешно бросила Стефа и опустила голову, не желая демонстрировать свою реакцию на слова Мира.

— Это ваши дела, меня они не касаются, я только хотел вас предупредить, что наша община занимается поисками убийцы девушки, что училась в нашем с Татой университете, и пока он не найден, будьте осторожны и не отпускайте ваших племянниц гулять по вечерам. Даже на вечеринки с друзьями, — язвительно усмехнулся Загородский и, не дожидаясь ответа, зашагал к машине.

Стефа еще немного постояла на пороге, обдумывая его слова и не понимая, почему представитель верберов, печется о сохранности ведьм. Затем закрыла дверь и вошла в дом, намереваясь все выяснить у самой племянницы.

— Таточка, нам нужно поговорить.

— Тссс, она заснула сразу, как он ушел, — приложив палец к губам зашептала Радмила, стоявшая у дивана, где укрытая заботливой сестрой, мирно посапывала рыжая ведьмочка.

***

Воскресное утро выдалось самым ужасным за всю мою жизнь. Из-за вчерашнего неизвестного препарата, которым меня накачал Кирилл, я ощущала похмелье по шкале десять из десяти. Это когда тебе кажется, что ты уже умер и попал в ад, где черти жарят тебя на сковородке.

В зале, где я уснула, никого не было, а на часах показывало уже обеденное время и то, что меня до сих пор никто не пытался разбудить, было очень странно, так как в нашем доме лежебок никто не терпел.

С помощью сил, избавиться от мерзких ощущений возможности не представлялось, так как сосредоточиться с такой ватной головой я не могла. Но тут вовремя вспомнила, что в спальне, в моем прикроватном столике лежали остатки зелья, снимавшего головную боль, которое я сварила еще неделю назад (надеюсь срок годности у него не закончился). Я пошла… нет, поползла на его поиски, в конечном итоге, увенчавшиеся успехом.

Из кухни доносился запах свежесваренного кофе, на который я и поплыла, сразу же, как закончила банные процедуры. За столом сидела только тетушка, которая тут же смерила меня строгим взглядом, в ответ на мой, смущенный и жалостливый.

— Доброе ут…эээ…день, Стефочка. А где Радмила? — присев с ней рядом, поинтересовалась я.

— Рада уехала за продуктами, и должна еще по дороге, в гости к Ольге Геннадьевне заскочить, узнать насчет ищеек, — потягивая кофе вприкуску с теплым, купленным за углом в булочной, круассаном, поведала мне тетушка, — а тебе дали выспаться, так как пожалели. Горе ты луковое, пить не умеешь так чего берешься?

Слава Великой богине Бенедикте, тетушка решила, я вчера просто перепила. Это очень облегчало задачу, ведь можно сослаться на потерю памяти, но судя по ее строгому выражению лица, лучше этого не делать.

— Я не специально, Стефочка. На голодный желудок выпила бокал коктейля и так плохо стало, что даже на предложение медведя подвезти домой, не думая, согласилась, — тут же начала оправдываться я, спрятав пунцовое лицо за чашкой кофе.

— Я не хочу, чтобы ты общалась с этим типом, — уже не с таким серьезным выражением лица продолжила Стефа свою поучительную беседу, — медведи нам не друзья, запомни это, девочка.

Я понимала, что говорит она это с высоты своей обиды на одного единственного представителя их общины, так как тетушка была самой доброй и всепрощающей ведьмочкой, которую я знаю, поэтому не стала ей перечить, а лишь кивнула в ответ и продолжила свой завтрако-обед, уверенная, что общение с Миром в ближайшем будущем мне не грозит.

Примерно через пару часов, когда я сидела за компьютером, изучая очередной урок в фотошопе, позвонила Аленка.

— Тат, прости, пожалуйста, что бросили тебя вчера, — тут же начала она с извинений, — я забыла о времени на танцполе и даже не заметила, как ты пропала. А Лешка с двух коктейлей так улетел, что даже не помнил, подходила ты к нему или нет. Пришлось даже такси заказывать, так как вести он был не в состоянии.

Выслушав монолог подруги, я улыбнулась.

— Тебе не за что извинятся, со мной все в порядке. Просто я не пью вообще, вот и стало плохо, — развеяла я все ее тревоги, продолжая работать и говорить по телефону одновременно.

— Отлично, — облегченно выдохнула Аленка и продолжила, — а теперь рассказывай, с чего это Загородский решил тебя до дома подвезти.

Тут пришлось сосредоточиться, чтобы придумать достойный ответ, который не выглядел бы явной ложью.

— Да, пожалел, наверное, — предположила я, стараясь скрыть сомнение в голосе, так как слова «Загородский» и «жалость», представлялись мне из разных вселенных. — Увидел, что сейчас в обморок грохнусь, вот и решил помочь.

Кажется, моя гипотеза показалась Аленке правдоподобной, так как она бросила эту тему, и мы начали обсуждать завтрашние пары, первая из которых будет у Олега Ивановича, с которым у меня вечером встреча тет-а-тет, а после вчерашних событий, идти на нее мне совершенно не хотелось. Может попросить Лешку составить мне компанию? Пусть бы посторожил за дверью, от греха. Надо будет подумать…